Спецпроект

Вся жизнь — игра: как одна небольшая страна пришла к успеху

0
22 октября 2020 в 8:00
Автор: darriuss. Фото: Максим Малиновский, архив Onliner, Wikimedia
Спецпроект

Вся жизнь — игра: как одна небольшая страна пришла к успеху

Около трети населения этого небольшого участка суши официальные миллионеры. Для понимания степени их концентрации — на территории минского жилого района Серебрянка можно разместить две такие страны, и еще останется место. Монако из наших широт выглядит официальным представительством рая на земле — с прекрасным климатом, отсутствием налогов, шампанским по утрам, припаркованной в марине яхтой и вечерним выходом в люди. Кажется, что главной проблемой любого местного жителя является ответ на сакраментальный вопрос: Lambo или Ferra? Между тем княжество, сейчас являющееся неким олицетворением успеха (по крайней мере, в его глянцевой ипостаси), неоднократно находилось на грани прозябания. Источник процветания расположен внутри пышного здания в парижском стиле бозар на горе, получившей название Монте-Карло. Это мать всех казино мира и, вероятно, самое знаменитое игорное заведение на планете. Его лучшие дни, скорее всего, позади, но от заработанной столетиями репутации так легко не избавиться. Об этом в новой серии совместного проекта Onliner и онлайн-казино Parimatch, посвященного мировым столицам развлечений.

«Где самая настоящая игра и есть»

«А тут игра, от которой оторваться не мог; можешь представить, в каком я был возбуждении... начал играть еще утром и к обеду проиграл 16 империалов. Оставалось только 12 да несколько талеров. Пошел после обеда, с тем чтоб быть благоразумнее донельзя, и, слава богу, отыграл все 16 проигранных, да сверх того выиграл 100 гульденов. А мог бы выиграть 300, потому что уже были в руках, да рискнул и спустил», — писал своей жене Анне великий писатель Достоевский в мае 1867 года. Как известно, именно Федор Михайлович был самым азартным игроком среди всех литературных классиков. Свои приключения (точнее, злоключения) за рулеточным столом он описывал в обильной корреспонденции, а заодно лихорадочно, всего за 26 дней, написал роман «Игрок», гонорар за который также был благополучно спущен в казино.

Достоевский для удовлетворения этой своей страсти предпочитал немецкие спа-курорты. Устами своего героя в «Игроке» он воспевал «унылость германских городишек», но таковыми они, конечно, не были. Среди европейской аристократии и примкнувших к ним буржуазии с интеллигенцией отдых «на водах» стал чрезвычайно популярен в первой половине XIX века. Практически все «бальнеологические здравницы» того времени были расположены в живописной местности, часто украшены горами и роскошной исторической застройкой. Унылыми их мог назвать лишь человек, который ненавидел все это иррационально. Достоевский был из таких. Он постоянно приезжал в Баден-Баден, Висбаден и Бад-Хомбург и постоянно там проигрывал. Из этой страшной для писателя троицы лучшим из худших был как раз последний, Гомбург, как на русский манер называл его Федор Михайлович.

Бад-Хомбург

При чем тут Хомбург к Монако? Связь прямая, хотя и не очевидная. Достоевский не зря писал, что именно в этом немецком городе «самая настоящая игра и есть». Именно в Хомбурге, столице микроскопического немецкого княжества Гессен-Гомбург, были опробованы самые передовые игорные технологии, которые впоследствии стали европейским стандартом.

Первое казино появилось в Европе еще в 1638 году (венецианское Ридотто), но по-настоящему популярным развлечением такого рода заведения стали после распространения рулетки. Вопрос ее изобретения спорный, но ясно одно — с конца XVIII века в нее вовсю играли во Франции. В 1836 году азартные игры там были запрещены, и у увлекшейся ими респектабельной публики оставалось два варианта: или ходить в подпольные притоны со всеми сопутствующими рисками, или ездить в Германию, где все было легализовано. Тем более что там приятное можно было совместить с полезным. В многочисленных немецких спа-городках можно было не только проиграть состояние, но и подлечить изношенный другими пороками организм.

Курзал и казино Бад-Хомбурга

Вместе с рулетками в Германию переехали и многие французские игорные дельцы, среди которых были братья Франсуа и Луи Бланы. В качестве своей цели эта парочка выбрала именно Бад-Хомбург, столицу микроскопического квазигосударства, управляла которым гордая, но к тому времени бедная династия. Вот ее-то братья Бланы и уговорили, описав все прелести превращения живописной немецкой дыры рядом с Франкфуртом в европейский туристический центр. Что характерно, французы не обманули доверчивых германских ландграфов. Свое казино в Хомбурге они открыли в 1841 году, выкупив у княжества 30-летнюю концессию, и оно стремительно стало популярным, озолотив не только владельцев Бад-Хомбурга, но и самих Бланов. Особенно популярным этот городок сделался у приезжих из Российской империи. Достоевский здесь был лишь одним из многочисленных восточных селебрити.

Судя по всему, на подобный успех влияние оказали и технологии, которые использовали Бланы. Во-первых, они избавили рулетку от второго поля «зеро», тем самым повысив шансы игрока на выигрыш (есть версия, что это легенда, распространенная самими братьями, но в таком случае легенда успешно сработала). Во-вторых, они изобрели формулу «сорвать банк». В том случае если игрок выигрывал сумму бóльшую, чем имелась у крупье за столом, бад-хомбургское казино устраивало целое шоу. Стол накрывался черной тканью, недостающие для выплаты выигрыша деньги торжественно выносили из хранилища, и вообще счастливчик на некоторое время становился центром всеобщего внимания. Все это привлекало публику и прессу, об этом писалось в газетах и передавалось по сарафанному радио, отчего складывалось впечатление, что в Хомбурге игрокам везет больше, чем где бы то ни было. Результатом выдающейся пиар-компании Бланов был бесконечный для такого небольшого населенного пункта поток туристов.

«В выигрыше всегда будет Белый»

Параллельно, несколько южнее, в отчаянном положении находилась другая безвестная европейская династия. Семья Гримальди к этому моменту уже несколько сот лет владела куском суши между Ниццей и итальянской границей. Называлось все это Монако, и многие его граждане к середине XIX века уже изрядно устали от аппетитов своих князей. Когда очередной Гримальди решил повысить налоги тысяче фермеров, выращивавших фрукты и оливки в городках Ментон и Рокбрюн (были тогда частью княжества), те просто взбунтовались. В 1848 году эти населенные пункты объявили себя свободными городами, перейдя под защиту сардинских королей из соседней Италии. Вместе с фермерами Гримальди лишились самого существенного своего источника дохода, и спустя десятилетие семья оказалась на грани банкротства.

В 1856 году уже от безнадежности князь Шарль III, тогда управлявший остатками своего государства, разрешил на этой территории азартные игры. На бумаге идея выглядела беспроигрышно: формально Францией Монако не являлось и могло стать альтернативой немецким спа-курортам. По факту первый игорный блин вышел комом. Казино на холме Спелюг было построено, но популярностью в первые годы не пользовалось. До Монако тогда было еще чрезвычайно сложно добраться, и число гостей в отдельные дни измерялось единицами. Крупье в буквальном смысле высматривали потенциальных игроков в надежде завлечь к себе в заведение.

Последней надеждой Гримальди оставался Франсуа Блан из Бад-Хомбурга (второй брат, Луи, к тому времени уже умер). Мать правящего князя, как и любая приличная аристократка того времени, там бывала и сполна оценила предпринимательский талант хозяина германского казино. Поняла она и то, что опыт внезапно разбогатевшего немецкого княжества можно распространить и на Монако. Блана долго не получалось уговорить, проект действительно был непростой. Однако в конце концов сыграл свою роль могучий довод. Бад-Хомбург был сезонным курортом, и зимой жизнь там замирала. В Монако можно было бы попытаться повторить успешный опыт, но уже во всесезонном формате, благо местный климат это позволял.

В 1863 году Шарль III основал компанию Société des Bains de Mer, которой и поныне принадлежат лакомые куски недвижимости княжества, а ее управляющим назначил Франсуа Блана. Тот выкупил 50-летнюю концессию и активно взялся за дело. В 1864-м на вершине холма Спелюг была готова гостиница Hôtel de Paris, спустя год рядом открылось казино, затем холм переименовали в Монте-Карло (досл. «гора Шарля», в честь правящего князя), ну а по-настоящему бизнес пошел, когда в Монако пришла железная дорога. Блан прекрасно понимал важность удобной логистики, и поэтому провернул гениальную схему: станцию в Монако построила сама Франция за свой счет в обмен на признание Гримальди городов Ментон и Рокбрюн французскими. То есть и так уже потерянные территории были обменены на железную дорогу, обеспечившую благополучие карликовой страны.

Казино в Монте-Карло до перестройки

Успех и этого предприятия Блана был феноменальным. Возможно, дело было в его репутации, наработанной клиентской базе, но платежеспособные гости потянулись на поездах к станции «Монте-Карло». Доходы были таковы, что Шарль III не только решил свои сиюминутные финансовые проблемы, но и в принципе отменил налоги для граждан всего княжества, тем самым, видимо, решив отомстить фермерам-предателям из Ментона и Рокбрюна. Впрочем, решение было дальновидным. Именно статус налогового «рая» сейчас приносит Монако значительную часть доходов.

Пословица «Как бы ни легла фишка — на черное или на красное, — в выигрыше всегда будет Белый» (т. е. Blanc, Блан, франц. «белый») стала достойным украшением предпринимательской карьеры Франсуа Блана, без которого современного Монако, скорее всего, не было бы.

Франсуа Блан

Через тернии

С момента смерти отца-основателя казино в Монте-Карло прошло уже почти 150 лет, и это было достаточно непростое время. Первые годы успеха позволили вдове Блана перестроить игорно-развлекательный комплекс из достаточно скромного первоначального особняка в роскошный дворец в модном тогда и пышном парижском стиле бозар. Современный вид казино приняло в конце 1870-х годов, когда к нему пристроили еще и оперу Монте-Карло, впоследствии прославившуюся самостоятельно. Страна становится важным культурным центром.

Очень помог успеху Монако и запрет азартных игр в Германии. Начиная с 1872 года это средиземноморское княжество оставалось редким (и уж точно самым приятным и доступным) местом в Европе, где можно было сыграть в рулетку.

После смерти князя Шарля III его наследник Альбер I всерьез рассматривал возможность закрытия казино. Денег ему уже хватало, увлекался он больше океанографией (с тех пор ставшей еще одним известным «брендом» княжества), а семья Бланов ему активно не нравилась. Наследники основателя казино даже подумывали о переезде вместе со своим заведением в Лихтенштейн, но все же в конечном счете им удалось договориться с князем. Правда, для этого Бланам пришлось отдать Гримальди существенный пакет акций владевшей заведением Société des Bains de Mer и единовременно выплатить 125 млн франков, колоссальную по тем временам сумму.

После Первой мировой войны время Бланов закончилось. Следующий князь — Луи II, в честь которого сейчас назван футбольный стадион карликовой страны, — фактически заставил семью продать казино разбогатевшему на поставках оружия финансисту греческого происхождения Василию Захароффу. При нем игорный дворец на холме Монте-Карло, угодивший в кризис после окончания войны, революций, распада империй и потери многими аристократическими семьями своих состояний, вновь стал весьма прибыльным предприятием.

Вторая мировая стала для Монако вообще и Монте-Карло в частности еще одним серьезным испытанием. Новым спасителем страны оказался вновь-таки грек. Известный судовладелец Аристотель Онассис решил из целой страны сделать один эксклюзивный курорт сугубо для богатых и знаменитых. Он вложил миллионы долларов в раскрутку княжества, новое строительство, но в итоге поссорился с очередным князем Ренье III, который видел свои два квадратных километра средиземноморского побережья открытыми для более демократичной публики.

Сейчас современное Монако представляет собой причудливую смесь между вариантами развития Онассиса и Ренье. С одной стороны, жить здесь себе могут позволить далеко не все, с другой — с улиц города-княжества не сходят (или не сходили до пандемии) толпы туристов. И пусть казино уже давным-давно не играет той роли в наполнении бюджета страны, как это было во время князя Шарля III и Франсуа Блана, но все же оно остается главной целью у всякого приезжающего сюда впервые. С тех пор азартные игры в той или иной форме из эксклюзивного развлечения аристократии давно превратились в заурядный отдых широких народных масс. Тем не менее все мегакурорты Лас-Вегаса, Макао или Атлантик-Сити с их тысячами номеров и сотнями тысяч квадратных метров игорных площадей все равно чувствуют себя провинциальными родственниками одного дворца на горе Монте-Карло.

Читайте также:


Parimatch — первое лицензированное онлайн-казино Беларуси. Виртуальное заведение создано по всем канонам классического: оцифрованные игровые автоматы (слоты) и лайв-казино. Крупье в белых перчатках, зеленое сукно на столах. Даже карты игрокам здесь раскладывает дилер, а не бездушная машина. За происходящим можно наблюдать с помощью веб-камеры. Играть можно как с компьютера, так и с мобильного приложения на iOS или Android.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш Telegram-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: darriuss. Фото: Максим Малиновский, архив Onliner, Wikimedia