Красотки, рынок «Динамо», липовый Nike. Вот как одевался Минск в начале 90-х

17 марта 2021 в 8:00
Автор: Дмитрий Мелеховец. Фото: «Добрый вечер», «Народная газета», «Советская Белоруссия», «Работнiца i сялянка», БЕЛТА, журнал «Беларусь», архив героев, Максим Тарналицкий. Иллюстрации: Валерия Седлюковская

Красотки, рынок «Динамо», липовый Nike. Вот как одевался Минск в начале 90-х

«Журналы рассказывают мне, как быть сексуальной. Но разве можно оставаться соблазнительной, когда за флаконом духов нужно четыре часа мерзнуть в очереди — читательское письмо примерно такого содержания было опубликовано в одной из белорусских газет в 1991 году. Это слова обычной минчанки, которая двумя предложениями описала суть переломной эпохи. В это время она (вместе со всей страной) оказалась в крутом боевике, который длился годами. Вот тизер: стройная женщина в леопардовых лосинах несется по огромному бетонному мосту, состоящему из плит поменьше. Этот гигант, практически материк, осыпается под ее югославскими сапожками, царапает их глянцевую поверхность, трещит, грохочет и кашляет. Она грациозно цокает каблуками, в последний момент отталкивается, чтобы ухватиться за новый выступ. А его нет — мы ведь в отечественном кино: подрядчик сбежал с деньгами, инвестор поменял планы, а застройщик прячется от тюрьмы. Героиня повисает на остром выступе страны-долгостроя и годами висит в ожидании перемен. Свободной рукой она подмазывает лаком для ногтей бегущую стрелку на колготках, варит джинcы и помогает сыну, стоящему на потертой картонке, выбрать поддельные Adidas.

Несколько слов о проекте 

Погружаемся в атмосферу. Короткие истории о тех временах 

…Саша и Мария шьют шапки-петушки кислотных цветов и продают их на Червенском рынке. Качество товара ужасное, но яркая одежка разлетается пачками: народ устал от серости и готов отдать деньги за яркую вещь. Культуры торговли нет, но это не мешает работе. Каждый вечер ребята приходят домой и вываливают на стол кучи денег. За день они запросто могут заработать месячную зарплату.

…На «Динамо» протирают картонки первые покупатели. Вход на рынок стоит два рубля — это плата часовому за переправку к острову зарождающегося капитализма.

На шумном рынке продают дубленки, жвачки, сигареты поштучно, штаны «Мальвины», разливной спирт, свитера «Бойс», бейсболки с пластиковыми козырьками, доллары и привезенные кеды.

…Белорусские модели бегут к огромной очереди возле ЦУМа в Москве. С ними модельер Вячеслав Зайцев, который увлекает девчонок покупкой «выброшенных» духов. Они стараются пробиться через огромную очередь и ухватывают по флакончику. Позже оказывается, что это мужской парфюм — понюхать или даже посмотреть на упаковку в такой очереди нереально. Бери что дают.

…Два спортивных парня тянут большой рулон джинса. Тянут через весь город — взять такси подростки не догадались. Они планируют пошить Levis и продать их студентам из местной общаги.

К ним подъезжает черная волга, из которой выходят сотрудники ОБХСС. Парней просят присесть и объяснить, где они взяли материал. Он, конечно, ворованный.

Но через несколько часов пацанов отпускают — родители решили вопрос со следователем. Юные предприниматели направляются домой, чтобы пошить из утепленного мужского белья свитшоты и нанести большой логотип Nike на спину, что круто увеличит стоимость товара.

…Делегация белорусок впервые попадает в Париж. Они несутся в первый попавшийся бутик, накупают французских духов, которыми немедленно душатся. Довольные девчонки выбегают на улицу и слышат от гида, что от них пахнет постельными духами, которыми обычно пользуются французские проститутки.

…А здесь мы оставим место для вашей истории, которой вы поделитесь в комментариях.

Что происходило в Минске?

Беларусь еще не переоделась в легендарные кепки USA California и Сhicago Bulls, но уже стоит в очередях за свитерами Boys. Бесстрашных парней в байках Nirvana и Prodigy пока тоже нет, но штаны «Мальвины» уже в ходу.

О существовании брендов пока мало кто в курсе — большинство ограничивается названием страны-производителя и ищет польские сапоги или чехословацкие брюки. Но спортивные костюмы с кислотными полосками (поищите такие на даче, в них наверняка выкопано немало мешков картошки) уже активно продают на рынках, а девушки носят лосины, расцветка которых может вызвать эпилептический припадок.

В ноябре 1991-го в Минске открывается рынок «Динамо». Там можно купить и продать все что угодно: народ устал от одинаковых вещей и готов отдать деньги за товар любого качества, лишь бы он был не таким серым, как прошлая жизнь.

За привезенными из-за границы вещами выстраиваются огромные очереди. Иногда люди даже не знают, за чем стоят.

В Польше или Литве выбор уже тогда был гораздо богаче.

— Поезд до Вильнюса стоил 5 рублей. Как-то я купила там сапоги-чулки за очень большие деньги, а когда вернулась домой, мама схватилась за голову и сказала, что я дура. Она тогда работала на фабрике «Луч» в экспериментальном цеху. Оказалось, что там они и шили эти самые сапоги, которые продавали в Литву. Я их купила в три или четыре раза дороже, чем они стоят на самом деле, — смеется Тамара Гончарова, основательница старейшего в стране профессионального модельного агентства «Тамара».

В массе же белорусы довольствуются тем, что попадает на местные прилавки. Люди ценят югославские сапоги и румынскую обувь, а вот из капиталистических стран пока практически ничего не приходит.

Поскольку одежды на прилавках все еще немного, а о существовании красивых вещей белорусы уже знают, многим приходится шить вещи под заказ. Так рождается целая сфера «домашнего» пошива.

В стране расцветают домашние ателье

Если ни у кого из вашей семьи никогда не было собственной швейной машинки, вам стоит сообщить об этом в компетентные органы: возможно, вас вырастили шпионы. В начале 90-х это был крайне важный атрибут повседневной жизни: лекала одежды публиковались в модных и не очень журналах и пользовались большим спросом.

Народ одевался как мог: люди устали от однообразия и были готовы делать все, чтобы хоть как-то выделиться. Светлана Ермолович была одной из первых моделей «Милавицы» — бренд появился в 1991 году. Фото ниже было сделано на репетиции перед показом новой коллекции.

— Поскольку я была моделью, мне претило закупаться на рынке. Я работала в Театре моды и в то время носила либо одежду белорусских производителей, которые шили очень хорошо, либо заказывала в трикотажных ателье. Вязали юбки-баллоны, короткие объемные свитера, шарфы-трубы — все это было дико модно, — говорит Светлана.

Но чаще минским модницам все же приходилось создавать одежду собственными силами. Главным источником вдохновения считался немецкий журнал о шитье и моде Burda. Люди выбирали понравившиеся модели и относили изображения в домашние ателье, которые делали нечто подобное.

Тогда знакомая портниха была практически у каждой семьи. Почему мы так и не стали мировой столицей моды с таким богатым опытом шитья — вопрос риторический. Возможно, дело в деньгах, которых нам вечно недоставало.

— Дизайнеров тогда не было, но люди не только делали по чужим лекалам, они творили! В основном делали на заказ, но часто портнихи разрабатывали очень классные вещи. Вдохновлялись журналами «Центр моды», «Работнiца i сялянка», Burda, где публиковались выкройки. Народное творчество процветало. Если бы у народа были деньги, у нас сегодня были бы известные на весь мир дизайнеры, — считает Тамара.

В это время в Минске уже работает «Бытовка» — объединение городских ателье. Эскизы для портних разрабатывает институт «БелЛег» — тогда работа его специалистов была очень востребована.

А вот в таком образе мог себе позволить появиться чиновник. Это Ольга Рубинштейн, заместитель секретаря комитета комсомола научно-исследовательского комплекса «Сигнал»
Возможно, Саша Бортич старше, чем говорит

О существовании брендов пока знали немногие. На слуху были джинсы Levis и Montana, которые активно копировались в домашних ателье — и на этом все. Но самые продвинутые модники уже тогда старались следить за европейскими трендами: в начале 90-х у нас появились первые «шмотхантеры».

На рынке появляются поддельные бренды

В 1991 году известный сегодня дизайнер Иван Айплатов жил в Поволжье, но регулярно наведывался в Минск. Вот как он выглядел тридцать лет назад.

В такой одежде молодой человек мог бы появиться на улице и сегодня — никто бы ничего не заподозрил. На нем бомбер известной пивной компании, джинсы Levis 501 и кроссовки.

— В конце 80-х — начале 90-х я занимался брейк-дансом и восточными единоборствами, поэтому одевался не так, как большинство. Эти вещи надо было доставать. Такие, например, можно было найти в комиссионках — люди привозили их из-за границы и сдавали, это был способ легализации доходов. 

В те годы Иван неплохо разбирался в брендах и хорошо понимал, что нужно народу: в ходу были джинсы «Мальвины», свитера «Бойсы» или кофты с орнаментом, а чуть раньше — брюки-пирамиды. Вместе с друзьями он шил популярные модели, а потом относил их дилерам в общежития. Одежда разлеталась буквально за день, а парни в свои 17—18 лет зарабатывали больше родителей.

— Главной ценностью была информация. У меня были друзья, которые работали в торговых сетях и могли купить джинсы Montana или Dallas без очереди. Мы изучали модели и делали что-то похожее: тогда практически никто не мог отличить оригинал от подделки. Да и всем было все равно: главное, чтобы лейбл был.

И вот мы как-то тащим на плечах рулон джинса через весь город, нас принимают сотрудники ОБХСС и везут в отдел. Был допрос, было стремно. Но в 90-е все можно было решить при помощи связей. У нас они были, так что рулон нам отдали и дело не завели — родители вытянули. Из этого рулона мы сделали 25 пар джинсов и все продали. 

Пошитые джинсы удавалось продать за 50 рублей, а вареные — рублей на 20 дороже. Способы варки тоже покупались и продавались. За хороший рецепт можно было выручить 50 или даже 100 рублей. Для сравнения, инженер в это время получал около 120 рублей в месяц.

Байки с логотипом Nike парни делали из утепленного мужского белья, привезенного из Индии. Подростки обрезали рукава (поскольку у белья они были узкие), пришивали на их место штанины, а из отрезанных рукавов делали капюшоны. Печатали по трафарету большой логотип Nike на спине и груди, вставляли веревочки и продавали по 60 рублей. Разлетался такой товар мгновенно.

Модели парни подсматривали в журналах и каталогах, которые тоже были большой ценностью. Сдача их в аренду другим «модельерам» считалась еще одним способом фарцовки.

— Продать можно было все. Я помню один из дурацких подростковых бизнесов — отливаешь из гипса маленькие кроссовочки и делаешь брелоки с тремя полосками. И даже это продавалось, потому что тогда в стране не было вообще ничего. Но в то время всеми этими брендами интересовались только люди продвинутые, а большинство следовало «народной моде».

Они не обязательно были малиновыми — главное, очень яркими. Пиджаки я не шил, а вот длинные черные пальто со спрятанными карманами делал. К нам приходили серьезные дяди и говорили, какого размера должен быть карман в той или иной части. Мы не спрашивали, для чего они нужны. 

В столице открываются первые элитные бутики

В 1991 году в Минске открывается первый бутик — «Камила». Там можно было купить шубу за $12 тысяч или самые простые джинсы Escada за $240. И этот бизнес вполне неплохо себя чувствовал.

На масс-маркет у людей денег не было. Как не было и масс-маркета, каким мы его видим сегодня. За низкими ценами люди шли на рынки, — когда-то рассказывала нам владелица бутика Ирина Лозовская. — Мы начинали с женской одежды. Первый бренд был Escada. Потом появилась мужская одежда Boss — это стало прорывом. Для мужчин это было очень важно. 

В первый же год после расширения ассортимента у нас получилась невероятная пропорция — 60% товара покупали мужчины, а не женщины, хотя обычно наоборот.

Мужчинам нужно было встречаться с европейскими партнерами, участвовать в переговорах. В те времена дресс-код был гораздо более жестким. На поверхности лежала проблема: деньги есть, а соответствия нет. На фоне своих западных партнеров наши предприниматели выглядели чужаками. И тут у них появилась уникальная возможность разрешить это противоречие.

Однажды зимним вечером заходит в бутик вусмерть пьяный мужик, выбирает две шубы. Достает из кармана пачку: отсчитайте! Отсчитали около $10 тысяч. Потом проводили его вместе с шубами к машине — ржавой «единичке» BMW с водителем. Смешно было.

Особенно когда я представляла, как он просыпается утром, голова болит, а рядом две шубы и не такая толстая пачка денег. Думали, принесет свою покупку обратно, сдавать. Но не вернулся. Очень успешный, кстати, человек сегодня.

Примерно через пять лет в Минске откроется салон «Империя», который будут рекламировать громким слоганом «Стильная одежда для солидных людей», а на картинке будет позировать мужчина с сигарой, держащий в руке автомат.

Страна окончательно помешается на западных брендах, и городские улицы наводнят люди новой волны. Но об этом позже.

Ранее в «Малиновом бумере»:

максимальная нагрузка: 150 кг, память, расчет доли жировой ткани/расчет доли мышечной ткани/расчет доли костной ткани/расчет ИМТ (BMI)
максимальная нагрузка: 150 кг, память, расчет ИМТ (BMI)
максимальная нагрузка: 150 кг, память, расчет доли воды/расчет доли жировой ткани/расчет доли мышечной ткани/расчет доли костной ткани/расчет ИМТ (BMI)/расчет уровня белка

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Дмитрий Мелеховец. Фото: «Добрый вечер», «Народная газета», «Советская Белоруссия», «Работнiца i сялянка», БЕЛТА, журнал «Беларусь», архив героев, Максим Тарналицкий. Иллюстрации: Валерия Седлюковская
Без комментариев