«Продал дом, чтобы погасить кредит». Парень рискнул и открыл единственные в Новогрудке барбершоп и тату-салон

37 064
12 декабря 2020 в 8:00
Автор: Анастасия Данилович. Фото: Максим Малиновский

«Продал дом, чтобы погасить кредит». Парень рискнул и открыл единственные в Новогрудке барбершоп и тату-салон

Новогрудок... Когда-то давно — первая столица ВКЛ, а теперь райцентр с населением меньше 30 тыс. человек. Еще два-три года назад, по словам местных, здесь было всего пару баров и парикмахерских, и народ такой расклад вполне устраивал. И вдруг город потихоньку начали захватывать частники — стали открываться кафешки и кофейни, тренажерные залы и детские развивающие центры. То ли почуяли, что здесь можно сколотить фундамент своей белорусской мечты, то ли просто устали от застоя. Среди отчаянных оптимистов оказался и Сергей Калюк: в самый разгар пандемии он открыл в Новогрудке Body Studio, тем самым расширив для людей границы возможного. Услуги татуировщика, барбера, мастера по перманентному макияжу и пирсингу — раньше за всем этим люди мотались в соседние города, а некоторые вообще не догадывались о том, что им это нужно. Оказалось, еще как. И теперь сюда за аккуратной стрижкой и новыми бровями приезжают даже из Гродно.

Райцентр встретил нас сильным ветром, голубоватым инеем на деревьях и холмистыми пейзажами. «Красиво...» — думали мы, скатываясь на машине с очередной вершины. «Тяжело...» — читалось в глазах у старушки, которой предстояло покорить эту самую вершину на своих двух. Вдоль дороги тянулись изъеденные временем частные дома. В историческом центре они сменились «помолодевшими» зданиями, которым хватило денег на ботокс в мире строительства — реставрацию. На их фоне торчит замок — точнее, то, что от него осталось.

Въезжаем в стремительно разрастающийся «спальник». Ищем на фасадах вывеску с надписью «Body Studio». Находим быстро. Она обошлась владельцу в 2500 рублей, и это самая дорогая вещь из тех, что есть в салоне. Видимо, не зря. Но о деньгах позже.

— Центр отмирает и становится ненужным, вся жизнь теперь здесь, — объясняет выбор такой локации Сергей, встречая нас у входа.

Предыстория

Он родился в Новогрудке и помнит его пустым и немножко грустным. В детстве заняться было нечем, и после школы он бежал на улицу, а не в модные кружки и секции. Потом поступил в колледж на технолога промышленного и гражданского строительства — мастера на стройке, если проще. Образование оказалось невостребованным: на рынок труда выбросило слишком много «рыбы», найти работу по специальности было сложно. Поэтому Сергей махнул в Москву. Попал в команду к хорошему застройщику. Только вошел во вкус красивой московской жизни, как неожиданно накрыла любовь.

— Познакомился с будущей женой, она из Бегомля. Предлагал ей переехать, но она очень сопротивлялась: мол, все родственники в Беларуси, как она так уедет. Поэтому я вернулся, как раз в то время, когда в стране начался первый серьезный кризис. По-моему, это был 2011 год. Я работал, кем мог: кузнецом на МТЗ, пока зарплата не упала с 10 до 4 млн (после деноминации 1000 и 400 рублей соответственно. — Прим. Onliner), администратором в магазине. Спустя три года решили перебраться в Новогрудок.

Переезды напоминали спуск с крутой горы: каждый раз вокруг все меньше машин, людей, движения. Зато собственная квартира. Дарья трудилась в центральной районной больнице, а Сергей — прорабом в крупной фирме.

— Деньги платили хорошие, а вот отношение к людям у начальства было специфическое — чуть ли не быдлом называли. Я понял, что нужно либо стать таким же, либо уйти.

Парень выбрал второй вариант. И наконец задумался о собственном деле. Под новый 2016-й год открыл в местном торговике лавку с сувенирами: китайскими, белорусскими... Все вперемешку, главное — побольше. Неожиданно людям это зашло.

— На жизнь нам вполне хватало, пока не появилась дочка. Вдобавок коронавирус сильно ударил по точке: белорусов перестали интересовать милые безделушки, да и туристы прекратили ездить (раньше в Новогрудке часто тусовались россияне, отдыхавшие в санатории неподалеку. — Прим. Onliner). Тогда и созрел план попробовать что-то новое.

В марте 2020-го это «новое» представляло собой кабинет, в котором Дарья делала массаж, а общий друг — татуировки.

В декабре же Body Studio можно назвать монстром в сфере красоты: среди услуг не только тату, но и перманентный макияж, пирсинг, мужская и женская стрижки, маникюр.

— Хотелось бы оборудовать солярий, потому что в городе нет ни одного. Поставить инфракрасную сауну, чтобы лечить варикоз, повышать гемоглобин, даже у деток... Но пока надо успокоиться и немного поработать. Не время рисковать. Мы и так неплохо стартанули: еще и года не прошло, а у нас уже три кабинета.

В свой неформальный для Новогрудка бизнес молодой человек вложил около $18 тыс. Мечтал сделать все красиво, а потому покупал только американское и европейское оборудование. Окружающие уже тогда вертели пальцем у виска: зачем, если в Новогрудке никто не заметит разницы между китайщиной и некитайщиной? Но принципы были важнее.

Откуда деньги? Часть взял из отложенного на черный день, часть выделило государство в качестве субсидии — что-то около 2,5 тыс. рублей. И, конечно, пришлось взять кредит.

— Сначала процентная ставка была 9%, но всего за пару месяцев стала больше 20%. Я решил быстро его погасить и продал свой дом. Иначе всему бы наступил конец.

Но он, к счастью, так и не наступил.

Зачем платить больше, если соседка Галя тоже умеет стричь?

Сегодня в студии немноголюдно: обычно клиенты подтягиваются к обеду. Раз в неделю сюда стабильно заглядывают подростки, чтобы посмотреть на нетипичное для этого города заведение. Восхищаются, благодарят за то, что оно существует. Но пока их нет, поэтому сотрудники не прочь немного поболтать. Уже через пару минут разговоров создается ощущение, что они друг для друга не просто коллеги. Как потом выясняется, кто-то на ком-то женат, кто-то с кем-то встречается. Такой вот большой семейный бизнес.

Почти каждый из них круто изменил свою профессиональную жизнь. Барбер Николай до этого был грузчиком и стриг друзей по урокам на YouTube, мастер по перманенту Виктория работала буфетчицей в райпо, а татуировщик Артем — испытателем газовых баллонов на заводе. Он сам долго и упорно пытался выбить разрешение на открытие собственного салона в многоквартирном доме, но так и не смог договориться с чиновниками. Так что Body Studio — это единственное место в Новогрудке, где можно легально разукрасить свое тело (не только синей краской).

— С тату мы сразу выстрелили, до сих пор все расписано на месяц вперед. Довольно часто приходят люди, которым уже 40—50 лет. Раньше они чего-то боялись, а с нашим появлением решили: «Почему нет?»

А вот барбершоп (он тоже один такой в городе) жители Новогрудка приняли не сразу. Первый месяц чуть ли не крестились и обходили стороной: мол, зачем платить в три раза больше, если можно постричься у соседки Гали? Но любопытство взяло верх: редкие посетители осторожно переступали порог сначала по выходным, а потом и по будням. Сейчас Николай в пиковые дни может обслужить восемь человек — это довольно неплохой показатель.

— Люди приходят не просто за стрижкой, но и за атмосферой.

У нас можно поиграть в Xbox, выпить чай, кофе, пиво (в Минске предлагают виски, но мы себе такое не можем позволить). Нанесут качественную косметику, постригут, побреют. Постепенно появляется осознание, что лучше потратить чуть больше денег, но зато не ходить потом с испорченной бородой, торчащей в разные стороны.

Это подтверждает и Владислав, неожиданно материализовавшийся в кресле у барбера. Он таксист. Однажды попробовал что-то новое — затянуло. Теперь каждые две недели здесь как штык. Всем своим клиентам советует, еще и визитки студии ненавязчиво разложил в салоне автомобиля. И это, черт возьми, работает!

Реклама — это вообще отдельная тема. Если в Минске все ударились в интернет и особенно в соцсети, то в райцентре такое не прокатит. А вот сарафанное радио, раздача флаеров в торговых центрах, объявления в подъездах — очень даже.

— К нам приезжают из других городов — Барановичей, Кореличей, Лиды и даже Гродно. Сотрудники ГАИ, начальники почты, многодетные мамы, директора фирм — все люди очень разные, — перечисляет Анастасия, мастер по пирсингу.

Выйти в плюс сложно

Когда мы спросили у Сергея о ценах на услуги, он предупредил, что мы будем смеяться: стоимость мужской стрижки — 17 рублей, один час работы тату-мастера — 30 рублей, перманентный макияж любой области — 80 рублей. Много это или мало, судите сами: по словам бизнесмена, средняя зарплата в Новогрудке — около 400—500 рублей. Из них 300 может спокойно уйти на аренду квартиры.

Пока такой ценник позволяет студии работать в ноль. Чтобы выйти в плюс, нужен еще год-два, считает владелец. Он все еще не платит себе зарплату, а наоборот, продолжает вкладываться, но уже по чуть-чуть.

— Был момент, когда хотел все распродать, но ребята отговорили. Вести бизнес в маленьком городе непросто: да, ты будешь здесь первым, но непонятно, как люди воспримут твою идею, надо им это вообще или нет... Мы отстаем от Минска на 3—4 года минимум. Да и местные жители тяжело воспринимают все новое: нужно дать им время. Надеемся на следующий год.

Ну а пока часики тикают, Сергей ищет утешение в мелочах: он больше не зависит от «дяди», рядом с ним друзья, и всегда есть где постричься. А еще он помог жителям Новогрудка посмотреть на себя по-другому. И это уже маленькая победа.

Если у вас тоже есть история, которой вы хотите поделиться, пишите на почту daa@onliner.by.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш Telegram-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Анастасия Данилович. Фото: Максим Малиновский
Без комментариев