«10% урожая закладывается на воровство». Девушка-фермер рассказывает о своих тяготах и радостях

03 июня 2021 в 8:00
Автор: Оксана Красовская. Фото: Александр Ружечка

«10% урожая закладывается на воровство». Девушка-фермер рассказывает о своих тяготах и радостях

Беларусь «замкадная» чудо как хороша: в солнечную погоду отвести взгляд от сочной зелени лесов, сменяющейся яркими красками полей, почти невозможно. Эффекту засеянных от края дороги до самого горизонта земель не перестают удивляться и гости из России: это же надо — не бурьян да борщевик, а самое настоящее произведение аграрного искусства! Однако ухоженные поля, так радующие глаз любого проезжающего, — это заслуга не только колхозов. Тысячи и тысячи гектаров возделываются фермерами — теми, кто на свой страх и риск решил вложиться в сельское хозяйство и, втянувшись, уже не представляет жизни без посевных и уборочных. Onliner продолжает исследовать все аспекты жизни белорусской деревни, и сегодня мы узнаем, как живется на селе частнику, который даже в самый плохой год вряд ли может рассчитывать на дотации от государства и амнезию со стороны кредитных организаций.

Семейный бизнес

Вообще, фермерские хозяйства — не новость для Беларуси. «Первые ласточки» появились еще в 1989 году. К дню сегодняшнему сфера вполне себе разрослась: по данным Белстата, на конец 2020-го в стране было 2794 крестьянско-фермерских хозяйства, которые в 90% случаев заняты растениеводством (тягаться с государственными птицефабриками и животноводческими комплексами мало кому под силу). При этом за последние шесть лет количество тех, кто решил попробовать себя на новом поприще, только росло — не ошеломительными темпами, но по паре десятков смельчаков добавлялось. И это все в зоне рискованного земледелия — сельхозреалий наших широт никто не скрывает.

Семья с фамилией Крапивка — одни из тех, кто из года в год испытывает себя и 285 гектаров земли на прочность. Их фермерское хозяйство существует с 2004 года и базируется в Смолевичском районе. «Дружба и К» хоть и не является самым крупным хозяйством страны и даже Минской области, однако легко может претендовать на звание одного из самых интересных: если 17 лет назад предприниматели начинали с 80 гектаров и стандартного «супового набора» (картошка, капуста, лук и морковь), то теперь наряду с привычными овощами здесь успешно выращивают в том числе арбузы. Да, большие, полосатые и сладкие. Именно в Смолевичском районе в свое время задали моду на эту ягоду, а дальше уже понеслось.

«Дружба и К» — семейный бизнес, поэтому у каждого есть своя зона ответственности. Основатель и глава фермерского хозяйства Владимир Крапивка решает общие вопросы, его супруга — местный врач, сын «отпочковался» и стал самостоятельным фермером, а дочь Анна работает директором, выполняя в том числе функции агронома. Это действительно рвет все шаблоны, но агроном в «Дружбе и К» — не усатый мужчина, грозно разъезжающий на «Ниве» по своим владениям, а молодая улыбчивая девушка, которая, впрочем, не даст спуску ни колорадскому жуку, ни загулявшему трактористу.

Фермеры искренне верят в силу земли и не помышляют о побеге в город: говорят, делать там нечего. А вот в деревне ты занят 24/7, и это здорово.

Анна окончила сельхозакадемию в Горках, отучилась в магистратуре и сейчас продолжает набираться знаний в аспирантуре. Когда спрашиваешь девушку, почему бы ей не бросить все и не открыть, например, салон ноготочков в Минске, она заливисто смеется — так, будто мы говорим о чем-то немыслимом.

— Будучи еще совсем маленькой, я знала кучу сортов картофеля, понимала, чем отличается пшеница от ячменя, и ни в чем другом, кроме как в сельском хозяйстве, себя не представляла, — вспоминает Анна. — Когда настало время выбирать профессию, родители не давили, не гнали в академию, наоборот, рассчитывали, что я подамся в медицину (учитывая успехи в биологии и химии), но мне было интересно другое.

Знаете, я искренне люблю эту работу: на поле ты творец, созидатель, ты много работаешь, но при этом наслаждаешься результатом. В какой-то момент начинаешь по-настоящему чувствовать землю — понимаешь, что ей надо в данный момент. Это просто неописуемо. Не представляю себя в другом месте. Я пробовала работать с бумажками, но еле продержалась девять месяцев и сбежала. А тут — природа и раздолье.

Зона рискованного земледелия

Нынешняя холодная и дождливая весна (а любой фермер — заложник погоды) затормозила посевную. Вроде бы и нечему радоваться, но предприниматели из Смолевичского района уверены: нет, наоборот, не из-за чего печалиться — если работать с умом, все получится.

Ухоженные поля, на которых растет три десятка различных культур, — это еще не все грани фермерства. «Дружба и К» — в том числе своеобразный испытательный полигон: на базе хозяйства регулярно проводятся тематические семинары, а в больших парниках подрастает стройная рассада, которая, когда придет время, отправится в открытый грунт, чтобы проявить (или нет) себя во всей красе. По осени будут сделаны выводы о перспективах того или иного сорта. Среди привычных перцев-помидоров встречаются по-настоящему диковинные растения — например, желтый арбуз или гибрид арбуза и тыквы.

— Еще лет десять назад никто не представлял, что у нас можно выращивать арбузы. И что они будут вкусными, сочными. А сейчас — пожалуйста: оказывается, и солнца хватает, и везти издалека не нужно. Главное, профессиональный подход, тогда все идет как надо, — показывает Анна «заготовки» под будущий урожай.

Глядя на небольшие пока росточки с раскрытыми к солнцу «ладошками», сложно представить, что к концу лета они «породят» 8—12-килограммовые ягоды. Но так было все предыдущие годы, почему же в 2021-м должно быть по-другому?

«Базу» хозяйства окружают кажущиеся бесконечными поля: где-то земля уже «зазеленела», на других участках люди еще только высаживают рассаду. 285 гектаров — это вообще много или мало?

— Земли много не бывает, — признается Анна. — У наших соседей и по 600 гектаров в работе. Если бы была возможность, мы бы тоже с удовольствием взяли еще гектаров сто, а то и двести. Но те участки, что сейчас предлагают, слишком проблемные — в них или трактора вязнут (а это значит, надо вкладывать огромные деньги в мелиорационные работы), или кислотность такая, что ничего нормально не вырастет. Поэтому работаем на том, что есть. Да, наши поля разбросаны по району, надо много ездить, но что поделаешь — никто не обещал, что будет просто.

Отдых — только зимой

Обычный день фермера однозначно отличается от будней офисного работника: подъем в 05:30, объезд полей, планерка, распределение людей на работы, снова объезд, контроль и анализ. В горячую пору (а это все месяцы от посевной до уборочной) сиеста только снится.

— Все свои «владения» надо обойти пешком и тщательно осмотреть минимум три раза в день: если на растения сядет моль или еще какой вредитель, а ты это не заметишь, то буквально за одну ночь поле может быть уничтожено. Понимаете, засадить землю — не проблема. А вот сохранить и вырастить — совсем другое дело. Да, хочется отдохнуть, в субботу и воскресенье так и тянет поспать, но нельзя — слишком дорогими могут быть последствия.

Это может прозвучать странно, но агроном расслабляется во время уборочной — там уже все понятно, надо только погоду подловить и людей собрать. Такого, чтобы кто-то из коллег рванул на курорт посреди лета, я даже представить не могу. Только зимой, да и то ненадолго — работы хватает круглый год, и как таковой передышки особо и нет, — буднично, не жалуясь, рассказывает об укладе жизни Анна.

«Дружба и К» дает работу семи десяткам человек. Большинство из них — сезонные работники. Расчет у них каждый вечер, и, увы, не каждый донесет всю зарплату до дома.

— К сожалению, пьянство — это проблема. Среди работников есть очень хорошие люди, но алкоголь довел их до нашего поля. Конечно, мы стараемся помогать — тем, кто долго работает, хорошо себя зарекомендовал. А как по-другому? Ты переживаешь за каждого, мы все как одна большая семья. И зачастую человеку надо показать перспективу, дать огонь, который он захочет поддерживать.

Также берем на работу людей, вышедших из мест лишения свободы, — для них это шанс вести честную жизнь и зарабатывать деньги, — объясняет Анна.

О химии, ГМО и воровстве

Наверное, каждый хоть раз да видел, как по полям ездит трактор с «крыльями» и распыляет химию. Впечатлительные натуры, пережив такой визуальный опыт, будут еще не один год рассказывать о том, как аграрии «травят все живое» и что «ничего натурального не осталось». Именно поэтому некоторые выискивают на рынке бабушек, торгующих «чистеньким» урожаем со своих грядок. Так что же там постоянно льют и стоит ли бояться нынешних лука-морковки?

— Ни одно уважающее себя хозяйство не будет применять химию перед уборкой, — заверяет агроном. — Мы сами едим свои овощи и не станем подвергать риску свое или чужое здоровье. Да, химия используется, но без нее вырастить урожай нереально. Если представить, что грядки останутся «экологически чистыми», то будет потеряно 80% лука и 60% картофеля.

Более того, для всей химии есть довольно строгие государственные нормы, где расписано, что, когда и в каком количестве можно использовать. И это проверяется, отсебятины не бывает. Помимо этого, надо понимать, что вся химия разрушается, она имеет естественный период распада. Так что в конце концов от нее ничего не остается. Со стороны процесс внесения удобрений или обработки от насекомых, вредителей может выглядеть небезопасно, но по факту ведь люди тоже пьют витамины, принимают таблетки.

У фермера во главе угла стоит рациональное использование (всего), поэтому лить лишнюю химию никто не будет, так как она стоит денег. К тому же хозяин не станет убивать землю, которая кормит и приносит прибыль.

Репутация — один из самых важных аспектов для фермера.

И знаете, порой люди на своих участках жестят так, что мало не покажется. Простой пример: на полях, где есть недостаток азота, органику можно применять только раз в четыре года. Перед этим она должна пройти лабораторный контроль. А на дачах и в деревнях зачастую как: помет и навоз (хорошо, если он не свиной и не из выгребной ямы) вносят каждый год — «чтобы уродило получше», опрыскивают как придется...

Еще одна проблема любопытных — генно-модифицированные продукты. В магазине на какую этикетку ни глянь — особым шрифтом выделено: «без ГМО». Неужели «особые» продукты уже везде? Но Анна уверена: ГМО нам не грозит — слишком это дорого. Поэтому сомневающиеся могут выдыхать — пока это «колбасно-хлебный» маркетинг, и не более.

— Каждый год мы засеиваем поля из расчета, что 10% урожая будет украдено, — продолжает экскурсию по своей территории девушка. — К сожалению, это действительно так: люди искренне считают, что можно прийти на поле и взять то, что им понравилось. Причем порой приезжают из города на очень дорогих машинах и начинают набивать заранее приготовленные мешки. Такие, если попадаются на горячем, еще и в драку могут кинуться.

Это поражает. Ну пойди ты в «Евроопт» и вынеси мешок картошки — в чем принципиальная разница? А вообще, у меня уже есть топ оправданий от попавшихся воришек: «мне только попробовать», «а я думал, это колхозное», «мне мама разрешила» (причем последнюю фразу говорила женщина в дорогой шубе).

О ценах и заработках

— Еще на первом курсе сельхозакадемии один из преподавателей сказал нам, студентам: на земле не станешь богатым, только горбатым, — вспоминает Анна. — В полной мере эту фразу я начала понимать только сейчас. Действительно, огромных денег в сельском хозяйстве нет. На жизнь хватает, не спорю, но не больше: такого, чтобы закончил сезон и купил домик в Испании, не бывает (хотя и очень хотелось бы). Все вырученные средства тут же идут в оборот: закупка семян, химии, амортизация машин и сельхозтехники, ремонт ангаров.

Порой надо несколько лет копить, чтобы приобрести что-то из серьезной техники. Иногда выручает только отсрочка платежа, которую предоставляют уверенные в твоей честности поставщики.

Как и другие фермеры, с которыми нам доводилось встречаться, Анна сетует на несправедливость. Государство берется регулировать цены, но выходит так, что у частника картошка стоит 0,9 рубля (и повысить цену можно только на 0,2%), а в столичном гипере она же продается за 1,5. «Я совсем не против, чтобы была единая государственная цена: есть ставка, а человек уже сам выберет, где ему покупать товар и какого качества. Но нет же — нам ставят определенную планку, выше которой прыгнуть нельзя, а другие в это же время оперируют совсем другими цифрами», — поясняет девушка.

— Жизнь фермера — это сложно, но и весело одновременно. Никогда не знаешь, что будет завтра, как придется выкручиваться. Знаете, я бы даже не хотела, чтобы случился какой-то идеальный год, когда дождь и солнце давали бы по расписанию, — мне было бы просто-напросто скучно.

Единственное, о чем мечтаю (да и, наверное, каждый, кто занят в сельском хозяйстве), — чтобы «кабинетные» работники не рассказывали нам, как надо трудиться. Тот, кто каждый день в поле, лучше знает, когда начинать и заканчивать посевную или уборочную. И это не всегда вписывается в бумажные планы.
В свободную продажу в Минск продукция «Дружбы и К» не попадает. Зато в Жодино и Смолевичском районе работает несколько фирменных точек, где летом на прилавках красуются в том числе арбузы

А вообще, если говорить о плюсах, то фермеры и агрономы — это удивительные люди: они всегда подскажут, что и как лучше сделать, какой выбрать сорт и как настроить сеялку. Конкурентная борьба есть, но она заключается в том, чтобы вырастить больше и лучше, а не в том, чтобы не поделиться информацией или не предупредить о чем-то.

Наш труд, безусловно, тяжелый, но от него на душе спокойно и радостно. Ты знаешь, что делаешь полезное дело, кормишь страну. Это однозначно работа по любви, — заключает Анна.

Читайте также:


Кошельки, портмоне, зажимы и кредитницы — все для наличных денег в Каталоге Onliner

аудитория унисекс, материал: натуральная кожа, 115×90 мм
аудитория унисекс, материал: натуральная кожа
аудитория мужская, материал: натуральная кожа, 115×85 мм

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Оксана Красовская. Фото: Александр Ружечка
Без комментариев