Где это?

Переулок Червякова с несколькими десятками домов — лишь крохотная часть огромной частной застройки недалеко от улицы Орловской. Стоит ли говорить, что территория перспективная? Город давно решил, что вместо сараев и усадеб здесь намного лучше будут смотреться многоэтажки. Но масштабы работ впечатляют — так сразу и не подступишься. Поэтому преобразования происходят медленно.

Переулок Червякова стоит на отшибе. С одной стороны от него пустырь и гаражи, с другой — когда-то стояла птицефабрика имени Крупской, а теперь красуется «Левада», с третьей — пролегает Долгиновский тракт, путь к которому сейчас перекрыт. Какие-то единичные многоэтажки уже повырастали, торчат то тут, то там, окруженные крышами частных домов. Обстановка, скажем честно, так себе. В целом жизнь тут кипит, курсируют машины. Вот только быт местных протекает с большими трудностями. А на контрасте с появлением крутых жилых комплексов этот быт стал ощущаться еще более некомфортным и несправедливым.

«Зимуем в другом месте, жить здесь невозможно»

Анна Егоровна проработала на птицефабрике имени Крупской ровно 19 лет, там же стала на очередь нуждающихся в улучшении жилищных условий, а вскоре после этого получила небольшую квартиру в доме, разделенном на три квартиры. В нем мы и встречаемся. Женщина живет на своих метрах с 2000 года, правда в последнее время бывает здесь только в теплое время года, потому что находиться в холодной и старой малогабаритке некомфортно. Она вспоминает:

— Дома на этом переулке стоят давным-давно. Их строила птицефабрика для своих рабочих, которые в свою очередь строили фабрику. Раньше гаражей рядом еще не было, машин мало ездило. Дети гуляли прямо на улице, в песке ковырялись. 

Заброшенную птицефабрику из красного кирпича, которая и дала жизнь этому переулку, начали сносить в 2015 году. В то время у некоторых жителей домов появилась надежда, что снос коснется и их. Но в 2019-м пустующая заводская территория начала застраиваться будущей «Левадой», а переулок продолжал жить своей прежней жизнью. Людям остается любоваться модными новостройками лишь издалека.

— Я с самого начала понимала, что нас снесут, поэтому воспринимала дом как дачу. Здесь и огородик есть небольшой. Так и живем: летом приезжают внуки, а зимуем мы в другом месте.

Жилье Анны Егоровны совсем небольшое. Кухня с прихожей, две комнаты, санузел — все это занимает от силы 28 «квадратов». В помещениях холодно, постоянно топить печь и включать обогреватели нецелесообразно. Вода есть, но идет она не из центрального водопровода. Собеседница объясняет:

— Раньше в этой части дома жила бабка, которой не нужна была вода — набирала из колонки. В другой части люди провели себе воду из колонки. Ну и мне провели. Живем ведь в Минске, в Центральном районе, поэтому не хочется, как на хуторе, из колодца воду брать. Так что за воду платим по счетчикам. Напора нет вообще — струю можно заткнуть пальцем. А иногда она вообще пропадает.

Центрального отопления тоже нет — кто-то ставит котлы, кто-то топит печки. Центрального газа нет. Только электричество есть.

«Говорят, ждите инвестора. До сих пор инвестора нет»

За стенкой квартиры Анны Егоровны живет ее соседка Светлана Викторовна. Пенсионерка впускает нас к себе.

— Я переехала сюда в 2009 году, — рассказывает она. — На 2012-й было назначено, что нас снесут вместе с фабрикой. Ее снесли, нас оставили. Я писала заявления в исполком и каждый раз получала ответ, мол, ждите инвестора. До сих пор инвестор не пришел.

Метров у Светланы Викторовны еще меньше — около 25.

— Я получила квартиру по праву наследования. У меня тетушка, родная сестра моего отца, было бездетной, одинокой. Раньше она работала на птицефабрике рабочей в убойном цеху. Я за ней досматривала, доглядывала, и она мне переписала этот уголок. 

Тетушка прожила здесь всю свою жизнь. Вы представляете, она так и не поняла, что такое сходить в туалет в доме. Туалеты здесь у всех стояли на улице. И это XXI век. А почему? Потому что «снесем завтра».

Тем не менее за долгие десятилетия многие местные все-таки обзавелись санузлами внутри домов, а кабинки на улицах остались стоять в качестве артефактов. Как уже упоминалось, централизованного газа у собеседниц нет. Приходится заказывать баллоны с газом. Жилье Светлана Викторовна протапливает с помощью печки:

— Я заказываю машину дров на зиму, 340 рублей в последний раз платила. Дрова привозят, на улице выгружают, и мне их надо затащить в сарай. На это дается три дня, иначе будет штраф. Кого позвать помочь? Я бабка, рядом бабка, через дорогу бабка. Нанять некого. Этой зимой, когда были морозы, топила два раза в день, конвектор включала, одевалась тепло.

У Светланы Викторовны одна надежда — дождаться сноса и пожить в нормальных условиях:

— Мне бы однокомнатную квартирку. Больше я ни на что не рассчитываю. Или пусть создадут условия, чтобы мы могли достойно дожить свою старость без сноса.

«Нас отрезали от мира»

Выходим пройтись по улице. К этому моменту местные уже прознали о визите прессы и собрались небольшой толпой рассказать о насущном. Сейчас переулок Червякова временно превратился в тупик. На стыке с Долгиновским трактом развернулись строительные работы. Судя по официальной информации, здесь происходит прокладка хозяйственно-бытовой и дождевой канализации.

И взрослые, и дети тем или иным образом постоянно пользовались дорогой, ведущей к автобусной остановке на Долгиновском тракте. 18, 26, 105, 131 — все эти автобусы тут пользуются большой популярностью, ведь у всех свои маршруты: кому-то надо на работу, кому-то в школу.

Теперь добираться до магазинов, поликлиник и школ людям приходится через обходной путь. Нужно дойти до Нововиленской, затем до Орловской, а это огромный круг. Также для людей сделали небольшую тропинку до Долгиновского тракта, огибающую стройку. Когда лежал снег, на ней образовался опасный лед, а во время оттепели тропинка всегда в лужах.

— На сегодняшний день меня интересует, как ходить на работу, — жалуется одна из пришедших. — Как детей в школу отправлять? Как дойти до 18-го автобуса? Молодежь-то бегает, а я недавно здесь ногу подвернула. Нас отрезали от мира. 

По словам жителей переулка, работы здесь начались несколько месяцев назад. С тех пор поход в магазин или на работу превратился в квест:

— Мы понимаем, что дорогу надо расширять. Хорошо, ради бога, но сделайте и нам дорожку. Пусть они сделают нам деревянную дорожку, мы будем по ней ходить. Надо государству — пускай делают. Но нас тоже надо понять.

Недавно переулок нешуточно затопило. В декабре прошлого года на участки начала прибывать вода, а потом местность превратилась в море. По официальной информации, ЧП случилось из-за строителей — те во время проведения работ задели водопроводную сеть. Последствия ликвидировали, но осадочек остался. А вообще затопления здесь — частые гости. Так как часть переулка имеет небольшой уклон, ливни нередко приносят с собой потоки воды, льющиеся прямиком во дворы.

Что будет с переулком?

Стоит сказать, что живут в переулке далеко не только пенсионеры. Есть люди среднего возраста, молодежь, школьники. Кто-то за годы ожидания успел обустроить здесь комфортное жилье, а кто-то боится вкладывать деньги в приговоренный барак. Но объединяет жильцов одно — все хотят определенности. Хотят знать точные сроки, чтобы как-то планировать свою жизнь.

Одна из собеседниц рассказывает:

— Этот дом моя мама получала будучи мной беременной. Сорок лет назад, когда я замуж выходила, мне говорили, что тут красная полоса, а значит, будут сносить. Сейчас мне уже 58, двоих детей вырастила, внука дождалась. А мы все так и стоим в красной полосе. 

К беседе подключается еще одна жительница:

— Три года назад ходила в исполком. Задала вопрос, когда снос? Мы топим дровами и углем, поэтому нужно знать, насколько ими запасаться. Никакой информации мне не предоставили. Как будто мы здесь вообще никто.

В последний раз перспектива развития этой локации широко обсуждалась в 2023 году. Тогда чиновники встретились с местными и обрисовали им картину. Согласно Генплану, часть индивидуальной застройки в границах улиц Щедрина, Нововиленской, Гая, Пригородной и переулка Червякова подлежит сносу. На месте усадеб появится жилая высокоплотная застройка. Гаражи трансформируются в многоуровневые. Долгиновский тракт расширят и продлят. И это лишь небольшая часть планов. Через некоторое время эту местность будет не узнать: тут тебе и метро недалеко, и шестиполосная дорога, и новые здания.

По проекту, все эти преобразования планируются до 2030-го. Получается, героям статьи нужно лишь подождать еще четыре года? Далеко не факт.

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by