В Беларуси все Маруси. Минчане, которые держат крупных животных: «Малиновская „богема“, пропустив пару рюмок, считает своим долгом посюсюкать с лошадью»

 
29 107
164
26 июля 2016 в 8:00
Источник: Дмитрий Мелеховец. Фото: Алексей Матюшков, Дмитрий Мелеховец

Упрямая, но боязливая овца не трогает кота Маркиза. У нее, столичной барышни, и своих дел невпроворот. Маркиз тоже не скучает, не ползает по помойкам, как его городские сородичи, не лежит в тени под подъездом, не зевает клыкастым ртом в душной квартире. Он ловит мух и катает по двору яичную скорлупу. Может себе позволить. Но не все так просто: Маркиз вынужден делить жилплощадь с овцой и двумя лошадьми. В Минске этот пушистый такой не один: кроме кошек и собак, некоторые минчане держат коз, овец, лошадей и даже коров. Onliner.by разыскал владельцев крупных животных с минской пропиской.

* * *

На прошлой неделе звездами социальных сетей стали три козы, которые беззаботно разгуливали по центру Минска. Откуда и куда они шли, неясно, но вряд ли они путешествовали автостопом или участвовали в веломарафоне. Козы бабы Зины не так свободолюбивы, никуда убегать они не планируют.

Каждый день примерно в десять утра бабушка выводит их на лужайку недалеко от улицы Алтайской, в обед уводит на дойку, а потом снова выпускает. Продажей молока Зинаида Степановна компенсирует маленькую пенсию. Говорит, так жить проще.

— Что ни говорите, а молоко, творог и сыворотка у меня всегда есть. А если продам, копейка будет. Козье молоко дорогое. А ухаживать за козами просто. Мне спешить некуда, я часов в десять их на травку вывожу, и они ходят, жуют себе. Только пить давай да на надой води. Себе любой в городе может козу позволить, а экономия какая!

Коз бабушка держит уже четверть века. Завести решила после того, как развелась с непутевым мужем: надо было как-то кормить семью. В своем небольшом дворе она соорудила совсем крохотный загон, на полу установила решетку из досок, чтобы туда стекала влага и не портила копыта рогатых, сверху поставила кормушку. Козлы и козы у бабы Зины живут отдельно, а гуляют вместе — все как в студенческом общежитии.

— Когда мы разошлись, мне бабка одна говорит: «Зина, купи козу у меня, будет жить проще!» Я сначала боялась, а оказалось, что несложно это совсем. С тех пор вот и держу. Была у меня еще одна коза, но сосед упросил продать. Я ее забивать пожалела: мне маленьких жалко бить, аж душа болит. Продала, а сейчас жалею: такая козочка хорошая была! Она до сих пор ко мне прибегает, помнит меня. К соседу захожу, она мой голос слышит и бежит сразу. Просила его назад продать, но он не согласился: она ему по пять литров молока в день дает. А сосед мой — инвалид. Застудил голову когда-то — и беда случилась, тронулся он немного. И пенсия у него 2 млн всего. Но он человек хитрый, он молоко по 35 тыс. продает и теперь совсем хорошо живет.

До этого года 87-летняя старушка сама заготавливала сено для коз на зиму. Раньше она ездила за травой в Степянку и Серебрянку. За лето заготавливала воз сена. Этим летом уже не потянула — наняла безработного соседа. За покос обещала отдать одного козла. Недалеко от дома бабы Зины висит объявление с предложением о покосе травы и номером мобильного. Видимо, услуга в этих краях популярная.

— Когда-то у меня козочки заболели, и я их к ветеринару отвезла. Их на учет поставили и теперь раз в год проверяют. Не знаю, хуже трава, чем в деревне, или нет, но с молоком все в порядке. На Комаровском рынке сказали, что радиация в пределах нормы, а жирность — 6%. Но покупать не хочет никто, хотя я дешевле продаю, чем другие. Сейчас один мужик приходит, берет иногда. Если бы на молокозаводе у меня принимали, даже по государственной цене, совсем бы хорошо было.

В шестидесятых годах женщина работала дояркой в Чечерске. Говорит, работала хорошо, даже в Москву посылали:

— Нам когда-то из Эстонии прислали коров. Мне выделили девять штук. Я трудилась всегда много, лучшей дояркой была. Когда в Москву отправляли, в мавзолее еще Сталин лежал. Ну а пенсия у меня небольшая вышла, так что козочки мои кормят меня. Я старая уже совсем, у меня и правнуки есть, но пока жива, козочек забивать не буду, я к ним привыкла уже, — гладит любимицу по белой голове старушка.

* * *

Во дворе Алексея не проходит шумных вечеринок, но звуки с его двора слышны издалека. Не считая кота Маркиза, во дворе частного дома на Раубичском переулке мужчина держит уток, двух лошадей и столько же овец.

— Тут сена на всех не накосить, приходится покупать. Пару тонн уходит за зиму, но выходит не очень дорого. Я на этом не зарабатываю, чисто для себя держу, хотя лошади у меня спортивные, скаковые. Хочу как-нибудь попробовать выставить их на скачки. У меня когда-то вообще четыре лошадки было, потом их продал и этих купил, они по пять тысяч за каждую стоят. Я и сам езжу, всю жизнь в седле. А овцы… Ну а что о них сказать? Держу, да и все тут. Пускай будут, — улыбается неразговорчивый мужчина.

Бывшая зоозащитница Ольга к лошадям относится с большим трепетом, но говорит о них очень осторожно: с нынешним законодательством держать лошадей в городе крайне сложно:

— Я спортом никогда не занималась, но в седле с 1994 года. Когда-то помогала в конюшне воспитывать лошадок, потом пришлось уйти на другую работу. Но одна лошадь так ко мне привязалась, что пришлось ее купить. А где одна, там и две: лошади по одной не живут. Ей либо другая лошадь нужна, либо хозяин, который не отходит от нее ни на шаг и спит вместе с ней в стойле. Они у меня уже «бабушки»: Судьбе 19 лет, а Капри — 18. За ними уход нужен, тогда они и выглядеть будут хорошо, и чувствовать себя. Ко мне как-то один цыган подошел и говорит: «Какие у вас красивые молодые жеребцы!» Как он покраснел, когда я сказала, что у меня старые кобылки! Неправильный был цыган.

Физически, конечно, непросто их содержать, но это в тягость тогда, когда их не любишь. Не спорю, в городе животных держать сложнее. Нам повезло: моих лошадок пустила пожить одинокая бабушка. Я ей траву выкашиваю, а она нам под это хозпостройку дает. Я сторонница загородного сена, поэтому стараюсь привозить из деревень. Вы меня извините, но, если я шесть тонн им на зиму накошу, я тут лягу. Покупать в городе я не хочу, все-таки в деревне меньше всякой гадости в воздухе летает. Приходится возить за 250 километров. Там оно дешевле выходит, но перевозка денег стоит.

Лошадь окупить себя в состоянии, но зарабатывать на них я не хочу. Когда к лошадям начинают относиться как к бизнесу, люди забывают, что это живые существа. Лошадь очень легко загонять, а эти в парках мучат их днем и ночью.

Мне, как бывшей зоозащитнице, иногда звонят, рассказывают всякие истории про лошадей в парках. Раньше в Севастопольском был прокат. Так вот, звонит мне в октябре знакомый и рассказывает, что лошадь всю ночь стояла под магазином в дикую холодрыгу, а хозяин так и не объявился. Привязал, как собаку, и ушел. В таких случаях надо сразу идти в милицию и писать заявление о жестоком обращении с животными. Хотя милиция обычно не шибко хочет такими делами заниматься. Не знаю, как сейчас, но раньше по статье «Жестокое обращение с животными» наказывали только при доведении до смерти. Поэтому сложно бороться с такими товарищами.

С другой стороны, есть еще и неадекватные прохожие, которые лезут к лошадям, а потом жалуются. Малиновская «богема», пропустив пару рюмок, считает своим долгом посюсюкать с лошадью. Я всегда отвечаю таким: она не лягнет, так я лягну. Люди не понимают, что это огромное, сильное животное, что к нему нельзя просто так подпускать детей без спроса, лезть без хозяина, дразнить…

Поэтому за городом, конечно, лучше, но, когда вариантов нет, приходится выкручиваться. Я за своей лошадью всегда хожу с лопатой и убираю. В парке вы не увидите ни одного «следа» после моих кобылок. А как иначе? Раз уж берете на себя ответственность содержать животное в городских условиях, надо приспосабливаться… Но у нас этого не понимают. Ко мне подруга из Риги приехала, вышла с совочком собаку выгуливать, так на нее другие собачники накинулись: мол, не надо, зачем это делать? Вопрос не где содержать животное, а как.

* * *

Баба Лена живет на берегу Цны, и она пошла дальше всех — завела себе корову. Пенсионерка признается, что содержать ее тяжело, что годы уже не те, что за все надо платить, но по-другому жить не умеет.

— Сейчас на все налог, за все платить… Возвращаются давнишние времена, как в моем детстве, когда с коровы надо было молоко, масло, мясо сдавать. Тогда тоже никого не интересовало, как ты после этого будешь жить.

Но без коровы сложно сейчас. Это ж сколько денег экономит! Хорошо дома держать, всегда молочко свежее, маслице. У меня и правнучки пьют. Мы коровку проверяем у врача, прививки делаем: больную-то держать не будешь. Я бы вас на дойку пустила, но они чужих глаз боятся. Особенно мужских. Мы ее только бабами доглядываем: я, дочка и внучка.

Дочка бабы Лены Алла живет в квартире, но каждое лето приезжает сюда и помогает матери по хозяйству:

— Мы уже давно хотим, чтобы она эту корову сдала, но она по-другому не привыкла жить. Это же тяжкий труд: корова только воды в день пьет по пять ведер. Зимой прокормить — добротный сарай сена нужен. Мой муж косит ей летом, но это же нагрузка какая… Себя корова окупает, конечно, но оно того не стоит.

Сама баба Лена на улицу выходит всего на пару минут и тут же возвращается домой: спина болит. Как зовут корову, бабушка кричит уже от калитки:

— Маруся, Маруся яе зовут! В Беларуси все Маруси, — смеется бабушка и снова хватается за спину.

Ботинки в каталоге Onliner.by

Читайте также:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. sk@onliner.by

Источник: Дмитрий Мелеховец. Фото: Алексей Матюшков, Дмитрий Мелеховец
ОБСУЖДЕНИЕ