Чем жил Минск: листаем подшивки «Вечернего Минска» за 1969 год

 
18 770
28 июня 2013 в 9:00
Автор: darriuss

В 1969 году СССР успел повоевать с Китаем из-за острова Даманский, американцы высадились на Луне, а Минск продолжал жить своей тихой, слегка провинциальной жизнью. Под городом открылся Курган Славы, а на южной окраине столицы самой стабильной республики Союза началось строительство крупнейшего в городе жилого района — Серебрянки. Onliner.by продолжает изучать подшивки «Вечерки» и на этот раз рассказывает о том, как и чем жил Минск и минчане в 1969 году.

Так выглядел въезд в наш город со стороны Могилевского шоссе. Встречающий гостей города въездной знак на трех языках, оживленная развязка трассы с открытой в 1963 году Минской кольцевой автодорогой, много деревьев, градирни ТЭЦ-3 справа и одинокая девятиэтажка на перекрестке Партизанского проспекта и ул. Шоссейной слева вдалеке на заднем плане. Ныне пейзаж тут до неузнаваемости изменился.

Именно в 1969 году в заметном на прошлом снимке жилом доме, который жители поселка автозавода еще долго называли просто «девятиэтажкой» (за отсутствием рядом очевидных конкурентов), открылся новый гастроном №11, получивший название «Автозаводец».

Покупателям обещали большой выбор кондитерских, рыбных, мясных изделий, отдел самообслуживания с бакалеей, кафетерий с коктейлями и даже заправочную сифонов. Обратите внимание и на почти забытую сейчас форму торговли (справа на снимке). Чтобы получить в отделе понравившийся товар, необходимо было для начала отстоять очередь к специально обученной и оборудованной пока только счетами кассирше, после чего с полученным от нее чеком отправиться, наконец, получать выбранный продукт питания. Имелся в этом магазине и такой немаловажный для горожан элемент, как пункт приема стеклотары.

Это сейчас сдача стеклотары — удел пенсионеров и граждан, ведущих антисоциальный образ жизни. В Минске 1960-х годов, да и в последующие десятилетия — это была одна из составляющих повседневного быта всех горожан. Столь важная, что даже целый институт «Белгипроторг» работал над стратегически важной задачей проектирования максимально удобного и механизированного пункта приема бутылок разного калибра. В 1969 году специалисты института через главную городскую газету представили на суд публики павильон, которыми в будущем обещали уплотнить уже построенные и перспективные жилые районы.

А жилье в Минске продолжало активно возводиться. Например, в 1969 году все хорошела Чижовка. Микрорайоны вдоль улицы Ташкентской, одной из основных магистралей района, уже были практически сформированы. В конце года началась застройка последней, «шестой» Чижовки. Частные домики в левом нижнем углу снимка были снесены только спустя 40 с лишним лет.

Окончательный вид приобретал и микрорайон Чижовка-2, где заканчивалось возведение серии девятиэтажек вдоль ул. Голодеда.

На повестку дня вставал другой вопрос — строительства местного районного общественного центра. Таким его видел архитектор Д. Кудрявцев в феврале 1969-го. Здесь предполагалось возведение кинотеатра с танцзалом, Дома быта, поликлиники, крупного торгового центра. В конечном итоге почти все эти учреждения вдоль Ташкентской появились (лишь универмаг с универсамом заменила библиотека), правда, их внешний вид существенно отличался от представленного на эскизе.

Еще одной важной задачей городских властей стало соединение Ташкентской с Партизанским проспектом. Ранее район был фактически оторван от остального города, что вызывало немало неудовольствия у местных жителей. В конце 1969 года наконец-то был достроен автомобильный мост у плотины водохранилища ТЭЦ-3, Ташкентская соединилась с Кабушкина, а Чижовка — с поселком автозавода. Ее жителям тут же пообещали пустить в новый район троллейбус. Спустя 44 года вопрос, когда все-таки троллейбус снова пойдет в Чижовку, вновь тревожит местных обитателей.

Впрочем, в 1969-м ожидание долгожданных троллейбусов существенно скрашивал злачный буфет, очень комфортно себя чувствовавший в Молодежном поселке, на Кабушкина.

Вторым крупным районом застройки продолжал оставаться т. н. район Раковского шоссе (сейчас улица Притыцкого). Наконец-то был достроен комплекс из 4 девятиэтажек серии МК-9 у перекрестка с проспектом Пушкина. Жилые дома были объединены единым стилобатом, где разместились торгово-бытовые учреждения, включая один из первых в городе магазинов самообслуживания. Универсамы все больше и больше становились основной формой торговли в городе.

Новые жилые дома в районе Раковского шоссе, комплекс с предыдущего снимка заметен вдалеке. На переднем же плане детский садик у современной ул. Берута с наивными «пиксельными» рисунками на фасадах. Они, кстати, сохранились до сих пор.

Панорама перекрестка Раковского шоссе и проспекта Пушкина. Кажущееся бесконечным царство панельных пятиэтажек лишь только начинает разбавляться редкими пока еще в Минске высотками.

Новый район был способен даже вызывать вдохновение у художников. Представить сейчас кого-нибудь рисующими современные «спальные гетто» сложно, тогда же это было в порядке вещей. Всех еще продолжала обуревать романтика строительства нового мира.

Активно застраивался и северо-восток города. На редком снимке ниже виден последний частный дом деревни, на смену которой пришел микрорайон Восток-2. Фотография сделана где-то в районе ул. Славинского.

Весь год активно осваивался и первый микрорайон Востока. До строительства 16-этажек вдоль Ленинского проспекта было еще довольно далеко, но внутренние кварталы Востока-1 в течение 1969 года были в общем сформированы.

По соседству заканчивалось возведение троицы десятиэтажек у перекрестка улиц Калиновского и Седых — парадный ансамбль микрорайона Зеленый Луг-1.

Рос и еще один новый район. Брутальные приболотные трущобы Комаровки постепенно заменял «прекрасный жилой массив». Улица Куйбышева.

«Там, где раньше тянулись пыльные тракты, теперь бегут вдаль ровные ленты асфальта, где светили тусклые фонари — теперь сияют по ночам лампы дневного света, а на месте снесенных домиков поднялись многоэтажные корпуса».

Такие дома должны были появиться в Курасовщине-1 на ул. Казинца.

Улица Васнецова. Справа первый в городе многосекционный 9-этажный панельный дом — «дом-гигант», «дом-великан», как его настойчиво называли журналисты «Вечернего Минска». В перспективе улицы — первая же в нашем городе экспериментальная школа с бассейном.

Совсем скоро в эти края должен был прийти троллейбус. На снимке монтаж контактной сети по ул. Ванеева. К концу 1969 года в Минске всего было 14 маршрутов троллейбуса.

Но главной градостроительной новостью года стало начало освоения междуречья Свислочи и Слепни. Здесь, на обширной территории, занятой холмами и бывшими полями фильтрации, в конце 1969 года развернулось строительство крупнейшего в городе жилого массива, получившего название Серебрянка. Планировалось, что проживать здесь будут 140 000 человек (при текущем населении города в 850 000). Бесконечным потоком тянулись в столицу из провинции новые минчане.

В статье «Здравствуй, Серебрянка!» в марте 1969-го горожанам был представлен макет нового района. Интересно, что проспект Рокоссовского в те годы планировалось назвать улицей Бульварной.

Продолжалось строительство и отдельных знаковых общегородских объектов. 5 июля к 25-летию освобождения города от оккупации под Минском был торжественно открыт Курган Славы.

Заканчивалось возведение 15-этажной гостиницы «Турист» на проспекте Партизанском. Именно так — «проспект Партизанский», а не «Партизанский проспект» — повсеместно именовалась в те годы главная магистраль юго-восточной части города. На фотографии видно, что коробка нового отеля уже готова, хотя кран еще не демонтирован. В кадр попали и ходившие вдоль проспекта трамваи, и открытый в 1968-м подземный пешеходный переход, всего лишь второй в городе.

Проспект Партизанский с гостиничной новостройки.

На радость тракторозаводцам был открыт новый бассейн «Трактор», с тех пор уже разрушенный и до сих пор отстраиваемый заново. Строительство бассейнов в конце 1960-х приобрело массовый характер, почти как ледовых дворцов сейчас. На Каховской заканчивалось возведение «Орленка», стартовало строительство «Волны» у кинотеатра «Ракета» и «Янтаря» в поселке автозавода. Наконец, в 1969-м был сдан в эксплуатацию работавший круглый год открытый бассейн у Дворца водного спорта на Типографской (современной ул. Сурганова).

В университетском городке БГУ студенты и преподаватели получили новый корпус химического факультета.

А в Парке Челюскинцев открылся крупнейший в городе танцевальный зал, ныне безнадежно заброшенный. Танцы продолжали оставаться одним из главных развлечений молодежи.

Еще больше крупных проектов обещали реализовать в ближайшем будущем. На Комаровке анонсировали строительство крупнейшего в республике крытого рынка. Кроме собственно рыночного павильона, в комплекс должны были войти гостиница на 600 мест (ее высотка видна слева, на месте нынешнего ТЦ «Паркинг»), автовокзал (на перекрестке Куйбышева — Хоружей), ресторан и даже всегда популярный у публики пивной бар.

Архитекторы «Белгипроторга» представили проект трехэтажной пристройки к универсаму «Центральный». Интересно, что верхний этаж размещенного во дворе здания с торговым залом предполагалось полностью остеклить. Связывать пристройку с универсамом должны были эскалаторы, в конце концов из соображений экономии замененные обычными лестницами.

В 1969 году завершился конкурс на проектирование республиканского Дворца пионеров и школьников у Комсомольского озера. Победили в творческом соревновании молодые архитекторы В. Черноземов и В. Белянкин. Они предложили авангардно выглядящее, сложное в плане здание с пирамидой в центре. Реализация проекта затянулась на 17 лет, в ходе которых он изменился до неузнаваемости. Нынешний Дворец молодежи, открытый в 1986 году, совсем не похож на первоначальную задумку авторов.

Сейчас в это сложно поверить, но в 1969 году в Минске использовалось всего 10 000 автомобилей. В городе существовала лишь одна (!) станция технического обслуживания, и остро стоял вопрос строительства нового комплекса. В 1970-м проектировщики пообещали начать возведение нового СТО на 30 постов обслуживания и ремонта.

В республике был проведен и общесоюзный конкурс на реконструкцию центральной части города. Большинство проектов предполагало снос «малоценной» исторической застройки Верхнего города и строительство на Центральной (Октябрьской) площади и площади Свободы комплекса зданий, включавшего новое здание театра им. Янки Купалы и дворца для проведения массовых мероприятий (Дворец республики). Планировалось и возведение на Центральной площади высотного административного здания. Вариант Белгоспроекта. Обратите внимание, что стадион «Динамо» крытый, — идея, реализовывать которую начали только спустя 44 года.

Октябрьская площадь могла выглядеть и так. Вдалеке виден православный Кафедральный собор Святого Духа, чуть ли не единственное историческое здание, которое планировалось сохранить.

Еще одно предложение от института «Минскпроект». Застройка района Центральной площади.

К счастью, этот проект оказался слишком масштабным для реализации и так и остался в эскизных вариантах. Зато другой исторический минский район не уцелел. Старая Немига в 1969 году доживала свои последние месяцы. На этом снимке, сделанном с ул. Урицкого (сейчас Городской Вал), видны дореволюционные здания, снос которых начнется совсем скоро. Вдалеке ул. Республиканская (Романовская Слобода).

Из Немиги решили сделать дублер Ленинского проспекта и соединить ее с перспективным выездом в сторону Бреста (ул. Советских Пограничников, нынешний просп. Дзержинского). Историческая малоэтажная застройка на узких кривых улочках в эту схему никак не укладывалась. Новая, советская Немига должна была стать широкой магистралью, минским Новым Арбатом с высотными домами и магазинами.

В будущем Академгородке в Уручье вознамерились построить круглый «дом-кольцо» на 300 квартир. Более того, замкнутый внутренний двор предполагалось накрыть прозрачным пластмассовым куполом и устроить там зимний сад с регулируемым микроклиматом.

На Минском море, этом излюбленном месте отдыха горожан, в ходе грядущей реконструкции прибрежной зоны был запроектирован крупный ресторан. В отличие от кольцевого дома идея была реализована, но в годы независимости «Заславль» оказался никому не нужен и по сей день стоит заброшенным.

Открывались и другие рестораны. В жилом доме на перекрестке Волгоградской и Якуба Коласа в 1969-м появился ресторан «Свитязь».

Интерьер «Свитязя». В дальнейшем это название унаследовал новый отдельно стоящий ресторан между Парком Челюскинцев и детской железной дорогой.

Немедленной популярностью стала пользоваться и открытая в конце 1968 года «Журавинка». «Заходите, будем рады», — говорит веселая, влюбленная в свою профессию официантка Зина с подходящей фамилией Кабак.

Однако, рады были там не всем. В конце года «Вечерний Минск» разразился гневной статьей, в которой рассказывалось, как из «Журавинки» выгнали празднующую день рождения компанию работников Дворца профсоюзов. Все из-за того, что те отказались сделать минимальный заказ в размере 7 рублей на человека и почему-то не захотели пить коньяк.

Тяжелая судьба оказалась и у «Каменного цветка» на бульваре Толбухина. Строительство жилого и общественного комплекса, важным элементом которого был этот ресторан, давно закончилось, а «Каменный цветок» до сих пор не был сдан страждущей публике.

Впрочем, как показала практика, почти любое минское заведение общепита от павильона «Лилия» до «Чебуречной» на Партизанском в конце концов превращалось в заурядную распивочную.

Тех же граждан, которые по каким-то причинам не могли воспользоваться услугами распивочных, дома ждал подарок от эстонских пищевиков — солодовый экстракт «Мальтоза», благодаря которому можно было легко и непринужденно, всего за 12 часов приготовить для употребления «пенистое, ядреное пиво».

Суровые минские нравы образца 1969 года. Преподаватель физкультуры технологического института Сахновский крепко выпил в ресторане «Беларусь» на Кирова, изорвал одежду на приехавшем из братской России товарище, затем еще больше озверел и откусил случайному прохожему палец.

Еще одна гражданка (с двумя детьми) повадилась ездить в Вильнюс «на закупы», а потом спекулировать литовскими товарами почему-то в Ракове.

Гневная статья студента БПИ, жесточайше осуждающего сверстников за сленг. Ведь выражения «клеить чувиху» или «жмем в общагу за стипухой», оказывается, «порождают вульгарные замашки, узость мысли и ограниченность духовных запросов».

Некий М. Жук тем временем озабочен совсем другим. Его не пускают в женское общежитие, а ведь он хотел лишь выпить чаю с «землячкой». Землячка теперь обречена на одиночество, а Жук гневается.

По улицам города бродят пожилые белорусские эмигранты и удивляются, какой же чистый у нас город.

А в белорусском футболе уже в 1969 году вовсю играли братья Глебы, причем сразу восемь!

Белоруссия — родина бобров и всесоюзный питомник этих ценных пушных зверьков. Спустя 40 лет ценные пушные зверьки научились убивать людей.

Главным киноразвлечением года стала «Бриллиантовая рука» Леонида Гайдая.

Очень любопытно читать написанную по свежим следам рецензию на фильм кинокритика «Вечернего Минска». Комедия, по мнению Евг. Крупени, в целом удалась, но вот песенка про зайцев «просто плоха и не к месту».

Таким был 1969 год в жизни города. Бульвар Шевченко.

Напротив Дворца спорта по Парковой магистрали (сейчас проспект Победителей) еще стояли дореволюционные домики.

А по улице Мясникова пока ездили трамваи.

Впереди 1970-е.

Автор: darriuss
Без комментариев