Страна без ровной земли

Чтобы понять, зачем вообще понадобилось строить квартиры под мостом, необходимо сначала взглянуть на сам город и провинцию, в которой он находится. Гуйян — столица Гуйчжоу, одной из самых гористых провинций Китая. Про этот регион веками ходила поговорка, что там нет и трех ли (китайская единица расстояния, примерно равная 500 метрам) ровной земли. Горы, ущелья, изрезанный до предела рельеф столетиями были главным препятствием для развития Гуйчжоу. Дороги приходилось прокладывать в обход хребтов, а любое строительство превращалось в инженерный вызов.

Спасением при таком беспокойном ландшафте стали мосты.

За последние десятилетия Гуйчжоу превратилась в настоящий полигон китайского мостостроения. Сейчас в провинции функционирует свыше 32 тыс. автомобильных путепроводов, а протяженность одних только скоростных трасс превышает 9 тыс. километров. Мосты здесь соединяют уезды и города, которые раньше были отрезаны друг от друга непроходимыми ущельями, и без этой сети Гуйчжоу попросту не смогла бы нормально существовать. В подобном регионе идея использовать пустующее пространство под эстакадами и путепроводами для чего-то полезного выглядит скорее логичным продолжением местной реальности, чем экзотической причудой.

Компенсация кварталом

История самого моста Шуйкоуси началась задолго до появления домов под ним. На этом месте с XVII века существовала переправа. По преданию, каменный мост здесь возвели еще в 1693 году, во времена императора Канси, и первое время он носил имя, которое можно перевести как «Мост всеобщего спасения». За три с лишним столетия сооружение не раз перестраивали, а свою нынешнюю форму оно обрело только в конце XX века при не самых приятных обстоятельствах: в июле 1996-го прежний мост попросту смыло сильнейшим наводнением. Восстанавливать переправу начали уже в сентябре того же года, на этот раз из железобетона, и современный мост открыли для движения в мае 1997-го.

Именно тогда и родилась идея с жильем под ним.

В девяностых годах часть окрестной земли изъяли под строительство скоростной трассы, ведущей к аэропорту, и городским властям нужно было чем-то компенсировать эту потерю людям, которые формально лишились своих участков. Свободное место нашлось там, где обычно ничего не строят — на пустыре прямо под многометровыми пролетами новой эстакады. Именно на этом клочке земли и возвели льготное жилье для малообеспеченных семей. Сами дома достроили спустя пару лет после моста, то есть уже к концу девяностых. Так под проезжей частью с потоком машин и оказалась чья-то самая обыкновенная квартира с кухней, диваном и бельевой веревкой на балконе.

Что говорят сами жильцы

Самое интересное в этой истории — как к такому соседству относятся сами люди. Один из старожилов, которого местные знают под именем Лао Ян, живет в квартале с 1999 года, то есть с самого момента заселения домов. По его словам, за четверть века он настолько привык к вибрации от проезжающих машин, что попросту перестал замечать ее. Более того, он даже не почувствовал Сычуаньское землетрясение 2008 года, которое ощущалось во многих районах Китая, настолько фоновыми стали для него вибрации дома. Для человека со стороны это звучит почти невероятно, но для того, кто засыпает под этот звук четверть века подряд, шум сверху давно перешел в разряд непременного атрибута повседневности.

При этом сами жильцы вовсе не считают свою жизнь под мостом каким-то безнадежным компромиссом.

Судя по опросам, которые проводили среди местных зарубежные издания, многие семьи прожили здесь годами потому, что доступная цена такого жилья сочетается с удобным расположением. Мост находится рядом с центральной частью города, по соседству с транспортными развязками, магазинами и остановками общественного транспорта. Для человека, которому важно быстро добираться до работы или до аэропорта, лишний метр между потолком и мостом оказывается куда менее значимым фактором, чем двадцать минут выигранного времени в пробке. Однако есть и неприятные бытовые нюансы, о которых говорят сами жильцы: например, постоянная дорожная пыль, оседающая на подоконниках и белье. Но в целом баланс явно смещен в пользу привычки. Подавляющее большинство тех, кто заселился сюда четверть века назад, никуда не переехали, хотя формально ничто не мешало им это сделать. Впрочем, в этой проблеме есть и еще один нюанс.

А что делают власти

Городские власти не оставили людей один на один с шумом и тряской. В какой-то момент на мосту официально запретили проезд грузовиков, прицепов и другого крупногабаритного транспорта, а легким грузовым машинам закрыли проезд в ночное время. Это было сделано для того, чтобы снизить уровень шума и защитить постройки от лишней вибрации. Мера заметно облегчила жизнь квартала.

За два с лишним десятилетия здесь действительно выработался свой уклад.

То, что со стороны кажется экстремальным жилищным экспериментом, для местных жителей стало обычным способом иметь крышу над головой в городе, где с этой самой крышей у многих исторически были проблемы. Гуйян совсем не маленький населенный пункт. В нем живет около 4 млн человек, а сам город расположен на пересечении сразу нескольких крупных автомагистралей. С учетом рельефа нехватка удобной и одновременно доступной по цене территории под жилую застройку здесь ощущается острее, чем во многих других китайских мегаполисах. На этом фоне квартал под мостом выглядит куда более рациональным решением, чем может показаться на первый взгляд.

Проблема юридическая и историческая

Однако у этой истории, похоже, есть и вторая сторона — юридическая, и именно она превращает градостроительный курьез в настоящую головную боль. Несмотря на то что дома строились официально, как часть государственной программы расселения, до сих пор ни на одно из этих зданий не оформлены полноценные права на недвижимость. В самом городе эту ситуацию так и называют — «историческая проблема», и никто толком не знает, как решить ее, спустя почти три десятилетия. Это не образное выражение, а вполне конкретный юридический термин, широко применяемый в китайской практике. Так называют объекты недвижимости, которые в свое время были построены с нарушением порядка согласований, оформления земли или регистрации сделок, из-за чего много лет спустя жильцы не могут получить на них полноценные документы, даже если живут там абсолютно легально. С похожими историческими проблемами городские власти в разных концах Китая разбираются годами, принимая для этого отдельные постановления.

Так что случай Шуйкоуси при всей его внешней экзотичности вписывается в достаточно типичную для страны юридическую коллизию.

На практике это может (хотя и необязательно) означать, что квартиру под мостом нельзя продать так же просто, как обычную квартиру в панельке через дорогу. Это осложняет и наследование жилья, и получение некоторых видов компенсаций, положенных владельцам официально зарегистрированной недвижимости, и даже банальный ремонт, требующий согласований. При этом жилье достаточно легально, чтобы жить в нем десятилетиями и не бояться выселения, но недостаточно легально, чтобы распоряжаться им так же свободно, как это делает собственник обычной квартиры. И этот статус-кво тянется настолько долго, что для местных жильцов он давно стал просто данностью, а не временной неурядицей, которая вот-вот разрешится.

Квартал под мостом Шуйкоуси интересен не только как необычная достопримечательность, хотя именно в таком качестве он чаще всего и попадает в фокус внимания публики. Гораздо любопытнее он как показательный пример того, к чему приводит быстрое, но не до конца продуманное решение жилищного вопроса. С одной стороны, реальная и вполне искренняя забота о людях, оставшихся без крова после масштабной стройки новой трассы, и находчивое решение использовать буквально каждый свободный квадратный метр в городе. С другой — почти 30 лет юридической неопределенности, которую эта забота незаметно породила и которую город пока так и не удосужился аккуратно закрыть.

Нравится читать Onlíner? Добавьте наши новости в «Основные источники» Google

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by