968
15 февраля 2019 в 8:00
Автор: Оксана Красовская. Фото: архив Onliner; фото носят иллюстративный характер
Вчерашняя студентка об ужасах жизни «на квартире у бабушки»

Жизнь в чужом доме на птичьих правах — далеко не то, о чем мечтаешь. Но когда ты студент, а места в общежитии не перепало, выхода нет — приходится скитаться по городу в поисках стабильного и более-менее дешевого варианта ночлега. Чаще всего решить болезненный вопрос можно посредством аренды комнаты в квартире у пенсионерки. Да, это не самая веселая компания, зато всего за $100 в месяц (плюс «коммуналка») обеспечена крыша над головой. Правда, приветливые в момент знакомства женщины не всегда оказываются хорошими соседками впоследствии. Зачастую пенсионерки продолжают считать себя полновластными хозяйками всех квадратных метров и не видят ничего предосудительного в том, чтобы заходить на арендованную территорию и поучать нового жильца. О том, что милые бабушки могут оказаться не такими уж и милыми, рассказывает Кристина, которая сейчас счастливо живет в собственной квартире в Минске, но в студенческие времена успела пожить у разных, в том числе очень специфических, хозяек.

Минск. Начало

— В 2011 году я, приехав из Могилева, поступила на дневное в БНТУ, — вспоминает девушка. — Впереди были новая интересная жизнь и пять лет обучения. С общежитием сразу не задалось (как и впоследствии, сколько бы заявлений ни писала), поэтому с ходу пришлось окунуться в мир столичной аренды.

Началось с того, что мы с двумя подружками сняли «однушку» возле Червенского рынка. За «убитую» хрущевку с нас брали $180, и это было совсем недорого, поэтому первое время на облезлые стены и полы, отваливающийся балкон мы не очень-то обращали внимание: экономия. Как квартирантов-новичков, до поры до времени нас в этом варианте все устраивало, а больше всего радовало расположение. Добираться от квартиры до учебы было удобно, и это не могло не радовать, так как города мы тогда еще совсем не знали и каждый новый маршрут был сложным, чуть ли не вселял панику.

А потом, обустроившись и разобравшись, что к чему, мы решили поговорить с собственниками о ремонте, необходимости что-то починить. Но на просьбы или предложения хозяева не реагировали, говорили: «Нам это не надо». И мы решили съезжать.

Калейдоскоп хозяек

Тогда-то Кристина и попала в квартиру своей первой бабушки. За $100 в месяц девушка обрела небольшую комнату и деликатную соседку, которая не донимала расспросами, считалась с интересами «жилички» и не имела никаких «бзиков» на экономии, времени появления дома и тому подобного. У этой женщины студентка прожила три года и съехала только потому, что пенсионерка начала буквально каждый месяц поднимать оплату, мотивируя тем, что жизнь нынче сложная. Когда плата с $100 выросла до $150, Кристина начала искать другой вариант.

— Если бы не цена, которая, судя по настроению хозяйки, могла бы продолжать расти еще очень долго, я бы не съезжала: жили-то мы нормально. Но новые счета каждый раз, признаюсь, напрягали. В итоге я переехала в комнату к пенсионерке, которая одна жила в «трешке». Дети выросли и разъехались по миру, а бабушке было скучно оставаться одной. Да и деньги никогда не помешают. Впрочем, в финансовом плане она не зверствовала — $80 в месяц плюс «коммуналка».

С этой хозяйкой мне тоже повезло. Задержалась у нее в итоге на два года, до конца обучения. А потом настало время отрабатывать распределение. Предприятие, куда меня закинула судьба, хоть и находилось в Минске, но было далеко от места жительства. Поэтому пришлось искать более удобный вариант, чтобы не тратить на дорогу часы.

Так я попала к молодой хозяйке: женщине было около 35 лет, она жила в «двушке» с сыном-третьеклассником. Условия моего проживания были немного специфические. Я плачу $80 в месяц плюс периодически помогаю ей с ребенком: забрать из школы, сделать уроки. В итоге через какое-то время я превратилась в репетитора, от которого стали требовать результатов: мол, почему сын еще не отличник? (Было довольно странно слышать эти претензии, так как до этого она сама мне рассказывала, что с ним уже занимались репетиторы и сказали, что он крайне разбалованный и без тормозов.)

Параллельно с этим хозяйка начала поднимать плату за комнату — за три месяца аренда поднялась с $80 до $120. Для молодого специалиста, которого распределили в не самую успешную компанию, это стало слишком дорого. Плюс личные моменты. Решила съезжать.

Бабушка «икс»

Пересмотрев различные варианты, Кристина бросила якорь в районе метро «Пушкинская». 63-летняя хозяйка, у которой не было детей, одна жила в «двушке». Женщина показалась очень интеллигентной и милой, а цена — приемлемой: $80 плюс «коммуналка».

— Комната была очень маленькая — метров десять, не больше. Обстановка классическая: ковер на стене, деревянная кровать, старый шкаф. Меня это совсем не смутило: к тому моменту я с помощью родителей уже строила свою квартиру, поэтому рассчитывала пожить на «Пушкинской» максимум полгода. Да к тому же предыдущие мои бабушки были адекватные, и я даже не думала, что бывают другие. И что оговаривать (а лучше прописывать) нужно все условия, чтобы потом, чуть что, «ткнуть» бумажкой.

Заплатила за месяц вперед и перевезла вещи. Но в первый же день начались приколы. Бабуля выставила требование: позже десяти вечера домой не возвращаться. Когда я возразила, что езжу в командировки и завишу от расписания поездов-автобусов, она только хмыкнула. Совсем скоро настал тот самый день, когда я осмелилась опоздать к назначенному часу из-за работы. Что сделала бабушка? Не пустила меня домой. Закрыла дверь на свой ключ изнутри и не снимала телефонную трубку. Пришлось посреди ночи долго стучать-кричать, чтобы она все-таки соизволила подняться и отпереть дверь. Признаюсь, что в какой-то момент я уже подумала, что придется идти ночевать на вокзал…

Что касается «бытовухи», то это отдельная тема. К примеру, в холодильнике мне была выделена одна полка в основной части и одна в морозильнике. Как-то вечером я решила сварить суп, открыла свой ящик с заморозками и начала смотреть, что есть в запасах. Вдруг из своей комнаты отозвалась бабуля: «Что ты там делаешь, я чувствую, что ты роешься в моих продуктах». Пришлось ее убеждать, что чувствует она неправильно. Также на кухне не должно было оставаться запаха еды — независимо от того, готовишь ты или разогреваешь. Но при этом открывать окно было нельзя: «вымораживаешь квартиру».

Положение хозяйки позволяло ей властвовать: то мою картошку переложит в другое место и ничего не скажет, то чайник спрячет, потом снова достанет, а к вечеру передумает и опять уберет его. А еще мне вообще нельзя было заходить на кухню, если она находилась там. Хотя ни о чем таком мы изначально не договаривались.

В моей же комнате всегда должен был быть идеальный порядок: кровать заправлена (ни одной складочки) и подушка треугольником, как в пионерлагере. Все вещи — только в шкафах и на полках. Не дай бог оставить блузку на стуле — скандал. Ноутбук — только в сумке, на столе ни в коем случае не оставлять.

Несмотря на то что я оплачивала половину «коммуналки», а у самой пенсионерки были льготы, воду и свет надо было жесточайше экономить. Не дай бог лишняя капля прольется или ты минут на пятнадцать застрянешь в душе. Крики, стук и поторапливания. Точно так же она контролировала освещение: зачем тебе, чтобы в комнате горело три лампочки, если можно жить и при одной? И демонстративно выключала ту клавишу выключателя, за которой закреплены две лампочки.

К тому же существовал свой обязательный ритуал после душа. Саму ванну и стены надо было насухо вытереть. И хозяйка шла проверять качество вытирания после того, как я принимала ванну. Причем каждый раз ворчала, что я «напарила тут». Если ей удавалось найти свежую каплю, она звала меня, показывала и упрекала, какая же из меня никудышная хозяйка.

Неожиданная штука приключилась с возможностью пользоваться стиральной машиной. Когда я заезжала, мы с хозяйкой договорились, что раз в неделю я смогу запускать ее, чтобы постирать свои вещи (не в Могилев же их возить на себе). Первое время так оно и было, но потом в наказание за то, что я вытерла не все капли на стене, бабуля запретила мне пользоваться «стиралкой». Вообще. Когда я поднимала вопрос прежних договоренностей, женщина кричала: «Ты ее сломаешь!» Что там можно сломать, для меня до сих пор загадка.

Еще одним наказанием за уже не помню какой страшный проступок был запрет включать телевизор (в моей комнате стоял старый «кубик», по которому шли четыре канала). Правда, через некоторое время женщина оттаяла и вернула пульт. Кстати, интернета у бабушки дома предсказуемо не было. Когда я заезжала, планировала провести его, но совсем быстро поняла, что не стоит этого делать: в этой квартире я надолго не задержусь.

Само собой, территориальных границ хозяйка не видела — заходила в мою комнату, когда хотела, рылась в вещах (поняла это, когда обнаружила, что что-то стоит не на своих местах или лежит не так, как я оставила), а еще требовала и днем, и ночью держать дверь моей комнаты открытой: мол, моя комната теплее, а ей в зал нужен приток горячего воздуха, не то она замерзнет. О замках и речи не шло. Естественно, и ложиться спать мне надо было одновременно с пенсионеркой — чтобы той свет не мешал.

Придирки пенсионерки к Кристине нарастали. Дошло до того, что ей не понравилось, как по утрам «пшикает» и пахнет дезодорант девушки. (Дверь, напомним, закрывать было нельзя.) А осложнялось все тем, что параллельно квартирантка готовилась к свадьбе, которая должна была состояться буквально через несколько месяцев. Жених Кристины в это время доучивался в другом городе, поэтому виделась пара редко.

— Один раз мой будущий муж зашел ко мне домой: помог донести сумки. Само собой, они с хозяйкой увиделись, но дальше коридора она его не пустила, хотя и допросила, кто он и что. Правда, после его ухода начала говорить, что я не достойна такого молодого человека: мол, он мог бы найти себе и получше — красивее, более хозяйственную и лучше одетую. В один из приступов гнева она вообще обозвала меня бомжихой.

Правда, надо сказать, что бывали у нее и моменты «оттепели», когда она звала на чай, что-то рассказывала о своей жизни и снова становилась милой женщиной, с которой я и познакомилась. Кстати, все эти претензии и гадости она успела «выкатить» мне всего за месяц проживания. От немедленного переезда меня удерживала только оплата полного месяца: жалко было терять деньги.

Переезд

Прожив месяц, Кристина решила поехать на три недели домой: надо было подготовиться к свадьбе. Уведомив хозяйку, что в ближайшее время они не свидятся и чуть что ей можно звонить, невеста помчалась в Могилев, оставив в комнате все свои вещи. Параллельно девушка начала просматривать объявления о сдаче жилья: стало понятно, что переезд неизбежен.

— Возвращаюсь я в Минск и с порога вижу такую картину: стоит моя хозяйка «руки в боки» и заявляет: «А чего ты сюда пришла, я уже все твои вещи собрала». Я в шоке: что происходит, я же предупредила. Немного поругались, и бабуля милостиво позволила мне остаться.

В этот же день я предупредила хозяйку, что буду съезжать и как можно скорее. Она почему-то осталась недовольна. И вот, когда настал день переезда, бабуля закатила скандал: пыталась не выпускать меня из квартиры, кричала, что я могла прихватить ее вещи (хотя и брать-то там было нечего) и что надо проверить каждую мою сумку, орала, что вызовет милицию и позвонит на мою работу. А закончилось все тем, что это якобы не я съезжаю, а она меня выгоняет, как и всех предыдущих квартирантов-проходимцев.

В итоге у этой чудо-хозяйки я прожила два месяца, из которых три недели отсутствовала. Но даже этот короткий опыт запомнился мне, наверное, навсегда. Знаю, что она до сих пор сдает комнату, и очень жалею всех ее нынешних и будущих квартирантов. Хотя, уверена, своим подругам она рассказывает страшные истории про неблагодарных жильцов.

Читайте также:

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Оксана Красовская. Фото: архив Onliner; фото носят иллюстративный характер