Вода как оружие. Рассказываем, как мегаполис, изнемогающий от жажды, жестоко расправился с калифорнийской Швейцарией

18 605
01 августа 2023 в 8:00
Автор: darriuss

Вода как оружие. Рассказываем, как мегаполис, изнемогающий от жажды, жестоко расправился с калифорнийской Швейцарией

Автор: darriuss

Поздно вечером 20 мая из оружейного магазина Watterson в калифорнийском городке Бишоп вынесли три ящика взрывчатки. Чтобы совершить задуманное, достаточно было 2—3 человек, но вместо этого из населенного пункта выехала группа из 40 вооруженных и очень злых мужчин. Вскоре после часа ночи уже следующего дня случилось то, что жители окрестных домов сравнили с небольшим землетрясением. В воздух взлетел 12-метровый участок бетонного акведука, связывавшего долину Оуэнс у подножия горной цепи Сьерра-Невада с Лос-Анджелесом. Это были не разборки преступных группировок или диверсия агентов враждебной державы, речь о сугубо гражданском конфликте между жителями Калифорнии. С одной стороны находились чиновники администрации Лос-Анджелеса, с другой — фермеры, владевшие плодородной землей долины. Пока еще плодородной. Спустя считанные годы это место на востоке штата, которое современники сравнивали со Швейцарией, превратилось в полупустыню. А виной всему неутолимая жажда, мучившая растущий город, которому предстояло стать многомиллионным мегаполисом.

Ненасытный «город Ангелов»

Сейчас Лос-Анджелес — это второй по количеству жителей город США, в агломерации которого обитают более 12 миллионов человек, но никто из них не узнал бы этот мегаполис еще сто лет назад. В 1820-м на этом дальнем форпосте цивилизации, основанном испанцами с посвящением Пресвятой Деве Марии Королеве Ангелов, находилась микроскопическая колония из 650 поселенцев. В 1900-м благодаря подключению города к сети железных дорог и обнаружению в Калифорнии сначала золота, а затем и нефти, население Лос-Анджелеса превысило уже 100 тысяч жителей, но и это казалось лишь началом.

Впрочем, в мэрии прекрасно понимали, что для дальнейшего экономического развития существует одно жесткое препятствие.

Имеющихся пресноводных ресурсов (а они были, по сути, ограничены одноименной с городом, не слишком крупной рекой) хватало лишь на 150—200 тысяч человек. Любой принципиальный рост численности жителей был напрямую связан с необходимостью обеспечить их достаточным количеством ресурса, в условиях городского климата игравшего важнейшую роль.

Это особенно хорошо понимал глава Лос-Анджелесской водной компании, муниципального департамента, ведающего соответствующим хозяйством, Уильям Малхолланд. Уроженец британского Белфаста приехал в Калифорнию в 1877 году, когда в Лос-Анджелесе жило всего 9 тысяч человек. На его глазах менее чем за четверть века город вырос в 10 раз, и Малхолланд, талантливый инженер-самоучка, целиком и полностью осознавал издержки и пределы такой стремительной эволюции.

Главной его заботой стало даже не поддержание на должном уровне имеющейся водной инфраструктуры, а поиск для города, ставшего родным, новых источников воды. Причем вопрос требовалось решить принципиально, основательно утолив лос-анджелесскую жажду. Летом 1904 года Малхолланд вспомнил про рассказы своего бывшего начальника и старшего товарища Фредерика Итона, занимавшего в самом конце XIX века кабинет мэра города. Тот утверждал, что как-то заехал в плодороднейшую долину у восточного подножия хребта Сьерра-Невада, где воды было вдоволь. В сентябре оба чиновника в простой повозке, запряженной двумя лошадьми, отправились в путь, чтобы своими глазами увидеть эту землю обетованную.

К началу XX века долина Оуэнс с одноименной рекой действительно уже превратилась в сельскохозяйственный рай. Полноводная река собирала в себя множество притоков, текших с заснеженных вершин горной цепи. Местные фермеры, изгнавшие из долины коренные индейские племена, с помощью самостоятельно созданной ирригационной системы выращивали фруктовые сады, злаки, а в северной части занимались животноводством. На берегах Оуэнса жило чуть больше пяти тысяч жителей, но имеющейся здесь воды хватило бы на сотни тысяч человек. И Малхолланду, и Итону это очень быстро стало понятно.

Вернувшись в Лос-Анджелес, они разработали план действий, нашедший активную поддержку и в муниципалитете.

Методы, которые они при этом решили использовать, сейчас бы назвали в лучшем случае сомнительными, но тогда, вдалеке от давно освоенных и густо населенных регионов восточного побережья США, многие еще действовали по праву сильного и богатого. При этом видимость законности соблюдалась.

Монументальный акведук

Для властей Лос-Анджелеса важно было, чтобы обитатели долины Оуэнс не осознали раньше времени, какая участь ей готовится. Официально город сперва не имел отношения к начавшимся там процессам. Тем не менее образовавшийся из бывших чиновников (главную роль играл бывший мэр Фред Итон) и близких к администрации предпринимателей синдикат начал активную скупку земли в долине, а с ней и прав на воду. Первоначально Итон делал вид, что действительно решил на склоне лет заняться разведением крупного рогатого скота, а потому и приобретает земельные участки для устройства на них ранчо.

Любопытно, что цена, которую предлагали гости из большого города, сперва казалась местным крестьянам достаточно справедливой. По крайней мере, для заявленных Итоном целей. Естественно, в случае если бы грандиозный план пришельцев был ясен с самого начала, то стоимость земли выросла бы еще, но благотворительностью гости заниматься не собирались. Вскоре в городской прессе появились и статьи, готовившие общественное мнение Лос-Анджелеса к реализации крупного общественного проекта. Они намеренно создавали у публики апокалиптические настроения. До нее доносилось, что город изнывает от нехватки воды, что в долине Оуэнс, напротив, ее в избытке, что эту воду неплохо бы направить к Лос-Анджелесу, чтобы тот мог и дальше расти и процветать. Когда несчастные фермеры, еще не избавившиеся от своей земли, осознали, частью какой схемы они стали, то чуть не линчевали господина Итона, как раз находившегося в Бишопе, крупнейшем городке долины, для оформления очередных земельных сделок.

Надо отметить скорость и напористость, с которыми реализовывался проект по переброске стока реки Оуэнс к Лос-Анджелесу. Уже в 1907 году в руках лос-анджелесского синдиката оказалось достаточно прав на воду, чтобы начать строительство акведука длиной 375 километров. Такой гидротехнический проект и сейчас мог бы стать непростой инженерной задачей, не говоря уже о начале XX века, но смекалки Малхолланда (а он, напомним, даже не имел соответствующего образования, но был очень эффективным менеджером) хватило на максимально оперативное строительство.

Воды к городу из-за разницы в высотах подавались преимущественно самотеком, однако по дороге к акведуку, представлявшему собой систему из бетонного канала, иногда сменявшегося трубопроводом, предстояло преодолеть не только сотни километров пустынной местности, но и участки пересеченного рельефа, где приходилось пробивать тоннели (в общей сложности 164 штуки), а кое-где сооружать и насосные станции.

Уже через шесть лет после начала «стройки века» и через девять лет после судьбоносной поездки Малхолланда и Итона в гужевой повозке в долину проект был завершен: 5 ноября 1913 года первые кубометры воды, чьи источники находились в снегах Сьерра-Мадре, оказались в водохранилище, расположенном в долине Сан-Фернандо рядом с Лос-Анджелесом. На торжественной церемонии пуска объекта Малхолланд, не любивший долгих речей, произнес лишь короткую фразу, ставшую одной из самых ключевых в истории мегаполиса. Показывая на текущую воду, он сказал:

«Вот она. Забирайте».

К 1930 году население Лос-Анджелеса достигло одного миллиона человек. Совершенно очевидно, что без добытой Малхолландом воды такой взрывной рост и последующее превращение города в один из крупнейших мировых мегаполисов были бы просто невозможны. Увы, как это иногда водится, за такое процветание кто-то расплатился своим образом жизни.

Калифорнийские водные войны

В последовавшие за вводом лос-анджелесского акведука годы город, теперь уже не прикрываясь никакими частными синдикатами, продолжил скупать земли и права на воду в долине Оуэнс, постепенно, по мере роста своего населения, наращивая отбор воды из реки. Вместе с тем далеко не все жители долины продали свои участки к этому моменту. Кто-то был недоволен ценой, считая, что настолько богатый город может заплатить и побольше. Кто-то просто не хотел расставаться с собственным хозяйством, дававшим пусть и небольшой, но относительно стабильный доход.

Однако воды в долине становилось все меньше, ненасытный город, находившийся почти в 400 километрах (огромное расстояние по тем меркам), все никак не мог напиться. Неумолимо менялась экосистема долины, прежде плодородные земли начали страдать от засух, началось опустынивание. Оставшиеся фермеры попытались объединиться в ирригационный кооператив, чтобы совместными усилиями противостоять водному «ограблению». Их настроения постепенно радикализировались.

В 1924 году пересохло находившееся в долине озеро Оуэнс, ранее питавшееся одноименной рекой. Это, видимо, стало последней каплей, переполнившей чашу терпения фермеров. С их точки зрения, всего за 20 лет они лишились традиционного заработка, причем сделали это наглые горожане, приехавшие бог знает откуда. Их сады высохли, поля сожгло солнце, скоту также не хватало воды. Стена снежных пиков по-прежнему исправно давала драгоценную влагу, но пользовались ею уже чужаки, а не местные жители, имевшие на эту воду куда большие права. Про то, что полувеком ранее те же фермеры или их родители поступили подобным образом с веками жившими в долине индейцами (даже хуже, ведь тех лишили и земли), они предпочитали не думать.

После взрыва участка акведука 24 мая 1924 года последовало еще более десятка подобных акций.

Фермеры пытались саботировать работу построенной Малхолландом водной системы, развязав, по сути, маленькую гражданскую войну, в которой, к счастью, хотя бы не было жертв. Не очень понятно, на какой исход рассчитывали жители долины. Возможно, ими двигала надежда на справедливую компенсацию в обмен на прекращение нападений на акведук. Малхолланд и муниципальные власти такому своеобразному шантажу не поддались. Вместо этого они наняли несколько сотен ветеранов Первой мировой, которые стали патрулировать акведук и предотвращать акции саботажа.

Силы и имевшиеся в распоряжении обеих стороны ресурсы оказались слишком неравны. Уже вскоре полиция арестовала братьев Уоттерстон, возглавлявших ирригационный кооператив долины и бывших неформальными лидерами фермеров. В принадлежавшем им небольшом банке, обслуживавшем местные сельскохозяйственные предприятия, обнаружили серьезную недостачу. Вскоре после этого кооператив развалился, оставшиеся фермеры, придя в отчаяние, все-таки продали свои участки городу и уехали из долины. Тем более жизнь за счет сельского хозяйства там была уже невозможной.

Лос-Анджелес выжал калифорнийскую Швейцарию досуха, превратив ее в полупустыню с пылевыми бурями.

Меткие специалисты по истории калифорнийских водных войн сравнили построенный акведук с гигантской соломинкой, с помощью которой мегаполис пил и продолжает пить горную воду. В 1939 году был закончен еще один акведук, подавший к городу ресурсы реки Колорадо. И хотя его ввод в эксплуатацию состоялся уже после смерти автора идеи, Уильям Малхолланд навсегда остался в истории Лос-Анджелеса человеком, которому огромный многомиллионный населенный пункт обязан своим превращением в один из главных городов мира.


Читайте также:


Выбор покупателей
Onlíner рекомендует
ирригатор, мягкая чистка/глубокая чистка, питание от аккумулятора, регулировка струи, в комплекте: чехол, USB-кабель
Onlíner рекомендует
ирригатор, мягкая чистка/массаж, питание от аккумулятора, регулировка струи, в комплекте: гель для полости рта

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ng@onliner.by