Инцидент над базой Туле: как в Гренландии разбился американский бомбардировщик с термоядерными снарядами на борту

 
320
05 марта 2016 в 8:00
Автор: darriuss. Фото: flickr.com, panoramio.com, wikipedia.org, thuleforum.com

В США чрезвычайные происшествия с ядерным оружием, не связанные с возможным началом последней войны в истории человечества, получают кодовое название «Сломанная стрела». Несмотря на кажущуюся маловероятность таких событий, с 1950 года зафиксировано 32 инцидента подобного рода. Их самым распространенным вариантом стала потеря стратегических боеприпасов, способных уничтожить миллионы человек, в результате авиакатастроф. В январе 1968 года во льдах Гренландии потерпел крушение американский бомбардировщик, на борту которого находилось сразу четыре термоядерные бомбы. Существует мнение, что одну из них, несмотря на все предпринятые усилия, обнаружить так и не смогли. Загадка инцидента над авиабазой Туле и беспрецедентной секретной операции по ликвидации его последствий — в обзоре Onliner.by.

Сейчас нам сложно представить себе атмосферу начала 1960-х, когда угроза Третьей мировой казалась прямой и явной. Карибский и Берлинский кризисы, уничтожение шпионского самолета U-2 с Фрэнсисом Гэри Пауэрсом на борту под Свердловском накалили международные отношения до предела. В США даже обычные люди сооружали себе убежища на случай ядерного конфликта, вовсю готовились к нему и две мировые сверхдержавы. В 1961 году американцы начали операцию «Хромированный купол», целью которой было сделать ответный удар по СССР неминуемым.

Суть ее состояла в следующем. 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, 365 дней в год в воздухе должны были непрерывно находиться стратегические бомбардировщики B-52 Stratofortress с ядерными бомбами на борту. В случае нанесения Советским Союзом удара по США и ее авиабазам эти самолеты в любом случае оставались невредимыми и обеспечивали гарантированное возмездие агрессору. Патрулирование при этом осуществлялось по нескольким маршрутам, основными из которых были два: северный (вокруг США и Канады, мимо Арктики) и южный (через Атлантику и Пиренеи к Средиземному морю).

Несмотря на надежность бомбардировщиков B-52 Stratofortress, которые уже полвека находятся на боевом дежурстве ВВС США и сдавать свои позиции не собираются, в 1960-е годы с их участием произошло сразу несколько авиакатастроф, которым был присвоен код «Сломанная стрела». В 1961 году B-52G с двумя ядерными бомбами на борту разрушился в воздухе над Северной Каролиной, при этом одна бомба относительно благополучно приземлилась на парашюте, а вот вторая угодила в болото, и ее пришлось поискать.

Спустя пять лет крушение аналогичного самолета, осуществлявшего патрулирование по средиземноморскому маршруту «Хромированного купола», привело к более серьезным последствиям. В результате столкновения с самолетом-заправщиком и последовавшей катастрофы были утеряны сразу четыре бомбы. Две из них разрушились и вызвали радиационное загрязнение испанского побережья, еще одна и вовсе упала в море и была обнаружена и извлечена на поверхность только спустя два месяца напряженных поисковых работ. Закон парных случаев сработал и на этот раз: оба инцидента произошли в январе и во время операций по дозаправке «стратокрепостей» в воздухе.

Эти два происшествия доставили немало неприятностей руководству ВВС США и Объединенного комитета начальников штабов. После катастрофы в Испании операция «Хромированный купол» была существенно сокращена. Министр обороны страны Роберт Макнамара предлагал и вовсе закончить ее, справедливо указывая, что с наличием в американском арсенале межконтинентальных баллистических ракет «Минитмен» (на суше) и «Поларис» (на подлодках), запуском системы раннего предупреждения о ракетном нападении и развитием в СССР противовоздушной обороны непрерывное патрулирование стратегическими бомбардировщиками теряет всякий смысл. В конечном итоге проект все же продолжили, однако сократили количество самолетов, одновременно находящихся в воздухе, до пяти штук. Четыре из них продолжали патрулировать Арктику, облетая чуть ли не всю Северную Америку. Еще один В-52 кружил над самой северной американской авиабазой, и неспроста.

С началом в 1950 году Корейской войны, ставшей фактически первым вооруженным конфликтом между капиталистическим и социалистическим лагерями, уже обладавшими ядерным оружием, Соединенные Штаты развернули активную программу строительства по всему миру своих военно-воздушных баз. Главной из них должен был стать крупный объект на севере Гренландии. В его размещении на не слишком пригодной для жизни территории крупнейшего острова Земли была очень ясная логика. Кратчайший маршрут между СССР и США пролегал как раз через Арктику, и база, получившая название Туле, должна была стать первым рубежом обороны «свободного мира» от коммунистических ракет и бомбардировщиков.

Туле находилась (и находится до сих пор) в тысяче с лишним километров к северу от Полярного круга. Тем не менее ее можно снабжать кораблями круглый год, что в немалой степени обусловило выбор именно этой точки для масштабного строительства. В эксплуатацию ее сдали в 1953 году, а спустя восемь лет здесь появился еще один стратегически важный объект — радиолокационная станция системы раннего предупреждения о ракетном нападении (BMEWS). Ее радары, расположенные практически напротив СССР через Северный полюс, позволяли оперативно фиксировать запуски советских ракет, поэтому обеспечению успешной работы BMEWS уделялось особое внимание.

Именно для этого в небе над Туле 24 часа в сутки находились «стратокрепости». Предполагалось, что в случае прекращения связи со станцией именно их экипажи должны были произвести быструю оценку причин этого и общей обстановки вокруг радаров. И, если нарушение их работы было связано с каким-либо вмешательством Советов, а не с техническими проблемами, нанести стремительный ответный удар по определенным советским объектам.

21 января 1968 года бомбардировщик B-52G Stratofortress вылетел с авиабазы Платтсбург в штате Нью-Йорк для очередного ничем не примечательного дежурного патрулирования. В ходе него самолет должен был в течение суток описывать над Туле и морем Баффина «восьмерки» на высоте 11 тысяч метров. Каждый из вылетов по программе «Хромированный купол» предполагал две дозаправки в воздухе: в «стратокрепости» в любой момент должно было быть достаточное количество топлива для выполнения бомбардировок Советского Союза. В отличие от крушений в Северной Каролине и в Испании, в данном случае эта операция была произведена без эксцессов. Самолет-заправщик KC-135 Stratotanker успешно завершил свою миссию, а В-52 полетел дальше к цели.

Последующее катастрофическое развитие событий, как это случается практически всегда, было вызвано целой комбинацией факторов. Во-первых, был неисправен обогреватель, установленный на нижней палубе самолета. Во-вторых, именно на неисправный обогреватель третий (сменный) пилот перед вылетом водрузил сразу несколько поролоновых подушек, на которых было так удобно сидеть во время суточного полета. В-третьих, в «стратокрепости» было холодно, и тот же самый третий пилот в попытке согреться открыл дополнительный клапан забора воздуха в кабину экипажа.

Из-за той самой неисправности обогревателя раскаленный воздух, поступавший из воздушного тракта двигателя, практически не охлаждался. В итоге сначала загорелись так опрометчиво положенные на обогреватель подушки, потом пламя начало перекидываться на окружающую среду. Экипаж почувствовал запах дыма, но провел еще некоторое время в поисках очага возгорания. Когда пожар обнаружили, тушить его уже было поздно, по крайней мере теми огнетушителями, которые имелись на борту.

Через шесть часов после взлета с родной авиабазы капитан «стратокрепости» уже на подлете к пункту назначения доложил в Туле о чрезвычайной ситуации на борту. Принципиально важным в этом положении было дотянуть до побережья Гренландии, ведь было бы фантастическим провалом потерять В-52 с четырьмя термоядерными бомбами B28FI мощностью более мегатонны в тротиловом эквиваленте каждая (для сравнения: мощность взрыва над Хиросимой составляла «всего» 15 килотонн), над морем. Первоначально экипаж запросил аварийной посадки в Туле, но вскоре стало ясно, что бомбардировщик сесть не сможет. Задымление кабины и полное отключение электроснабжения вынудили капитана отдать приказ покинуть самолет.

Шести членам экипажа удалось сделать это благополучно. Они приземлились на парашютах в окрестностях Туле и спустя несколько часов были обнаружены. Лишь второй пилот, Леонард Свитенко, которому не хватило катапультируемого кресла, получил смертельную травму головы при попытке выпрыгнуть из нижнего люка B-52. Сам самолет в беспилотном режиме полетел дальше, затем умудрился развернуться на 180 градусов и в конце концов рухнул на лед моря Баффина в 12 километрах к западу от гренландской авиабазы.

При падении заполненная до отказа топливом «стратокрепость», разумеется, взорвалась. Вслед за этим сдетонировала обычная взрывчатка, входившая в состав четырех бомб B28FI, имевшихся на борту. Последние разрушились, однако термоядерная реакция, к счастью, не началась. По сути, погибший стратегический бомбардировщик превратился в одну большую «грязную бомбу», обычный взрыв обеспечил лишь распыление радиоактивного вещества по окружающей территории.

Обломки самолета были разбросаны по территории длиной почти в 5 километров и шириной в 1600 метров. Температура в эпицентре катастрофы была такой, что арктический январский лед моря Баффина был растоплен, временно образовалась 50-метрового диаметра полынья. Часть обломков погрузились в море, а окружающая территория была загрязнена авиатопливом и, что самое главное, начинкой ядерной бомб: плутонием, ураном, америцием и тритием.

Здесь и далее — скриншоты снятого американцами документального ролика о ликвидации последствий катастрофы

Эта была достаточно серьезная радиационная авария, которая к тому же случилась на территории иностранного государства, пусть и союзного. Ликвидация ее последствий, а заодно и сбор выживших компонентов секретного американского оружия, должны были быть организованы немедленно, и, к чести американцев, так и произошло. Проект получил название Crested Ice.

Через несколько дней после случившегося на Туле прибыла ликвидационная команда. В условиях полярной ночи, сильнейших ветров и температур, опускавшихся ниже −60°C, они организовали рядом с местом катастрофы базовый лагерь с несколькими сборными домами, где жили участвовавшие в операции специалисты, размещались администрация, столовая, электростанция и туалет. От территории авиабазы к месту инцидента были проложены сразу два зимника, по которым передвигалась участвовавшая в деконтаминации территории техника.

Гренландия принадлежала Дании, и именно датчане настояли на том, чтобы на острове не осталось и следа от радиоактивных материалов. Американцы были вынуждены круглосуточно с помощью грейдеров снимать в месте аварии весь верхний слой льда и снега, перемешанный с топливом, плутонием и ураном. Все это сперва загружалось в деревянные ящики, которые, в свою очередь, помещались в стальные цистерны, отправлявшиеся на кораблях в США для захоронения в могильнике ядерных отходов. В общей сложности в Штаты уехало 6700 кубометров гренландского льда. По оценкам американцев, им удалось вывести около 93% всего распыленного над островом радиоактивного материала. Компоненты бомб и обломки самолета собирались отдельно.

Операция Crested Ice продолжалась восемь месяцев и обошлась налогоплательщикам в $64 млн (в современном эквиваленте). Несмотря на ее кажущийся успех, у общественности итоги проекта вызвали и продолжают вызывать определенные вопросы. В конце 1980-х министерство обороны США рассекретило некоторые документы, касающиеся произошедшего в Туле. Согласно им, в августе 1968 года к гренландской авиабазе прибыла подводная мини-лодка Star III. Двумя годами ранее аналогичный аппарат работал у побережья Испании, и целью его был поиск и подъем на поверхность утерянной в январе 1966 года ядерной бомбы. Другие косвенные данные, содержавшиеся в рапортах, ставших достоянием публики, свидетельствовали о том, что и в данном случае задача перед Star III стояла та же.

«Тот факт, что целью миссии является розыск пропавшего оружия, не должен раскрываться иностранным государствам. Для датчан она должна быть представлена как дополнительное обследование океанского дна на месте аварии», — говорилось в одном из документов. Другой свидетельствовал, что на поверхности льда были обнаружены в той или иной степени остатки лишь трех из четырех термоядерных бомб.

Что же случилось с четвертой? Скорее всего, после разрушения в результате падения «стратокрепости» ее фрагменты оказались на дне моря Баффина, и именно они были целью подводных поисков. Американцев интересовала прежде всего ее вторая ступень, урановый сердечник, предположительно затонувший после образования полыньи.

Чем закончилось исследование морского дна, так до конца и не ясно. Судя по всему, старания американских специалистов закончились ничем, и где-то около побережья Гренландии до сих пор лежат остатки B28FI. Тем не менее радиационные исследования не показывают никакого превышения естественного фона, а значит, Мировой океан смирился и с таким наглым вторжением в свою среду человека.

Катастрофа над Туле стала последней каплей, переполнившей терпение Пентагона. Потеря в течение семи лет сразу трех стратегических бомбардировщиков (все три по любопытному совпадению разбились в январе), напряженные поиски ядерного оружия, находившегося на их борту, вызванные этими авариями конфликты с третьими странами стали поводом к окончательной отмене операции «Хромированный купол». Начиналась новая эпоха противостояния двух систем, когда авиация уходила на второй план, а основными становились иные средства доставки смерти для миллионов.

За потраченными на очередную «Сломанную стрелу» миллионами долларов, вывезенными тысячами кубометров льда и десятками тысяч человеко-часов, ушедших на ликвидацию последствий инцидента, стоит другая статистика, куда хуже поддающаяся точному учету. Согласно исследованию правительства Дании, опубликованному в 1995 году, из 1500 датских специалистов, так или иначе участвовавших в проекте Crested Ice, 410 человек умерли от рака. С американской стороны таких данных нет до сих пор: документы о гибели «стратокрепости» в Гренландии и особенно ее последствиях до сих пор относятся к категории материалов для служебного пользования.

Произошедшее в Арктике в 1968 году лишь в очередной раз показало, к каким непредсказуемым последствиям может привести любая мелочь, когда дело касается ядерного оружия. Например, забытые на обогревателе поролоновые подушки.

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Читайте также:

Автор: darriuss. Фото: flickr.com, panoramio.com, wikipedia.org, thuleforum.com
ОБСУЖДЕНИЕ