Жертвы метро: истории семей, вынужденных покинуть обжитые дома на пути третьей линии метрополитена

Автор: Лора Нагапетян. Фото: Аркадий Соболев
10 марта 2015 в 8:00

Строительство третьей линии метрополитена в Минске обещает быть болезненным: на пути стоят сотни зданий и сооружений. Часть из них — обжитые дома, обитатели которых привыкли жить в центре, пусть и не в самых комфортных условиях. «В основном это ветхое жилье», — так о сносимых объектах выразился начальник КУП «Дирекция по строительству Минского метрополитена» Павел Царун. Действительно, назвать их обустроенными коттеджами никак нельзя, и, как правило, при получении достойной замены люди не прочь сменить старое жилье на новое. Но многие минчане крепко держатся за свое нажитое имущество.

Первый участок третьей линии метро насчитывает четыре станции: «Ковальская Слобода» на пересечении Жуковского и Воронянского, «Вокзальная» возле Дружной и Вокзальной, «Площадь Франтишка Богушевича» на пересечении Немиги и Клары Цеткин, «Юбилейная площадь» на перекрестке Сухой и Кальварийской. Он требует сноса 38 жилых зданий, основной части которых уже нет. Несколько «долгожителей» еще стоят в районе станций «Вокзальная» и «Ковальская Слобода».

Дома, которые камнем встали по маршруту появления метро, не секретны. О них уже много раз рассказывали метростроители. И всегда информация о них подается с негативным оттенком: вроде как пора бы давно снести, а жильцы по непонятным причинам не позволяют.

На территории будущей подземки, именованной «Ковальской Слободой», к срочному и неотложному сносу готовятся дом №94 на улице Сенницкой и №4 в Сенницком проезде. В пасмурный день все здесь выглядит апокалиптично. Дома с запущенными дворами, более пяти лет ожидающих своей участи. Выходишь во двор — видишь громадные котлованы с нависающим козловым краном. Каково мнение о происходящем у жильцов приговоренных домов?

* * *

«Думаете, мы довольны? Даже самая хорошая квартира не заменит собственный дом»

Жительница дома на Сенницкой неохотно рассказывает о предстоящем переезде и просит не фотографировать: работает в государственном учреждении, огласка в СМИ ни к чему, мало ли что может случиться. Все решено, сборы идут полным ходом. Жилье по плану снесут в первом полугодии текущего года.

— Мы все понимаем: если государству нужно строить метро, то с этим ничего не поделаешь, — делится хозяйка дома. — Этот дом построил дед, ветеран войны, в 1956 году. Узнав о выселении, он не был против, но хотел остаться жить в центре. Несколько лет назад ему предложили вариант на Налибокской — ни поликлиник, ни магазинов. Мы тогда отказались и ждали других предложений. Не дождались. В прошлом году дед умер, и объявились градостроители. Может быть, просто не хотели иметь с ним дело.

Вариант переселения — еще не самый худший. Но, думаете, мы довольны? Наш дом в центре города, кирпичный. Прописано семь человек, по этому количеству и выделялось альтернативное жилье. Нам дали две квартиры: «двушку» на Разинской в «панельке» и «однушку» на Притыцкого. Прислали бумагу, что стоимость квартир соответствует стоимости дома. Вполне может быть. Но даже самая хорошая квартира не заменит собственный дом.

Самая большая проблема — собака. В квартире она жить не сможет, а забирать к себе ее не хочет ни один сосед: слишком стара, хромает. Но об этом ведь никто не думает. Придется брать с собой на этажи.

Моя соседка жила в «аэропортовском» неприватизированном коттедже, который был в очень печальном состоянии. Она поддерживала снос. Ей дали очень хорошую квартиру, я таких даже никогда не видела — двухуровневую площадью 170 кв. м в новостройке на Сурганова. Только вот квартира не приватизирована: нужно либо платить аренду, либо заняться приватизацией. Но куда денешься…

* * *

«Получается, мы не имеем права жить в центре города?»

Стучимся в соседний дом в Сенницком проезде. Изгородь с облезшей краской, а двор — как после войны. С одной стороны виднеется пустующий участок, строение на котором уже смели некоторое время назад. Жильцы этого дома пока не сдаются, но что-то подсказывает нам, что это рано или поздно случится. Нас встречает Павел и говорит, что с приходом сюда метро пришлось похоронить мечты о ремонте отчего дома.

— Дом я хотел обновить: пристроить кухню, прихожую, второй этаж с зимним садом сделать. Даже стройматериалы купил. Не судьба. Из-за постоянных разбирательств у меня семья развалилась. 21 декабря жена забрала ребенка и уехала жить к родителям. У нее тут работа, друзья…

В доме четыре комнаты, он был построен в 1954 году моими бабушкой и дедушкой. Взамен дают трехкомнатную квартиру на улице Геологической в Степянке. Дом социальный, а грубо говоря — общежитие. Рядом товарно-разгрузочная станция, выходишь из квартиры и попадаешь на железную дорогу. Из центра Минска, в котором я прожил всю жизнь, меня перекидывают неизвестно куда — понижают мой социальный статус. Получается, мы не имеем права жить в центре города? Мы бы и не против переехать, но не ко МКАД!

Кстати, выбрать можно было из трех вариантов: денежная компенсация, земельный участок, квартира. Дом оценили в $107 тыс. Теперь нам доказывают, что стоимость предложенной квартиры в Степянке — $130 тыс. Представляете? Конечно, менять место жительства мы не согласны. Но судом нас принудительно пытаются туда переселить.

Павел свидетельствует: как только жители дают официальное согласие на снос, на следующий же день строений как не бывало. Снос идет охотно, ударными темпами, дай только волю. Обжитые комнаты лихо сметают, а остатки быстро увозят на грузовиках.

Парадокс: в нескольких метрах отсюда, на улице Жуковского, стоит ряд отселенных многоэтажек, никчемное существование которых упорно игнорируется. Четыре барака пустуют десять лет. Onliner.by уже писал, что их жильцов когда-то переселили за счет городского бюджета. Идет безуспешный поиск застройщика, готового компенсировать убытки. Если такового не найдется, то здесь построят социальное жилье. Но «панельки» на таком месте не одобряет Комитет архитектуры и градостроительства Мингорисполкома. Круг замыкается.

С печальными бараками соседствует большой частный сектор на Сенницкой. Кому-то приходится жить даже в самой непосредственной близости к ним. Татьяна, в отличие от предыдущих героев, с нетерпением ждет сноса, только он ее дому в ближайшее время не грозит.

— Тупик такой, что живем, как бомжи: достраивать, пристраивать нельзя. Но под снос для метро мы, к сожалению, не попадаем. Рядом «Минск-Сити» планируется, но и в границы этого проекта мы также не попадаем. А насчет бараков… Вы думаете, их снесут с открытием метро? Не верится.

Едем к будущей станции метро «Вокзальная», которая строится рядом с вокзалом за железнодорожными путями. Без преувеличения весь частный сектор вблизи уже отселен.

В некоторых домах, правда, есть еще признаки жизни в виде сохнущего на улице белья, но на контакт хозяева не вышли. Есть дома и с нараспашку открытыми дверями. Для кого и почему — неизвестно.

* * *

«Не боюсь выселения и сломанного имущества. Пойду до конца!»

Огромная территория, на которой развернулось фактическое строительство метро, огорожена. В выходной день здесь нет ни одного рабочего, пройти на стройплощадку может любой желающий. Нас встретили только несколько дружелюбно настроенных собак, а позже вышли и охранники. «К Ване?» — спросили они нас. Мы кивнули и без проблем прошли в глубь стройплощадки с техникой и котлованами.

Ваня — это не кодовое слово. Иван Брель с семьей живет в единственном оставшемся жилом доме, который стоит прямо в центре огороженной территории. Жильцы каждый день проходят мимо строительных работ. Три года подряд метростроители сражаются с семьей за выселение, и три года жители дома №6 в Проездном переулке отстаивают свои права.

— Письмо, уведомляющее о сносе, мы получили в 2012 году, — рассказал Иван Брель. — Без проведения оценки имущества нас пригласили для обсуждения квартиры взамен. После долгих разбирательств оценку дома все же провели, но к тому моменту квартира уже была выбрана — «трешка» на Корженевского, на которую мы не согласились до сих пор.

В 2013 году дело передали в суд, который исследовал материалы дела и отказал в выселении. Но законное решение судьи было отменено в 2014 году другой судьей, и при тех же юридических обстоятельствах было принято решение о выселении граждан.

Мы обратились в Совет министров Беларуси. Их ответ: гражданам было выделено меньше жилой площади, чем предусмотрено законом. В 2013 году в семье родился третий ребенок, и выбранная квартира перестала соответствовать параметрам 15 метров на человека. Однако все перечисленное не явилось основанием для отмены решения суда. Было поручено ребенку жилой площади не выделять.

Мы обратились в прокуратуру города. Прокурор Минска составил протест, согласно которому жилая площадь в 2012 году выделена с нарушением норм материального права. Прокурор убежден, что ребенку, который был рожден до вступления решения суда в законную силу, необходимо предоставить жилое помещение для проживания. Суд отказал прокурору, протест удовлетворен не был…



Иван объясняет свою претензию: в трехкомнатной квартире на Корженевского — 76,3 кв. м, в сносимом доме зарегистрировано шесть человек, следовательно, на каждого собственника приходится 12,72 кв. м вместо положенных 15 кв. м. Поэтому в придачу к трехкомнатной Иван считает вполне логичным получить еще и однокомнатную квартиру.

— 11 марта нас ждет принудительное выселение в помещение, техническое состояние которого не изучено и ключи от которого нам не выдали. Но мы не сдадимся, ведь осталось еще две инстанции, которые мы должны пройти, — это Генеральная прокуратура и генеральный прокурор.

Супруга Ивана Бреля с детьми

— Что будете делать, если вашу позицию не примут до 11 марта? — спрашиваем у Ивана.

— Осталось 72 часа. Вынесу из дома бьющиеся вещи. Попрошу знакомых приютить детей. Прежде всего волнуюсь за детей: они привыкли ходить в школу по месту жительства, с Корженевского ехать далеко. Жена с младшим ребенком поживет у тещи. А я что-нибудь придумаю. В квартиру на Корженевского мы не переедем ни при каких обстоятельствах.


Взять комментарий о сносе дома №6 в Проездном переулке у Павла Царуна нам не удалось. Но свою позицию по поводу этой истории он выразил на пресс-конференции в конце февраля.

— Некоторые граждане считают, что при строительстве метро мы должны решать их жилищные проблемы. Мы же четко руководствуемся действующим законодательством, в котором прописан порядок предоставления жилья взамен сносимого, — отметил начальник КУП «Дирекция по строительству Минского метрополитена». — В качестве примера можно привести тяжбу по дому в районе станции «Вокзальная». В настоящее время решение суда вступило в законную силу, назначено отселение в предоставляемую взамен квартиру. Спор длился почти полтора года, что сдерживало темпы строительства.

Темпы строительства дом сдерживает и сегодня. Но Ивана Бреля, владельца очередного «дома-крепости», это не сильно беспокоит, он уже готовит письмо президенту.

— Дом в 1953 году строил мой дед — начальник строительного управления. Он участвовал в возведении тракторного, автомобильного заводов, пол-Минска построил. В вопросах строительства он разбирается отлично. Дед — человек старой закалки — не думал, что в Минске возможен такой беспредел. Мы правы, и мы пойдем до конца.

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by