На бомжа Бориса напали и выгнали из престижной новостройки. Жестокая развязка необычной истории

1511
14 августа 2019 в 8:00
Автор: Евгения Штейн. Фото: Максим Малиновский, архив жильцов

На бомжа Бориса напали и выгнали из престижной новостройки. Жестокая развязка необычной истории

Год назад в подъезде минской новостройки поселился необычный бомж Борис. Он не пил, занимался спортом, мылся минимум раз в неделю и свил себе гнездышко под лестницей в стиле минимализма: картонка, термос, рюкзак. Днем Борис работал на стройке в Лебяжьем, а по вечерам приходил на детскую площадку жилого дома по соседству и начинал файтинг с самим собой, чем несколько смущал жильцов, которые среди ночи все-таки поглядывали в окна. Женщины боялись за детей, мужчины — за женщин, и, хотя в целом люди относились к Борису с симпатией, восемь судимостей и навыки рукопашного боя делали его не самым желанным соседом. Несколько раз на Бориса вызывали милицию. Стражи порядка действовали по схеме «привести в отделение — составить протокол — дать на подпись — отпустить». «Откинувшись», бомж Борис спокойно возвращался «домой» под лестницу. Когда стало понятно, что борьба с бездомным в рамках правового поля бесполезна, один из жильцов пошел на радикальные меры. Но это кульминация, а мы расскажем все по порядку, чтобы читатели понимали, какая обстановка царила в новостройке последние месяцы.



Содержание

Акт 1. Угрозы

— Борис сам рассказывал, что после выхода статьи ему неоднократно предлагали жилье и работу, но его вполне устраивает жизнь под лестницей и зарплата около $70 в месяц, — рассказывает Павел, житель дома на Победителей, 125. — Он продолжал работать подсобником по договору подряда, рисовать странные картины и писать странные записки, вывешивая их на доску объявлений в подъезде и не желая что-то менять. А в последнее время начал приводить своих приятелей.

— В одну из ночей я спускался по лестнице и увидел спящего человека, — говорит Виталий, житель четвертого подъезда. — Поинтересовался, как он сюда попал. Он сказал: «Дверь оставил открытой ваш ночной дворник». А «ночной дворник» у нас Борис. Иногда в нашем подъезде появляются лужи. Конечно, такое происходит не каждый день, но раз в неделю может произойти. Лично у меня с Борисом нейтральные отношения, но на стенде постоянно появляются его записки с угрозами, а значит, с кем-то он все время конфликтует.

В числе людей, удостоенных записок с угрозами, — новый председатель товарищества собственников. Его усилиями вещи Бориса регулярно оказывались на помойке. Борису это, конечно, не нравилось.

— Уборщицы боялись трогать эти вещи, потому что Борис у нас занимается боевыми искусствами, имеет судимости и может отомстить. И он располагался в подъезде как у себя дома: за батареи прятал простынки, тряпки, ложки, вилки, стирал в мусорокамере, где можно набрать воду для уборки подъезда, а на последнем этаже под чердаком сушил белье, — рассказывает председатель. — В один из дней я собрал его вещи и выбросил. В ответ Борис оставил гневную записку на доске объявлений.

Меня эта записка не напугала. Каждый день я обходил подъезд и выбрасывал его вещи. И выгонял его из дома, когда заставал спящим под лестницей. После этого угрозы посыпались лично в мой адрес: «Не стой на моем пути». Вывеску на товариществе собственников бычком прожег, делал другие мелкие подлости… И я написал жалобу в прокуратуру, что человек мне угрожает.



Вам кажется, что это такое приятное соседство — жить с бомжом? У человека все равно есть физиологические потребности: он мочился в бутылки, гадил в мешки и оставлял все это на чердаке. В подъезде постоянно стоял запах табачного дыма, он повсюду оставлял за собой бутылки с бычками. Все это приходилось убирать за ним.

Делом разбушевавшегося бомжа обещала заняться прокуратура, и жильцы посоветовали нам не затягивать с интервью. В ту же ночь мы приехали на Победителей, 125, но Бориса уже нигде не было. Из вещей — только картонка под лестницей. По телефону — автоответчик, предлагающий оставить голосовое сообщение после сигнала. Вообще Борис не ждет ни от кого звонков, а с телефона просто слушает музыку: Цой, ДДТ и другие треки из девяностых.

Акт 2. Нападение

Через несколько дней Борис увидел пропущенные и перезвонил. Так мы узнали, что он больше не живет в престижной новостройке. Отчаявшись легитимно решить проблему с бомжом, который по ночам машет кулаками на детской площадке, хвастается судимостями и держит в страхе весь дом, один из жильцов сам пошел на преступление.

Борис начинает издалека и медленно переходит к сути дела:

— Эти люди — беспредельщики, они могут с человеком сделать все что угодно. Вещи мои выбросили из-под лестницы, но это ладно. Есть там такой жилец, я называю его Буйвол. Когда я его вижу, у меня, как у волка, глаза загораются от злости. У него походка ротвейлера, он не разговаривает — кричит приказным тоном. Я в первый раз с этим Буйволом столкнулся еще зимой, когда набирал воду в подсобке, чтобы постирать шмотки. «А что ты тут делаешь? Откуда у тебя ключ?» Ну и посыпались угрозы: «Еще раз увижу — я тебе то-то и то-то»… После этого я долго его не встречал, и он меня тоже. А потом я повесил свой рисунок в подъезде…

Не надо было мне этого делать, люди и раньше говорили: «Борис, ты хорошо рисуешь, но не надо вешать свои эти рисунки на стенд». А я повесил. Буйвол увидел, узнал, где я сплю, и утром навестил. Дверь открылась, как будто туда влетела группа захвата: «Вали отсюда!» Я спокойно встал, собрал свои вещи, а он замахнулся на меня, но не ударил. Я говорю: «Так чего ты, бей, раз замахнулся!» А этот клоун пообещал мне ребра сломать. Я думал, этот герой-боец со мной один на один встретится, и написал записку: мол, приходи. Но он привел еще двоих и взял с собой баллон с перцовым газом.

Я их сначала не видел: они сидели в машине, видимо, меня подкарауливали. Запомнили, что я прихожу ровно в полночь и гуляю на детской площадке. И вот в конце июля они на меня напали.

В глаза полили перцовым газом из баллончика, я ослеп. Потом услышал: «Руки на капот». Потом пошли удары в голову, в челюсть, по почке, по ребрам… А этот перцовый газ и в рот попал, и в глаза — ничего не вижу, не могу защищаться. А он продолжает мне глаза поливать, как садовник цветы: «Н-на, н-на, животное, держи». До утра глаза не мог раскрыть. Шел, как слепой, на ощупь.

Слышал какие-то голоса, сигналы машин, кто-то крикнул: «Эй, дебил, куда ты идешь?» Я добрался до какого-то магазина, зашел туда, воды попросил. Они говорят: «Водой нельзя смывать: еще хуже будет».

Но я такой человек, тем более сидевший, я никогда ни на кого заявление не писал. Единственное, чего хочу, — опять сходить в этот дом, подойти к этому Буйволу и сказать одну только фразу: «Следующий удар будет за мной». Я такое не прощаю. Я не злопамятный, но мстительный. Я его не боюсь, но в тот дом я уже не пойду, потому что, если начну опять там ночевать, а Буйвол опять начнет кидаться на меня, я могу таких дел натворить, что крови будет много.

Жильцы дома на Победителей, 125, не имеют понятия, кого Борис прозвал Буйволом. Конфликты у него, конечно, случались, но обе стороны вели себя в них довольно миролюбивым образом. Сам Борис имени своего обидчика не знает, а внешность описывает так: «Здоровый, крепкий, лет 35». Таких жильцов в новостройке хватает, но никто из людей, которые публично конфликтовали с Борисом, не подходит под описание.

— Вещей только жалко, рисунков… — грустит Борис. — У меня был журнал, и там был красивый пейзаж вьетнамских гор. Океан, на берегу два корабля… Я нарисовал его красками на большом куске картона. Прихожу в подъезд — а картины нет, ее выкинули, а вместе с ней — краски, кисти, которые я спрятал под лестницу.

В общем, в том подъезде Борис больше не появлялся. Пока лето, ночевал во дворе на скамейке. Хотя бывало так холодно, что вместо сна под утро приходилось приседать и бегать. Иногда Борис ночевал в бытовке на стройке, но в подъезд уже не возвращался.

Акт 3. Надежда

Пару месяцев назад Борис чуть было не бросил тренировки по боксу: перестал их посещать от безденежья, о чем честно сказал директору клуба в ответ на вопрос «Что случилось?». Директор предложил Борису ходить в секцию бесплатно, пока дела не пойдут на лад. С тех пор он занимается три раза в неделю, не пропускал тренировки даже после того, как на него напали в Лебяжьем.

мешок, крепление верхнее, наполнитель: резиновая крошка, обшивка: брезент, высота рабочей поверхности 105 см, вес 35 кг
манекен, крепление напольное, наполнитель: пена, обшивка: винил, высота рабочей поверхности 115 см
Нет в наличии

— Боря, что с глазом? — спросил тренер, заметив фингал.

— Ай, там дурак один на районе. Неугомонный, — вроде как отшутился Боря.

Через пару дней Борис попытался вернуться на работу, но узнал, что уволен, и сразу позвонил в редакцию и попросил помощи.

— Сегодня пришел на стройку, хотел переночевать в бытовке, но меня заметил охранник и сказал, что я там больше не работаю. Мне очень часто задерживали зарплату: с теми, кто работает по договору подряда, рассчитываются, когда захотят. В июне я взял отпуск, чтобы найти работу с местом в общежитии. А в июле, грубо говоря, забил болт. И они меня уволили. В общем, новую работу я не нашел, а старую потерял. Жить негде. Что мне делать? Я уже не молодой человек, чтобы на улице ночевать. Да и к врачу не мешало бы обратиться, потому что почки и ребра болят после того случая.

Мы предложили Борису ночлежку для бездомных, или «дом ночного пребывания лиц категории БОМЖ», как он правильно называется. Объяснили, что первые пару месяцев там можно жить и искать работу. С поиском вакансий и места в общежитии тоже помогают социальные службы. Главное — не пить, не лениться и соблюдать правила поведения.

Идея показалась Борису роскошной, он только попросил сопроводить его туда, в ночлежку. Боялся не найти нужных слов. Боялся, что к нему отнесутся так, как всегда относились в казенных учреждениях. Детство он провел в интернате, сразу из него отправился в тюрьму, а вернувшись, стал бомжом: «Приехал в Витебск, спросил: „Где мое жилье?“ Мне сказали: „Иди туда, где сидел, там тебе дадут квартиру“». Тюремные нары с совершеннолетия были для него единственным законным пристанищем, и это толкало на новые преступления. Мы подозревали, что и на этот раз он в шаге от рецидива. Ему было холодно, нечего есть, одиноко, и со всеми этими неудобствами он продолжал бороться с желанием отомстить обидчику, который напал на него во дворе новостройки в Лебяжьем. Так что мы передали ему еду и назначили встречу на утро ближайшего рабочего дня, чтобы вместе пойти в ночлежку.

Акт 4. Фиаско

Борис не пришел. Не отвечал на телефонные звонки, а вечером не явился на тренировку (что совсем уж на него не похоже). Где он и что с ним — в момент публикации статьи вопрос оставался открытым. Закрадывались подозрения насчет того, что наш герой выбрал для себя привычный путь, но ситуация оказалась куда менее драматичной: вечером он перезвонил, сказал, что сам во всем разберется и попросил больше не беспокоить.

Похожая ситуация у Onliner была с другим нетипичным бомжом — Женей, который жил со своей возлюбленной в палатке на берегу Свислочи, имел судимости, но мечтал найти работу и начать нормальную жизнь. После того как редакция помогла ему с трудоустройством, парень пропал. Следующая новость о нем появилась уже на сайте Следственного комитета: Женя совершил кражу и оставил свое фото на месте преступления. Видимо, на казенных харчах ему было привычнее.

Читайте также:

Библиотека Onliner: лучшие материалы и циклы статей

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Евгения Штейн. Фото: Максим Малиновский, архив жильцов