308
18 ноября 2019 в 8:00
Автор: Дмитрий Мелеховец. Фото: Максим Малиновский

Так живет богатая Беларусь. Репортаж из «долины нефтяников», победившей колхоз и бандитов

Середина ноября — не лучшее время для поездок за МКАД. Ямы залиты туманом, страна потеряла последние краски, будто кто-то в ноль выкрутил регулятор насыщенности. Мы внутри файла БесцветнаяБеларусь.psd, слоняемся по однообразным пустым улицам в поисках оптимистов. Вдруг вдалеке начинают качать насосы, из высоких труб вырывается пламя, огромный завод просыпается и будит ото сна весь регион, делая его цветным и ярким на фоне дремлющей страны. Продолжаем исследовать Беларусь, в которой есть жизнь.


Мы где-то в центре Речицы, идем по широкой улице цвета простого карандаша. Здесь ветер, выборы и мужик в сланцах.

К республиканским «Дожинкам» все заметные с дороги места сделали чуть более фальшивыми: припудрили, разукрасили, накачали ботоксом.

Через каждые пару сотен метров город придавлен каменными скульптурами — чтобы не улетел в страну с ВВП повыше. Белки, зайцы и медведи равномерно распределены между всеми микрорайонами: капелька искусства должна достаться каждому жителю.

«Што ты нясеш, беларусачка?»«Нафту!»

К желто-зеленому деревянному домику сделали пристройку. Прохожие говорят, что непомерный сказочный особняк уже лет восемь строит местный бизнесмен — хочет однажды открыть здесь гостиницу. Чтобы отбить расходы, предпринимателю придется повышать цену на проживание как минимум на копейку в месяц.

Мы уезжаем подальше от городского гламура и оказываемся у символа всего, что происходит здесь, — нефтяной качалки. К ней нас ведет Константин Тарасенко, который уже много лет работает инженером на «Белоруснефти».

Завод

— Я недавно был в Солигорске и в очередной раз понял, насколько наши города отличаются. Да, там тоже есть деньги, но у них город без истории. Там просто съехались люди из сельской местности, чтобы зарабатывать, а у нас все по-другому. Это сложно прочувствовать и сложно объяснять, — подтверждает нашу теорию об очередной волне роста городского патриотизма Константин и везет нас по городу.

Мы задаем самый неприятный для белоруса вопрос — о деньгах, но Константин не смущается.

— На День нефтяника нам говорили, что средняя зарплата на производстве — то ли 1800, то ли 1900 рублей. Но это без вычета налогов. Не знаю, насколько это показательная цифра, потому что у нас, например, не числятся уборщицы — эти услуги оказывает сторонняя компания. Казалось бы, ерунда, но человек 50 с маленькой зарплатой уже меняют статистику, — делится наш собеседник.

На заводе говорят, что слесарь третьего разряда может получать 850—900 рублей, сварщик шестого разряда с хорошим трудовым стажем — 2500 рублей, вышкомонтажник имеет 2200—2300 рублей.

Все очень условно, но зарплаты есть. И от курса мы особо не зависим. Когда бахнул кризис, мы сильно и не почувствовали, а учителя полгода восстанавливали зарплату.

Таких, как Константин, на производстве еще примерно 30 тыс. Кто-то работает непосредственно на «Белоруснефти», кто-то — на смежных производствах. Все они в той или иной степени зарабатывают неплохо, но некоторые стараются не останавливаться и делать что-то еще. Константин тоже крутится.

Мы едем по городу, в который крепко вцепилось мощное белорусское производство: напоминания о нефти вылазят из-под земли на каждом шагу. Константин подвозит нас к рынку, где последние несколько лет развивается его скромный бизнес.

Свой первый велосипед Константин купил лет восемь назад: решил, что хочет поучаствовать в триатлоне. Через год на два колеса пересел его сын, а еще через два Костя отважился на первый в своей жизни бизнес. Так на речицком рынке появился павильон «Колесо».

— У меня был обычный шоссейный велик начального уровня — купил его за 700 баксов в Минске. Потренировался немного, потом начал в соревнованиях участвовать и даже статьи в газету сам про себя писал. Люди стали интересоваться, что купить и как выбрать, — я решил попробовать себя, — рассказывает речичанин.

Константин нашел поставщика, арендовал место на рынке, поставил павильон и начал заниматься продажами в свободное от основной работы время. Первые несколько лет особого заработка это не приносило, но со временем о мужчине узнал город.

— Я часто участвую в разных соревнованиях, занимаю призовые места, и люди видят это. Они понимают, что я разбираюсь в теме. К тому же мой сын занимается спортом профессионально — плавает, как пуля просто, — многие знают меня по сыну. Так мы и заслужили какой-то авторитет.

Да, сейчас многие компании осуществляют доставку по городам, и мне тяжело конкурировать с крупными минскими фирмами, но я делаю минимальную наценку и продаю за те же деньги, что и они. В итоге цены у нас одинаковые, но у меня еще и несколько преимуществ. Во-первых, я в своем деле разбираюсь. Во-вторых, все покупатели знают, где меня найти, — я ерунды подсунуть никак не могу.

Костя говорит, что на работе о его занятии знают и возражений руководство не имеет: его бизнес никак не связан с основной сферой деятельности.

— Если бы мой руководитель сказал бы: «Костя, выбирай», — я бы понял. Но, к счастью, мне такого не говорят, хотя все знают и просто подкалывают, говорят: «Ему рабочую машину не давайте, он на велике в Гомель съездит».

Конечно, тяжело летом работать без выходных, еще и в соревнованиях успевать участвовать, но надо крутиться. Особенно здесь, в провинции — тут выживают только те, кто действительно старается.


А тех, кто действительно старается, в Речице немало. И, как в любом провинциальном городе, все они хорошо знают друг друга. Когда-то Максим Титовец тоже был нефтяником, но в какой-то момент устал и решил кардинально изменить сферу деятельности.

— Сейчас на трех рабочих приходится один руководитель. Они получают по 700 рублей, а он — 2000. Это же не нормально, — возмущается Максим. — Я в какой-то момент устал и решил уйти в сферу общепита. Здесь интереснее.

Сейчас Максим работает арт-директором ресторана «Поляна», который находится за городом. Мужчина говорит, что с общепитом ситуация в Речице довольно печальная: деньги у людей есть, только тратить их в ресторанах они не хотят.

Секс-шоп

Мы изучаем город в поисках чего-то действительно яркого и забредаем в самое неожиданное для белорусской провинции место — в секс-шоп. На двери висит листик с просьбой искать продавца в соседнем магазине. За прилавком оказывается мужчина средних лет, который молча закрывает один магазин и открывает второй.

— Мы подумали, что вы должны разбираться в веселье, — заговариваем с продавцом и проходим за шторку. — Развлекается у вас народ?

— Народ везде развлекается.

— Но можно водки напиться, можно в театр сходить, а можно к вам заглянуть.

— В больших городах народ так не стесняется, но и у нас уже не так строго. Я вижу, как некоторые по десять раз оглядываются на выходе, чтобы их не заметил никто, но все равно ходят.

— Потихоньку раскованнее становится народ,— улыбается речичанин. Он говорит, что бизнес не приносит ему большой прибыли. Деньги он зарабатывает на продаже сельхозтехники.

— Интересный у вас разброс: сельхозтехника и игрушки для взрослых.

— Главное, чтобы было интересно. Такого, как у меня, ни у кого в округе нет. В Мозыре закрылся, в Светлогорске закрылся, в Гомеле два закрылось, а я работаю. Есть и есть, не идет и не идет — ничего страшного. Помещение это мое, а есть игрушки не просят. Пускай лежат себе, продаются потихоньку, — заряжает позитивом неожиданный для этих краев герой.

Мы выбираемся на улицу и проходим мимо десятков кафе и парикмахерских, названных женскими именами, сворачиваем вглубь частного сектора, где проходит граница пластмассового мира, сделанного к «Дожинкам», и начинается жизнь. У ворот нас встречает крепкий мужик в тугой шапке. На улице припарковано несколько микроавтобусов, еще один стоит во дворе. А вообще, у Димы их намного больше.

Маршрутчик

Дима начал свой бизнес во времена популярности «Бригады» и «Бумера». В девяностых и нулевых Речица была на пике своей криминальной карьеры, впрочем, как и другие белорусские города средних размеров. Потом все изменилось, и многие предприниматели исчезли вместе со странной романтикой тех времен. Остались только самые гибкие и упрямые.

— В первый день работы меня пять раз остановили братки, — говорит нам бизнесмен, который когда-то решил пойти против собственного страха.

Расспрашивали, кто я такой, под кем хожу, кому плачу и так далее. А я никому не платил и никогда в это не лез. Я простой человек из семьи учителей. Связей не было, блата не было, денег больших не было — зачем мне лезть в это все?

Потом конкуренты «щемили». В те времена перевозками занялись бывшие сотрудники сами понимаете каких структур. Они насылали на меня проверки, закончилось все разговорами с ОБЭП и КГБ, но я всегда работал честно, им не к чему прикопаться было. Какие-то мелкие нарушения они нашли, но серьезного ничего не было. Они со временем отстали, вот так потихоньку мы и раскрутились.

Сейчас у Димы целый автопарк, работает его компания в основном по городу, хотя иногда организовывает и междугородние поездки. Мы спрашиваем его о заработке и условиях для бизнесменов. Дима старается ответить честно.

— Конечно, сейчас все сложнее: появилась куча проверяющих инстанций, водители, как киборги, устройствами обвешаны. Но есть и обратная сторона: стало честнее. Хочешь на маршруте работать — участвуй в конкурсе.

Я вот в кредиты влез, лизингов набрал, взял себе машины новые, и поэтому получил лучшие маршруты в городе. Так это и должно работать.

Тренажёрка

Когда-то массивное здание в центре города было школой-интернатом. Теперь здесь быстро развивающийся торговый центр с кафе и магазинами. Мы поднимаемся на этаж, где нас уже ждет молодая бизнесвумен Ира Долгачева.

Ира родом из Речицы. После школы она немного поработала кладовщиком на мебельной фабрике, продавщицей в магазине, пожила в Минске, а потом все же вернулась.

— Не скажу, что мне в Минске не понравилось, но Речица — это дом. Я здесь себя по-другому чувствую. Хотя я не исключаю, что однажды окажусь где-то еще, — улыбается Ирина и вспоминает, как начинала свой спортивный бизнес в полуподвальной качалке советского образца. — Я начала заниматься, когда в Речице не было ни одного приличного тренажерного зала и девушки вообще не занимались фитнесом или чем-то похожим. Я тоже хотела найти что-то приличное, но в итоге пошла в обычную качалку с мужчинами. Я тренировалась и видела, как девушки боятся гантелей и штанги: все думают, что это превратит их в каких-то качков. Мне тогда показалось, что можно исправить ситуацию и открыть свой проект.

Сперва Ира набрала небольшую группу девушек и арендовала помещение тренажерного зала по часам. Количество желающих постепенно увеличивалось — пришло время расширяться. Речичанка арендовала помещение, сделала в нем ремонт и привела всех своих клиентов сюда. Life Style работает уже больше года, сегодня здесь занимается около сотни человек.

— Мы изначально решили работать только для девушек — мужчин в наш «девичий храм» мы не пускаем. И девочкам это понравилось. Сейчас начинается сезон, который продлится до начала лета. В принципе, все идет неплохо. Конкретные цифры я называть не хочу, но скажу так: зарабатывать можно раза в три-четыре больше, чем на государственной работе, — провожает нас Ира.

Художник

Когда мы начинаем убеждаться, что с малым бизнесом в городе все в целом неплохо, нас откидывает в ближайшее кафе на встречу с местным художником Анатолием Щегловым. Этот парень прославился тем, что задарил десятки звезд своими шаржами, на которых изображает все привычки, достижения, все кусочки жизни героев. Такие он делает и простым землякам, но уже за деньги.

Толик учился в художественной школе, потом окончил училище и решил остаться на родине. Здесь он проводит мероприятия, рисует, ведет кружки для детей, снимает видео на YouTube и делает много чего еще. Говорит, много заработать не получается, но обеспечить жену и троих детей выходит.

— У человека, которому что-то не нравится, есть три варианта: изменить ситуацию, приспособиться или сдохнуть. Вместо последнего в нашей стране нужно подставлять «свалить». Каждый для себя выбирает, какой вариант ему подходит.

Шаржи мои стоят долларов по 50 в эквиваленте, но их не так часто заказывают: для людей это сейчас дорого. Еще немного на организациях выставок выходит. Как ни странно, больше всего — на проведении мероприятий.

Да, я зарабатываю, как мастерок на каком-нибудь заводе, но он пять дней в неделю занимается ерундой, которую робот бы сделал за два часа, а я каждый день делаю что-то новое, творчеством занимаюсь. К нам знакомые в гости приходят, смотрят на мою дочку и говорят: «Лада, ты в 9 лет уже прожила больше, чем мы в 30». Жизнь кипит, поэтому всем надо стараться поменьше ныть и делать побольше интересных вещей.

Воздушная

Сумерки. На рынке уже трещат и хлопают роллеты, отпуская продавцов по домам. Под навесом крутится шаурма, которую готовит восточная девушка в черном платке.

Ты как дерзкая бомба, ты меня взорвала. Моя мадама, моя мадама, моя навсегдама, ты моя дама, — пританцовывает под любопытный мотив продавец и говорит: — Приходите еще.

Посреди полупустого рынка нас ждет Мария, которую представляют как самого позитивного человека в городе. С первых минут нашего знакомства становится понятно, что Маша думает о крамольных для белорусской глубинки вещах: путешествиях, личном бренде и саморазвитии.

Недавно Маша придумала себе милый псевдоним — Маша Воздушная. Улыбчивая девушка ведет нас по рынку и говорит, что это сработало — ее уже узнают в городе. Но началось все намного раньше.

— Моя мама работала в «Детском мире» лет двадцать. Я ей всегда помогала. А потом мой брат окончил институт предпринимательской деятельности и подбил всех нас на открытие своего магазина. И вот мы какое-то время продавали только игрушки, а потом я предложила еще и шариками заниматься: это же чистый позитив! Я начала семинары всякие посещать, учиться аэродизайну — и дело пошло.

— Это прибыльно?

— Мне на мечту хватает: я очень путешествовать люблю. Поработала и поехала куда-нибудь. В этом году съездила уже четыре раза: была в Барселоне, Ницце, Монако, Милане, Будапеште, Друскининкае, Львове, Карпатах. На Новый год в Амстердам собираюсь, в мой любимый город.

— Значит, шарики — неплохой бизнес?

— Нужно просто цели правильные ставить, а не пытаться заработать побольше денег.

— А с игрушками все тоже неплохо?

— Мы с мамой посменно работаем, а брат у нас — директор и идейный вдохновитель. На самом деле сейчас уже и я езжу к поставщикам, договариваюсь. Беларусь, Китай, Россия немножко — крутимся, но все сложно.

— Сегодня сколько продали?

— Две игрушки на 35 рублей

— Как-то совсем негусто.

— В магазин сегодня сходить хватит, а там посмотрим. Негусто, конечно, но могла ведь и ни одной не продать.

Читайте также:

Библиотека Onliner: лучшие материалы и циклы статей

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Дмитрий Мелеховец. Фото: Максим Малиновский