Роскошь или рухлядь? Жители столетних минских домов о том, завидовать им или сочувствовать
229
14 ноября 2018 в 8:00
Автор: Евгения Штейн. Фото: Максим Малиновский
Роскошь или рухлядь? Жители столетних минских домов о том, завидовать им или сочувствовать

Эти дома так хороши снаружи, что руки сами тянутся к фотоаппарату, но некоторые из них так плохи изнутри, что жильцы могут часами перечислять их недостатки. Ведь мало кто, проходя мимо, заметит трещину на фасаде, пронизывающую сразу несколько этажей, или окна, выходящие на глухую стену соседней трехэтажки. Что скрывается за копчеными фасадами древних жилых домов, каково менять лампочку под 4-метровым потолком и что за «элита» обитает в квартире с самым красивым минским балконом? Мы побывали в нескольких домах, которые были построены в XIX столетии, и узнали, каково в них жить в веке XXI.

Речь пойдет о трех домах:

Дом с роскошным фасадом и трещиной по стене

До реконструкции дом на Мясникова, 76, был симпатичной двухэтажкой с арочными окнами и мезонином, а после стал неизменной натурой для фотосессий. Но, как это часто бывает, внешность оказалось обманчивой. Вместо того чтобы хвалить красоту дома, его жители часами ругают его недостатки. Но для начала несколько слов о том, откуда эти недостатки взялись.

Во время реконструкции дом прирос двумя этажами. Работы длились девять лет: сначала проектировщики отнеслись к ним формально, потом строители «подкачали» — словом, времени на расширение состава семьи у жильцов, которых на годы реконструкции выселили в подменный фонд, было предостаточно. Одна из семей разрослась так, что после сдачи дома в эксплуатацию получила четыре квартиры вместо одной. Все свободное жилье тоже было отдано нуждающимся.

Говорят, что ажурные балконы, лепнина, пилястры и прочие атрибуты роскоши — это не архитектурные излишества, которыми наградили старую двухэтажку во время реконструкции, а ее реальный облик столетней давности. Не считая, конечно, двух наращенных этажей.

Но главным изыском стал центральный балкон в виде изумрудной чаши и трехстворчатое окно в форме короны. Со стороны может показаться, что за ним прячется элитная квартира столь же избранного обладателя. На самом деле ни квартира, ни ее жильцы не имеют с элитой ничего общего.

— Не так давно вокруг нашего балкона разгорелись страсти на Facebook: люди писали, что квартира принадлежит крутым чиновникам, — говорит хозяйка Галина Антоновна. — А мы обычная семья. Мой муж Василий Сергеевич всю жизнь проработал на тракторном заводе, а я сменила несколько профессий, но никогда не была чиновницей.

Сама квартира изнутри тоже не похожа на элитную: огромная трещина в стене насквозь пронизывает одну из комнат, а на пресловутый балкон можно попасть только через окно: его основание расположено на уровне подоконника. На вопрос, как это случилось, у жильцов нет ответа.

— Вот так они сделали. По фотографии позапрошлого века, — пожимает плечами Галина Антоновна. — Кстати, раньше на месте нашей квартиры была большая мансарда с мезонином, в которой жил белорусский писатель Янка Мавр. Это был его балкон.

Ответ на свой вопрос мы нашли этажом ниже: жительница рассказала, что после реконструкции высота ее потолка уменьшилась с 4,5 до 3,8 метра. Видимо, на эти 70 сантиметров и опустился уровень квартир третьего этажа, в то время как балкон остался на прежнем месте. С трещиной все еще загадочнее.

— Она возникла, когда начали копать метро, — говорит хозяин квартиры с изумрудным балконом Василий Сергеевич. — Хотя не исключаю, что виной всему стала неудавшаяся реконструкция 20-летней давности. На новый, 1998 год в доме лопнули батареи, из них четыре или пять дней свистал кипяток. Тогда дом еще не был заселен, но уже стоял новенький, со свежей чистовой отделкой. После потопа сюда притащили электропушки, все высушили и забили гвоздями вздыбленные половые доски. Потом вылили на пол ведро меловой шпатлевки и растянули ее резиновой шваброй, чтобы заделать щели. Идешь — а у тебя из-под ног мелованная пыль облаками выпрыгивает.

В газетах писали, что нам сделали элитные квартиры с евроремонтом, а у нас даже вентиляции в кухне нет: ее заложили плитой перекрытия. Мы вытянули принудительную в окно, а нам сказали убрать: здесь же историко-культурная ценность.

Во время реконструкции в доме полностью поменяли планировку квартир. Причем к делу подошли «креативно»: соорудили длинные коридоры с комнатами по бокам, на одном конце расположили ванную, на другом — туалет, а еще отделили крохотные 6-метровые кухни в 100-метровых квартирах. Неудивительно, что многие жильцы сделали перепланировку сразу после новоселья.

А вот деревянные окна советского образца поменять не удалось, потому что дом имеет особый исторический статус. Единственный способ безнаказанно изменить его облик — это украсить балкон.

— Я каждый год его оформляю. Зимой — ветками можжевельника, елки, сосны и бересклета, — рассказывает Василий Сергеевич. — Ну и гирлянду электрическую на Новый год вывешиваю. А летом высаживаю на балконе вьющуюся фасоль, она здесь все завивает шубой, сверху вешаю кашпо с петунией или бархатцами. Вообще, я травник. Не по профессии, хобби у меня такое.

Жильцы остальных квартир даже не особо понимают причину нашего визита. Дом как дом, разве что потолки высокие.

— Высокий потолок — это красиво, но обременительно, — делится впечатлениями жительница второго этажа. — Лампочка перегорит — никакой стремянки не хватит. Что уж говорить о ремонте. Все нестандартно, хочешь поменять — делай под заказ, а окна вообще нельзя трогать, потому что дом — памятник архитектуры. Но какой же это памятник? Два этажа надстроили, а охранную табличку вообще повесили на соседний дом, который после войны строили студенты и преподаватели иняза.

Дом из красного кирпича с потолками высотой 4,5 метра

На дом из красного кирпича по адресу Энгельса, 28, жильцы не жалуются: табличка висит как надо, фасад не трещит, и здание, кажется, простоит еще не одно столетие. Потолки здесь гораздо выше обычных: на первых двух этажах — около 4,5 метра, на третьем — немного ниже — 3,8. С реконструкцией тоже повезло: ничего не испортили, не залили и поставили окна из лиственницы, которые имеют очень достойный вид — даже у обеспеченных жильцов не поднялась рука сменить их на какие-нибудь стеклопакеты.

Виктор купил квартиру здесь в 2012 году, потом делал перепланировку, переносил стены и три года назад переехал сюда вместе с женой Светланой. Говорит, что дом в отличном состоянии, но в центре города хватает других проблем.

— В 2012 году мне очень нравилось это место: здесь не было второй больницы, гостиницы «Президент», легко можно было запарковаться во дворе, напротив был красивый сквер, справа — детская площадка, речка. Но в течение двух-трех лет началось уплотнение, построили три больших административных здания. А с 3 декабря парковку на улице Энгельса сделают платной. И все, кто раньше бесплатно парковался там, будут ставить машину в нашем дворе, а мне придется покупать абонемент на парковку по улице Энгельса.

В Минске едва ли найдешь два одинаковых дома, построенных в XIX веке. Но вот биография у всех как на подбор. Дом на Маркса, например, построен купцом, затем был доходным, потом его уплотнили и сделали коммуналки, только на третьем этаже оставили четыре отдельные квартиры. Потом были война и разрушение третьего этажа, позже его восстановили. Потом коммуналки расселили, и состав жильцов сменился почти полностью.

— Многие были рады уехать из этого дома, — удивляет жительница третьего этажа, живущая здесь уже больше 60 лет. — У кого-то квартиры были в полуподвале, где сейчас находится бойлерная, кто-то просто счастлив был получить отдельное жилье вместо комнаты в коммуналке. А у моего отца, который работал в Комитете госбезопасности, квартира была отдельная. С тех пор почти все жильцы сменились, одна я осталась. Кстати, на первом и втором этажах сохранились исконные лестницы — им 102 года.

Дом, где царская плитка заложена советской, а окна выходят на глухую стену

Если не присматриваться, этот дом очень похож на предыдущий, но дьявол кроется в деталях: на лестничной клетке сохранились не только старинные перила, но и плитка, положенная при царе. Правда, кое-где ее успели подлатать советские строители, и теперь на месте витиеватых узоров — стремные керамические квадраты неприятных цветов.

— Говорят, что эта плитка была здесь с самого основания дома в XIX веке, — пожимает плечами жительница Тамара Павловна. — Но мы живем здесь всего 30 лет и черпаем сведения из интернета, а не из собственной памяти. Эту квартиру мы выменяли в 1988 году. Пожалуй, самое странное, что во всем доме вы не найдете двух квартир с одинаковой планировкой, потому что все перестраивалось тысячу раз. Я предполагаю, что раньше вся наша квартира была одним бальным залом, а потом ее раскроили перегородками и даже окно специально разделили пополам.

Кстати, об окнах: в квартире Тамары Павловны четыре из них выходят прямо на глухую стену. Не повезло библиотеке и спальне. Белый шум в виде декоративной штукатурки на фасаде рядом стоящего здания — не самый роскошный вид из окна, но жильцы говорят, что вполне удовлетворены и в ясный день могут обойтись без искусственного освещения. Ванной и кладовке, наоборот, повезло: в каждой — по небольшому окну, которое выходит на ту же оштукатуренную стену соседнего дома. Может, кому-то планировка и покажется странной, но домочадцы на нее не жалуются.

Для тех, кому 4-метровый потолок не в радость, — стремянки на любой вкус и размер:

Купить или продать жилье можно через сервис Onliner «Дома и квартиры»

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. sk@onliner.by

Автор: Евгения Штейн. Фото: Максим Малиновский