Танки и крашеный шифер. Репортаж из Рогачева, который готовится к масштабному празднику

164
02 сентября 2016 в 8:00
Автор: Андрей Рудь. Фото: Глеб Фролов

Танки и крашеный шифер. Репортаж из Рогачева, который готовится к масштабному празднику

В Беларуси действует один-единственный закон природы: каждый год какому-то из райцентров выпадает капитальная встряска. Его жесточайше чистят, ремонтируют, иногда сносят и строят заново. И потом проводят «Дожинки», День письменности или хоккейный чемпионат. О том, какие страсти разгораются в борьбе за право стать (или не стать) этим райцентром, нам лучше не знать. Что хорошо для простого горожанина, то для предпринимателя, директора предприятия или главы района может выглядеть по-другому. Как бы то ни было, нынче повезло Рогачеву. За несколько дней до масштабного празднования Дня славянской письменности мы взглянули, как эта самая письменность способна менять города.

Сытому, вечно недовольному Минску никогда не понять, каково это — быть маленьким древним городом. В котором, правда, почти не осталось ничего древнего. Рогачев всегда был теплым тихим райцентром со спокойными простыми людьми и такой же простой сгущенкой без всяких там фокусов. Сегодня здесь хором воют пилы, режущие плитку, машины едут крест-накрест, дым стоит коромыслом. С виду работы еще на пару месяцев. Но люди в оранжевых жилетах — понаехавшие из Гомеля, Могилева, Бобруйска, Светлогорска и всех остальных городов мира — отвечают, будто сговорившись: «Успеем ли? Куда мы денемся».

При деле и стар и млад. Строем прошли люди, по виду напоминающие конторских работников, вооруженные граблями и лопатами. Охранник рядом с кафе старательно красит бордюр. Есть железная примета: если за кисть взялся охранник, явно назревает что-то серьезное.

Вообще-то, нам казалось, что центром праздника должна стать Замковая гора — культовое место для Рогачева. Отсюда и виды на Днепр красивые, и есть повод привести историческое место в порядок. Но на горе пока тишина и остатки надписей про любовь. Только крупной дрожью колотится одинокая одичавшая яблоня на высоком берегу.

Там бывший водитель ассенизационной машины, а ныне пенсионер Николай и его сверстник, назвавшийся Женькой, собирают яблоки. Они кислые как смерть, но винзавод принимает — по 6 копеек за килограмм. Раньше, говорят, и рябину брал, и поречку, а теперь вот только яблоки.

— Была деревня, а сделали город, — Николаю перемены нравятся. — Бордюры поделали, все поровняли — хорошо стало. Но дорого, конечно…

Евгений и Николай принимаются спорить, сколько миллиардов потрачено на происходящее, — у каждого свои инсайдеры в высших эшелонах. Инсайдеры, кстати, сообщают еще, что Днем письменности дело не ограничится, позже будут областные «Дожинки».

Сталь, ковка, рог изобилия — символ Рогачева работы украинского мастера Дмитрия Мартынкова расположили рядом с фонтаном. Бросаешь внутрь 50 копеек, и в течение дня тебе на карточку переводится 5 рублей — так это работает

Возвращаемся в шумный центр.

— Впервые вижу, что наш город заметно, масштабно изменился, — молодой электрик Дима, похоже, несколько озадачен происходящим, штурмовик Империи на его майке тоже в шоке смотрит на улицу Ленина. — Например, парк был разбит, негде было просто нормально посидеть. Теперь по городу приятно гулять, на него приятно смотреть. Вот бы еще появились какие-то летние кафе: сейчас их просто нет.

Сталь, ковка, рог изобилия — символ Рогачева работы украинского мастера Дмитрия Мартынкова расположили рядом с обновленным фонтаном у исполкома. Бросаешь внутрь 50 копеек, и в течение дня тебе на карточку переводится 5 рублей — так это работает.

У ДК — другая кованая композиция.

Первая мысль при виде такого — не поломают ли изверги? В районной газете, кстати, тоже переживают. Говорят, уже находятся персонажи, которые ради удачного снимка лезут в рог, пытаются нацарапать на кованом свитке послание, оторвать стальное перо, оставить следы на стуле. Читатели предлагают выявлять таких с помощью видеокамер и карать публично.

Две девчонки, не дожидаясь всех этих красных ленточек и господ в пиджаках, прорвались на свежепостроенную сцену. У них своя танцевальная программа, зрители не обязательны. Одна из Гомеля, другая из Минска, приехали на каникулы.

— Вот мы считай вдвоем все это и соорудили, — гордится слесарь Володя из Гомеля и одновременно тоже опасается за результаты своего труда. — Оно-то хорошо, но еще лучше, если бы так и осталось, чтобы не сломал никто.

Рогачевский стадион давно просился на ремонт. Сейчас тут просто Олимпийские игры какие-то. Кто кладет асфальт, кто стрижет газон. Если по-хорошему, газон нужен бы новый, правильный, без одуванчиков и прочей флоры. Но пока времени и средств на него не хватило. Возможно, все впереди.

Уже реконструирована трибуна, самое главное сейчас происходит внутри. Вот бы еще случилась здесь игра или концерт, чтобы заполнить эти кресла.

У райисполкома озеленители из Гомеля расставляет по фэншуй бетонные кадушки с туями — круглыми и продолговатыми.

Модная красная черепица на крышах всем хороша, но ее на всех не напасешься. Поэтому пока красят под цвет черепицы старый добрый шифер, видавший похороны Брежнева.

Одна из рогачевских «фишек» нынче — собственная коллекция военной техники. Вообще-то, у почты раньше стоял только один танк — потому что в Беларуси нельзя, чтобы не стоял танк. Пару лет назад к 9 Мая раздобыли еще самоходку. А потом остановиться было уже трудно.

В общей массе выделяются любители World of Tanks: они крупнее, ярче окрашены и пытаются раскрутить башню за ствол. Один из пацанов успевает объяснять дружкам, какой элемент на броне для чего предназначен, где находится экипаж, как уничтожить танк…

Теперь у почтамта целая выставка бронетехники. (Еще одна БМД спряталась во дворах за Домом книги.) Благо город дружит с 120-й Рогачевской гвардейской дивизией (теперь — бригада), которая в 1944-м освобождала райцентр. А у гвардейцев такого добра знаете сколько.

Дети копошатся на Т-72 плотным слоем, как термиты. В общей массе выделяются любители World of Tanks: они крупнее, ярче окрашены и пытаются раскрутить башню за ствол. Один из пацанов успевает объяснять дружкам, какой элемент на броне для чего предназначен, где находится экипаж, как уничтожить танк… Делает он это так эмоционально и подробно, что рядом начинают собираться прохожие. Оратор, быстро сориентировавшись, разворачивается к публике — теперь, получается, это уже лекция для зрителей. Такое не отрепетируешь. Да и где еще найти столь заинтересованного экскурсовода?

Дети торопятся облазить машины, пока не все крышки танков и бронетранспортеров заварили. Вообще, в тактике заваривания люков нет ничего святого. Основополагающее право свободного человека — побывать внутри танка (пусть даже с вынутой начинкой) и измазаться в мазуте!

Десантный люк у Т-72 тоже пока открыт — самые настойчивые могут пробраться внутрь через него.

Пацаны пользуются последней возможностью увидеть друзей в настоящий — работающий! — триплекс, даже с нагревательным элементом. Может, эту оптику сто лет назад сделали именно в Рогачеве, на «Диапроекторе»?.. Похоже, бой шел непосредственно в танке: стекло многократно прострелено из пневматики. Но зеркала не повреждены — видны улица, друзья, как преображается город.

Много лет назад кто-то из реальных танкистов дерзко нарушил каноны: нацарапал на краске «Дембель», но не указал год. Надеемся, скупая слеза в эти секунды катится по заскорузлой щеке безвестного Фиксы из Пинска, который узнал свой старый танк.

В Рогачеве действительно не так много исторических памятников: война все подчистила. Приходится обходиться тем, что есть. В одном из старых зданий к празднику должен открыться Дом книги, прямо как в Ленинграде. Даже чем-то внешне похож. Пластмассовая надпись пока сложена в «предбаннике».

Увидев фотоаппарат, женщина с беджем принимается звонить во все колокола. Точнее, в исполком. Кто-то верит в макаронного монстра или другие сверхъестественные силы — здесь верят в существование «разрешения на съемку» в общественном месте. Надо с уважением относиться к чувствам верующих.

— А как оно выглядит, это разрешение? — нам тоже интересно.

Неизвестно, никто никогда его не видел.

Что ж, объект тут и так серьезный, бесплатная реклама ему ни к чему. Ищем на сувенирных прилавках крутые магнитики про Рогачев. Или богатые фотоальбомы с шикарными пейзажами, которыми славятся эти края. Или школьные тетрадки с местным, рогачевским колоритом на обложках… Не видно. Говорят, к празднику должны завезти. Изнутри с виду это просто книжный магазин, какими они были во многих городах 20 лет назад, но потом либо вымерли, либо эволюционировали в магазины косметики. Оставляем заведующую наедине с ее верованиями, ведь надо еще посмотреть Болото: о нем много рассказывали!

Местные жители утверждают, что недавно здесь были джунгли и болото. Теперь два озера, но их по инерции так и называют — Болото. Говорят, много ресурсов и должностей оно засосало.

За красным шифером центральных домов — свой уютный, приземистый и немного пыльный мир.

Улицу Чкалова недавно переименовали в честь Короткевича. Асфальтом она от этого не покрылась, зато на ней стоит дом, где работал писатель. Дом частный, там живут люди.

Благоустройство — хорошая штука, когда есть работа. С производством в Рогачеве не все просто (хотя на фоне иных райцентров он просто цветет). Есть легендарный молочно-консервный комбинат. Цепляется за жизнь «Диапроектор», заточенный под военную и околовоенную оптику. Завод сокращает людей, предлагает свои огромные корпуса в аренду. Частная «Ремеза» отвоевала себе нишу на рынке и успешно поставляет на экспорт компрессоры. Еще есть, как мы помним, филиал Гомельского винзавода…

В стороне от главной улицы над красивым старым зданием клубится пыль — это крушат бывшую мебельную фабрику.

— А бог его знает, кто и зачем, — усталая женщина, бредущая с сумками вдоль корпуса, не слишком озабочена судьбами деревообработки, голова пока забита мыслями о славянской письменности. — Вроде выкупил кто-то. А что там будет, нам же не докладывают.

Зато местный житель Григорий, шагающий следом, похоже, уже освободился до конца дня. Он полон творческих идей по украшению города, они так и сочатся наружу. Срывают клапана. Например, вот есть скульптура в виде банки сгущенки у молочно-консервного комбината — она хороша! Но необходимо развить мысль. Должен бить фонтан!

— Ну не воды же… — Григорий огорчен нашей непонятливостью и отсутствием полета мысли. — Сгущенки, конечно.

Идея горожанина нам сразу нравится. Слегка напрягшись, представляем это зрелище — и обещаем, что непременно договоримся обо всем с руководством предприятия. Говорят, впереди еще «Дожинки», есть время на воплощение.


Празднование начнется уже завтра и продлится два дня.

Электронные книги в каталоге Onliner.by

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: Андрей Рудь. Фото: Глеб Фролов
ОБСУЖДЕНИЕ