405
12 марта 2019 в 8:00
Автор: Евгения Штейн. Фото: Анна Иванова, архив героев публикации
За 3500 рублей получить 15 соток в Зацени. Выгодная сделка «черных риелторов», в которой нет криминала

Лев Иванович умер один, в своем старом ушатанном доме. За пару часов до этого сосед вызвал ему скорую, но мужчина отказался ехать в больницу. За год до этого к Льву Ивановичу на порог явился таинственный человек — никто не знает, как и когда они познакомились, но Лев Иванович отписал ему половину своего старого дома в обмен на пожизненное содержание, или 105 рублей в месяц. И никому бы не было дела до этой истории, если бы старый ушатанный дом не стоял на 15 сотках «золотой» земли в Зацени, а таинственный человек через три с половиной месяца после сделки не был водворен в СИЗО. Onliner продолжает распутывать клубок, закрученный мошенником Вакулой и его приятелями.

Коротко. О чем пойдет речь

Что за «таинственный человек» и откуда он взялся?

Дело Андрея Вакулы и его подельников подробно освещалось в СМИ. Ремесло у них было несложное: находили асоциальных людей, склонных к алкоголизму, угощали спиртным и хитростью переселяли в худшее жилье. Именно так аферисты поступили с Василием, героем нашумевшего материала Onliner: Вакула продал ему комнату за $30 тыс. и в тот же день купил у него «двушку» без доплат. Через два месяца мошенник перепродал ее ни о чем не подозревающей семье за $60 тыс. Теперь эта семья, скорее всего, квартиры лишится.

Читайте на эту тему:

Похожих эпизодов в деле квартирных махинаторов было много — почти три десятка, но в их число не попала очень выгодная сделка, которую подельник Вакулы Олег Зиневич заключил с очередным «асоциалом» — Львом Ивановичем.

У Льва Ивановича была инвалидность. По дому он передвигался с палочкой, за порог почти не выходил. Любил выпить, отсидел срок в тюрьме — в общем, непростой был человек. Олег Зиневич — один из немногих, кто смог найти с ним общий язык. Никто не знает, когда и где они познакомились.

18 мая 2016 года между Олегом Зиневичем и Львом Ивановичем был зарегистрирован договор пожизненного содержания с иждивением — это разновидность договора ренты, по которому право собственности на дом сразу переходит рентодателю (Зиневичу). По договору Зиневич брал на себя обязанность осуществлять уход либо выплачивать Льву Ивановичу 5 базовых величин в месяц, пока тот не отдаст богу душу. Еще 2000 рублей (20 млн неденоминированных на тот момент) Лев Иванович получил во время заключения этой сделки — по крайней мере, так он сказал нотариусу.

— Я понятия не имею, откуда Зиневич его узнал, — говорит Дмитрий, племянник Льва Ивановича. — Они что, дружили, детей крестили?

Вдова Зиневича Наталья уверена, что муж знал Льва Ивановича с юных лет, хоть и не имеет представления о том, где и когда они познакомились. Сестра Льва Ивановича подтвердила это в суде: «Лет 20 назад я видела мужа Зиневич в гостях у Льва. Они были знакомы ранее».

Вспомнить момент собственного знакомства со Львом Ивановичем вдова не смогла.

— Вы знали о том, что ваш муж собирается заключить со Львом Ивановичем договор ренты? — такой вопрос мы задали Наталье.

— Он мне сказал, конечно.

— Как вы к этому отнеслись?

— Прекрасно отнеслась. А что здесь такого? Он сказал, что Лев Иванович — человек одинокий, с родственниками не общается, что в семье его ненавидели, потому что в молодости он сидел в тюрьме. С братом он вообще пять лет назад поругался, с сестрой, видимо, тоже были не очень хорошие отношения, потому что она продала свою половину дома совершенно чужому человеку (дом одноквартирный, с единственным входом, общая площадь — 50 кв. м. — Прим. Onliner). А мой муж с ним общался, приходил. И Лев сказал: мне все равно некому оставить, будешь смотреть за мной — я тебе отпишу. Только когда Лев Иванович умер, объявилась его сестра, даже племянники пришли претендовать на наследство.

Лев Иванович очень хорошо с моим мужем дружил, ко мне вообще прекрасно относился и Ваню, моего сына, знал. Он нас любил. Я, конечно, понимаю родственников, но надо было смотреть за своим братом, а не оставлять его одного.

Меня познакомил муж, сказал, что это его друг. У мужа было много друзей, поэтому я не могу сказать когда. Он познакомил меня, и все. Я, если честно, такой стресс перенесла из-за всего этого, что уже половины не помню. Это хорошо, что я все документы хранила и смогла в суде подтвердить, что мы действительно за ним ухаживали и платили ренту.

Лев Иванович — единственный человек, с которым мой муж заключил договор ренты. Сейчас я владею только своей квартирой, мы пока не вступили с сыном в наследство по дому в Зацени. Других объектов недвижимости у меня тоже нет.

30 августа 2016 года, через три с половиной месяца после заключения договора пожизненного содержания Зиневича взяли под стражу, а его имущество арестовали. Показания против него дал Андрей Вакула. Приятели умели раскручивать «асоциалов» на невероятно выгодные условия сделок: например, квартиру в центре Минска, на улице Козлова, они купили у хозяйки всего за $5000, а потом перепродали за $35 000. После водворения Зиневича в СИЗО ренту Льву Ивановичу платила жена арестанта Наталья.

— Официально до заключения в СИЗО мой муж работал ремесленником, — рассказала Наталья, комментируя ситуацию Onliner. — В Беларуси у него было маленькое предприятие: делал лопаты, грабли, топоры. Еще в Россию ездил, строительством занимался (некоторых потерпевших Вакула и его подельники отвозили в Россию трудиться на стройках. — Прим. Onliner).

Согласно чекам, которые вдова предоставила суду, Льву Ивановичу за неполный год его содержания были переведены 1470 рублей — даже больше, чем полагалось по договору ренты (один из месяцев Наталья зачем-то оплатила дважды). Кроме того, вдова предъявила суду чеки на оплату мобильной связи для Льва Ивановича и чек об уплате штрафа, выписанного на его имя. Предъявила даже чеки за оплату продуктов, но едва ли их можно считать бесспорным доказательством того, что эти продукты покупались для старика.

В СИЗО Зиневич заболел онкологией. Весной 2017 года его прооперировали, меру пресечения изменили на домашний арест. В мае Лев Иванович умер. Олег Зиневич пережил его всего на полгода.

Родственники Льва Ивановича узнали о договоре ренты только после его смерти: нашли под подушкой документы по сделке и обратились в милицию. Они утверждают, что в последние годы жизни навещали Льва Ивановича не реже чем каждые две недели, но старик по какой-то причине не признавался им в том, что заключил договор ренты с Зиневичем.

У Зиневича остались сын и вдова, которая претендует на дом в Зацени. Родственники старика — сестра, племянник и племянница — пытаются этот дом у вдовы отсудить. Избе около 100 лет, 50 «квадратов», вместо удобств ведро на улице. Лев Иванович владел даже не всем домом, а половиной. Но главной ценностью является, конечно, не строение, а одна вторая участка — 15 соток, которые до заключения договора ренты принадлежали Льву Ивановичу на праве пожизненно наследуемого владения. Эти 15 соток находятся в Зацени, рядом с резиденцией президента, в престижном месте и, даже не будучи оформленными в частную собственность, стоят очень недешево.

Обман или добровольная сделка?

Явных причин полагать, что Льва Ивановича уговорили на сделку обманом или заставили насильно, в этой истории нет. В течение жизни Лев Иванович ничего не лишился: продолжал жить в своем доме и получал ежемесячное жалование — около 100 рублей. Конечно, заключи он договор ренты с государством, перед смертью успел бы шикануть: жил бы в комфортабельном доме престарелых, с накрахмаленными простынями и полотенцами в форме лебедей. Но так ли это нужно было старику, даже если предположить, что он знал о такой возможности? Родственники Льва Ивановича открыто говорят о его пристрастии к спиртному и любви к животным, которых можно было содержать только в частном доме: по словам племянника Дмитрия, даже за несколько часов до смерти старик отказался от госпитализации, чтобы не бросить зверей на произвол судьбы.

Неудивительно, что в возбуждении уголовного дела родственникам Льва Ивановича отказали из-за отсутствия состава преступления, но после этого они начали выяснять отношения со вдовой Зиневича в гражданском суде.

Первый суд выиграли истцы. Жена Зиневича подала апелляцию, и суд апелляционной инстанции отправил решение на пересмотр из-за процессуальной ошибки.

— В решении суда вместо «признать сделку недействительной» было написано «расторгнуть договор», — рассказала адвокат истца Елена Аднамах, комментируя ситуацию Onliner. — Из-за этой ошибки решение отправили на пересмотр в район, и новый судья вынес вердикт в пользу ответчицы. Сейчас родственники умершего подали апелляционную жалобу в городской суд. Они видят в этой сделке процессуальные нарушения и считают, что нотариус не выполнила свои обязательства: не указала в договоре и не разъяснила сторонам их права.

Нотариус должна была прописать в договоре, что в случае дачи согласия на отчуждение дома Лев Иванович будет выселен в судебном порядке, — продолжает адвокат. — И разъяснить это положение старику. Это называется «право залога», и оно не прописано в договоре ренты. Судя по всему, Зиневич сам узнал о нем только после сделки. Возможно, именно необходимость получить согласие Льва Ивановича на продажу дома остановила его от этой продажи. С нашей точки зрения, ни одна, ни вторая сторона не знали о праве залога. А всего через три месяца после сделки, 30 августа, на дом был наложен арест, как и на все остальное имущество Зиневича. Мы считаем, что именно это спасло Льва Ивановича от продажи дома и выселения на улицу.

Кроме того, договор ренты должен исполнять его плательщик — лицо, которое берет на себя обязанности по этому договору. Однако обязанности по договору исполняла жена плательщика, которая Льву Ивановичу никем не приходилась. Зиневич даже не оформил на нее доверенность. Другие нарушения мы описали в апелляционной жалобе.

Еще один аргумент истцов состоит в том, что Зиневич не оплачивал коммунальные услуги за дом, который фактически ему принадлежал: не оформил на себя договоры с коммунальными службами. На август 2017 года долг по «коммуналке» составлял 390 рублей. С точки зрения истца, это нарушает право Льва Ивановича на безвозмездное проживание в доме, который принадлежал ему до заключения договора ренты. Ведь по договорам оплачивать «коммуналку» должен был именно Лев Иванович (чего, конечно, тоже не делал).

Ничем не болел, но внезапно умер

Судя по результатам вскрытия, у Льва Ивановича почти не осталось здоровых органов: он умер от ишемической болезни сердца с артериальной гипертензией, осложнившейся развитием острой сердечно-сосудистой недостаточности. Во время вскрытия были выявлены заболевания легких, печени, желчного пузыря, поджелудочной железы, надпочечника, аорты, сосудов головного мозга.

Но, по словам родственников Льва Ивановича и вдовы Зиневича, которые якобы ухаживали за стариком на протяжении последнего года жизни, он ни на что не жаловался и к врачам не обращался.

— В последний год жизни он ничем не болел. Один раз за все время простыл слегка. Только с опорно-двигательным аппаратом проблемы были. Он такой человек, что никогда ни на что не жаловался, — утверждает Наталья, вдова Зиневича.

— Он категорически отвергал врачей. У него даже карточки не было в поликлинике, — подтверждает Дмитрий, племянник Льва Ивановича.

Как жил старик и кто за ним ухаживал?

Сложно понять, кто ухаживал за Львом Ивановичем и ухаживал ли кто-нибудь вообще. Соседка покойного утверждает, что о заключении договора ренты старик рассказал ей еще в 2016 году и что «свои обязательства Зиневич по договору выполнял: привозил продукты питания, деньги» — такие показания она дала правоохранительным органам. Со слов соседки, отношений с родственниками Лев Иванович не поддерживал в силу неизвестных ей причин.

— Мы часто у него бывали, — рассказала Onliner Наталья, вдова Зиневича. — Я к нему ездила раз в неделю точно. Привозила продукты, убирала, выносила мусор, там ходит автобус раз в час, 105-й номер. Я приезжала в Зацень, все это делала и через час уезжала. И с мужем вместе приезжали. Оплачивали ему телефоны, домашний и мобильный, и деньги пересылала переводами, выписывала газеты, купила телевизор, убирала ему, траву косили, платили штрафы, потому что соседи жаловались на его собак. Все это оплачивалось, квитанции собирались, и суд приобщил их к делу.

На гражданском суде выступил другой сосед с совершенно противоположными показаниями. По его словам, родственники Льва Ивановича частенько приезжали его навестить, а никаких других личностей в гостях у Льва Ивановича ему заставать не приходилось.

— Мы нормально общались, по телефону, — рассказал Дмитрий, племянник Льва Ивановича. — Он моей матери часто звонил. Приезжали к нему по возможности и по звонку. Раз в две недели — это точно. Он плохо ходил, уборная у него была только на улице и представляла собой ведро. Поэтому и сосед приходил, и мы приезжали помогать, ухаживали.

13 мая после кремации и похорон мы приехали в этот дом и обнаружили у него под подушкой договор ренты, заключенный с Зиневичем. Сразу поняли, что придется подавать в суд, и сфотографировали обстановку. Для дома, который вдова Зиневича якобы убирала как минимум раз в неделю, выглядит он просто потрясающе. Нам очевидно, что уборка в доме не проводилась, постельное белье на кровати отсутствовало. Хотя по договору ренты его положено менять хотя бы раз в три недели.

Однако суд не принял фото в качестве доказательства. «Фотографии были сделаны после смерти Нестеровича, в связи с чем не могут с достоверностью подтверждать доводы истца. Более того, эти фотографии противоречат пояснениям истцов о том, что они приезжали к Нестеровичу, убирали, меняли постельное белье, ухаживали за домовладением», — сказано в судебном решении.

— В отличие от иных разновидностей ренты, в данном случае законодательством в качестве дополнительной гарантии установлено, что плательщик не может распоряжаться (отчуждать, сдавать в залог и иным способом обременять) переданным ему имуществом без согласия получателя ренты (пункт 1 статьи 575 Гражданского кодекса), — комментирует ситуацию юрист Татьяна Ревинская. — Более того, плательщик должен следить за состоянием переданного имущества, чтобы его ценность во время действия договора не уменьшилась. Безусловно, наследники могут обратиться в суд о признании договора пожизненного содержания с иждивением недействительным, но для признания его таковым нужны основания, предусмотренные законом. Такими основаниям, в частности, являются: недееспособность или ограниченная дееспособность гражданина, заключившего договор ренты (в данном случае устанавливается путем назначения судом и проведения посмертной психолого-психиатрической экспертизы в отношении умершего); обман, насилие, угроза в отношении гражданина.

Асоциалы, словно магнит, притягивают к себе предпринимателей всех мастей. Стоит зачастить с алкоголем, и у тебя на пороге появляется человек с интересным предложением. Лев Иванович умер в своем старом доме один, и никто, кроме соседа по улице, не справился в этот день о его здоровье. Но все-таки судьба старика сложилась далеко не так плохо, как могла бы.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Евгения Штейн. Фото: Анна Иванова, архив героев публикации