Городская застройка. Библиотека, «Минск-Арена» и новые «спальники»

Минск 2006-го находился аккурат на финальных стадиях примерки своего современного облика: тогда сразу несколько будущих символов города или только появились на столичной карте, или существовали лишь в виде строительных заборов, кранов и котлованов. Да, если бы кто-то тогда сказал, что через 20 лет фотографии поднадоевших многим горожанам огромных строительных площадок будут вызывать ностальгию, ему вряд ли поверили бы — но вот мы здесь.

Главной премьерой года, безусловно, стало открытие нового здания Национальной библиотеки. 16 июня 2006-го тот самый ромбокубооктаэдр, который до этого несколько лет обсуждали едва ли не больше, чем строили, наконец распахнул двери для читателей. Сегодня невозможно представить Минск без сверкающего алмаза на проспекте Независимости, но тогда отношение к нему было далеко не однозначным.

Одни минчане восхищались футуристической архитектурой, другие недоумевали, почему библиотека должна выглядеть как объект из фантастического фильма и даже отправляли ее в топы самых уродливых зданий мира. В итоге и те, и другие специально приезжали посмотреть на необычное сооружение, фотографировались на фоне зеркальных граней и поднимались на смотровую площадку, откуда открывался вид еще на совершенно другой Минск.

Впрочем, библиотека была скорее эффектной точкой с запятой в новейшей архитектурной истории столицы. Минск к ее открытию уже жил новой «стройкой века»: на пересечении улицы Нарочанской с проспектом Победителей весной 2006-го стартовало возведение будущего спортивного символа страны — «Минск-Арены».

Почти одновременно город прощался с еще одним привычным пейзажем: за строительными лесами исчезал Большой театр оперы и балета. Масштабная реконструкция стартовала именно в 2006 году и стала первой серьезной перестройкой здания со времен войны. Многие минчане впервые увидели знаменитый театр не белоснежным дворцом Лангбарда, а укутанным в металлические конструкции и защитную сетку.

Окраины столицы переживали свой строительный бум. В 2006 году началась застройка Брилевичей — района, который сегодня кажется давно сложившимся, а тогда представлял собой практически чистый лист, с которого постепенно стерли засеянные поля, огороды деревни Дружба (кстати, именно так изначально хотели назвать новый «спальник» — Брилевичами он стал только в 2007-м) и пустыри. Тысячи минчан присматривали квартиры, обсуждали планировки, спорили, далеко ли добираться до центра, и утешали себя универсальной фразой всех новоселов: «Зато через пару лет здесь все будет».

К слову, тогда же, в 2006-м, напротив еще не существующего района появился ProStore. Один из первых столичных гипермаркетов мгновенно стал точкой притяжения жителей Малиновки, студентов из общаг БГУ в Роще и гостей Минска.

Новенький гипермаркет стал зеркалом второй половины 2000-х, когда у населения появились деньги, а у торговли — по-настоящему достойный ассортимент товаров. И это было важно не только для минчан: именно в ProStore закупались жители регионов юго-западнее столицы перед выездом из города в сторону трассы M1.

Своими масштабами «гипер» в Малиновке впечатлял даже сотрудников. Вот что вспоминала минчанка Елена Тригубович, которая работает в ProStore практически с самого открытия:

— Мы с мужем жили на Голубева и наблюдали, как строился гипермаркет ProStore. Шла вырубка леса, сносили частный сектор. Стройка была довольно масштабная. Мы очень ждали, когда появится что-то хорошее, потому что комфортных магазинов было недостаточно. А о гипермаркетах в нашем районе речь и вовсе не шла.

Когда открылся ProStore, это, конечно, было круто. Работа там считалась престижной. Помню, как подавала резюме, его долго рассматривали. Был серьезный отбор, фейсконтроль, дресс-код. В декабре 2006-го, перед Новым годом, я пришла на стажировку. А мой первый официальный рабочий день был 3 января 2007 года.

Спорт. Как февральский Минск 2006-го жил большим теннисом

Главным спортивным событием Минска в 2006 году стал матч первого круга Мировой группы Кубка Дэвиса между сборными Беларуси и Испании. Для белорусского тенниса это был особенный момент: команда впервые получила право сыграть в главном дивизионе престижного командного турнира, где выступали сильнейшие сборные мира. В отличие от обычных турниров здесь на первый план выходила не личная победа одного спортсмена, а результат всей команды — для прохода дальше нужно было выиграть три из пяти матчей, проходивших на ковровом корте Футбольного манежа.

Надеждами белорусских болельщиков были, конечно, Мирный и Волчков. Максим Мирный к тому моменту уже был самым узнаваемым теннисистом страны, одним из лучших игроков мира в парном разряде и постоянным участником крупнейших турниров. Владимир Волчков также имел серьезную международную репутацию: в начале карьеры он доходил до полуфинала Уимблдона, а в Кубке Дэвиса неоднократно становился ключевым игроком сборной.

Начало встречи получилось максимально удачным для Беларуси. После первого дня наши неожиданно повели 2:0, и на трибунах появилась надежда на то, что сборная сможет оформить победу досрочно. Однако парная встреча вернула интригу: Мирный и Волчков уступили Фелисиано Лопесу и Фернандо Вердаско. После этого испанцы получили шанс сравнять счет, и судьба всего противостояния решалась в оставшихся одиночных матчах. Мирный снова вышел на корт и принес Беларуси важнейшее очко, обыграв Давида Феррера. При счете 3:1 победа была уже близка, но окончательно оформить ее предстояло Владимиру Волчкову — что он и сделал в напряженной стычке с Томми Робредо.

Для минских болельщиков это был редкий шанс увидеть большой международный теннис вживую. На трибунах собрались как постоянные поклонники спорта, так и те, кто решил просто прийти поглазеть на спортсменов мирового уровня (впрочем, тогда ими уже стали и сами белорусы). В течение трех дней разговоры о подачах, сетах и матчевых раскладах стали частью городского фона.

Тусовочная жизнь. Клубы, вечеринки и первый опен-эйр в аэропорту

Если днем Минск 2006 года строился, то в темноте он отчаянно пытался доказать самому себе, что способен жить не хуже европейских столиц. Тогдашние ночные тусовки, наверное, сложно представить тем, кто вырос уже в эпоху гастробаров, лаундж-пространств и тусовочных улиц: на Октябрьской можно было разве что надышаться ароматом «кристалловских» дрожжей, Зыбицкой буквально не было и в помине, а Старый город только-только начинал осваиваться заведениями.

Двадцать лет назад Минск жил разбросанными по всему условному центру классическими ночными клубами — с фейсконтролем, громким хаусом, дым-машинами, блестящими рубашками и ощущением, что именно здесь и сейчас происходит та самая молодость. Опытные тусовщики выбирали «28», считавшийся едва ли не самым труднодоступным местом города. Студенты ехали в «Блиндаж», где атмосфера была проще. Любители более респектабельного и пафосного отдыха встречались в Madison или «Белой веже». «Иzюм» с гламурными R’n’B-вечеринками, Bronx с западными электронщиками — у каждого клуба была своя вселенная с локальным лором и легендарными завсегдатаями.

Во многом именно тогда Минск начал воспитывать собственную клубную публику. Люди постепенно учились различать хаус, прогрессив и техно, обсуждали сеты на форумах, а после выходных спорили, кто отыграл сильнее. Одним из знаковых мест был X-Ray — клуб, который многие до сих пор сравнивают с легендарным нью-йоркским «Студио 54». Здесь выступали музыканты, которые спустя годы станут звездами куда большего масштаба. В 2006 году, например, здесь играл молодой Mujuice — тогда еще артист, известный лишь небольшой аудитории поклонников экспериментальной электроники.

Но главным музыкальным событием года оказался вовсе не клубный концерт. Летом Минск внезапно оказался на гастрольной карте группы, которую в начале 2000-х знал практически каждый обладатель CD-сборников с зарубежными хитами. Фестиваль Estrella Star Show, прошедший 27 августа прямо на территории аэропорта Минск-1, выглядел для Беларуси почти невероятно. Огромная сцена посреди взлетного поля (тогда еще действовавшего), тысячи зрителей и хедлайнеры — шведская группа The Cardigans. Вместе с ними выступили Uma2rman и «Город 312», но было очевидно: большинство приехало именно ради Нины Перссон и тех самых первых аккордов My Favourite Game и Lovefool.

Сборный концерт от бренда чипсов Estrella во всех СМИ тогда называли первым настоящим белорусским опен-эйром, а сет The Cardigans — первым концертом звезд мирового уровня в Минске. К слову, фестиваль посетили 7,5 тыс. человек. «Шведы увидели только центр Минска, удивились чистоте города и широким дорогам, каких у них на родине нет. В Беларусь приехали, потому что сейчас гастролируют и „с концертами пробираются на Восток“. Про Беларусь знают не понаслышке, так как в Солт-Лейк-Сити шведская команда по хоккею уступила белорусской сборной. Музыканты до сих пор переживают по этому поводу», — писала газета «СБ» в репортаже с фестиваля.

Покупки. Sony Ericsson за ползарплаты, джинсы на «Динамо» и оливковое масло за 2 рубля

В 2006 году Минск еще, конечно же, не был городом торговых центров в современном понимании. Большие ТЦ на несколько этажей с фудкортами, кинотеатрами и магазинами еще не стали привычным местом для выходных прогулок. За одеждой многие ехали на «Жданы» или «Динамо», где можно было найти как вполне достойные вещи, так и одежду неизвестного происхождения. Брендовые (ну как брендовые) вещи часто покупали не столько ради качества, сколько ради самого ощущения принадлежности к новой эпохе потребления. После достаточно однообразных 1990-х минчане массово получили возможность выбирать — пусть иногда между десятками похожих вариантов на одном рынке.

Вдобавок постепенно менялась сама культура покупок в принципе. Начиналась эпоха кредитов, когда на телевизор, компьютер или холодильник уже необязательно было копить годами. Фраза «взять в рассрочку» становилась все привычнее. Компьютеры и техника вообще были важной частью потребительского культа. В 2006 году домашний компьютер переставал быть чем-то исключительно для работы или учебы.

Отдельная тема — мобильники, элемент статуса и одна из главных технологических игрушек эпохи. У кого-то еще оставались легендарные Nokia 3310 и Siemens старых поколений, но все больше людей мечтали о моделях с цветным экраном, камерой и громким динамиком. О первом iPhone в 2006-м еще лишь ходили осторожные слухи среди гиков, а у простых минчан одними из самых желанных аппаратов были Nokia 6230i, 6680 и N70, Sony Ericsson K750i и W800i, Samsung D500 и Motorola RAZR V3. Ну кому, как не олдам Onlíner, об этом знать.

Отправившись в архивы нашего Каталога 20-летней давности, посмотрели точные цены на некоторые модели. За K750i разные продавцы просили от $228 до $338 в эквиваленте, за символ нулевых RAZR V3 — от $218 до $450, ценник на продвинутую Nokia E60 доходил до $600. Умножайте по тогдашнему курсу на два и получайте больше половины официальной минской зарплаты в 750 тыс. неденоминированных белорусских рублей за лучшую возможность попонтоваться перед коллегами и однокурсниками.

Что по ценам на продукты? Перед тем как рассматривать ценники с прилавков супермаркетов образца 2006 года, схватитесь за что-нибудь покрепче (можно за сердце). Большая пачка макарон за современные 16 копеек, банка горошка за 20 копеек, бутылка оливкового масла за сумасшедшие 2,7 рубля. Вот уж где хотелось бы точно вернуть наш 2006-й.

Рестораны и общепит. Сомнительные устрицы и отсутствие шаурмы

Минская ресторанная жизнь в 2006 году находилась примерно там же, где и весь город — между прошлым и будущим. С одной стороны, еще справлялись со своими задачами культовые кафе из 1990-х, где главное — чтобы было сытно и недорого. С другой — постепенно появлялся новый городской запрос: людям хотелось не просто поесть, а провести вечер. Посидеть с друзьями, отметить событие, попробовать что-нибудь необычное и почувствовать себя немного европейцем.

Правда, с европейским уровнем сервиса тогда все было не так однозначно. Это хорошо видно, если покопаться в архивах форума Onlíner за 2006 год. В тематических ветках про рестораны минчане обсуждали не только то, где готовят вкусно, но и вечные вопросы любого времени: почему в дорогом заведении официант смотрит так, будто клиент пришел мешать ему работать, почему красивый интерьер не гарантирует хорошую кухню и почему счет иногда вызывает больше эмоций, чем само блюдо?

Особенно показательной была история с блюдами, которые тогда воспринимались как признак «настоящего ресторана» — те же устрицы. В 2006 году заказать морепродукты в Минске для многих было почти гастрономическим экспериментом. На форуме спорили: можно ли вообще доверять устрицам в городе без моря и насколько оправданна высокая цена таких блюд? Один из участников обсуждения рассказывал о неудачном опыте с тигровыми устрицами в ресторане «Леонидас», отмечая, что ожидания от дорогого заведения сильно не совпали с тем, что оказалось на тарелке. Другие пользователи в ответ советовали с такими вещами в Минске вообще не рисковать, мол, «у нас и креветок свежих нет, а вы про устрицы».

При этом у минчан уже появились свои любимчики среди заведений. Например, «Пармезан» многие вспоминали как место с хорошим обслуживанием и приятной атмосферой, хотя к кухне у отдельных посетителей были вопросы. «Мон кафе» хвалили за уют и отношение персонала, но одновременно критиковали за отдельные позиции меню и слишком громкую музыку по вечерам. «Джеймс» воспринимался как вариант для спокойного вечера с друзьями, десерта или бокала хорошего напитка. В «Эль-помидоро» пользователям нравилась кухня и демократичность цен. Еще все очень ждали открытия до сих пор действующего News Cafe — и потом отмечали, что уже повстречали там весь тогдашний белорусский бомонд.

Отдельная история — суши. Сегодня роллы на любой вкус можно заказать в несколько кликов, а в 2006 году поход за японской кухней был небольшим событием. Суши-бары только становились привычными, а качество продуктов и уровень приготовления активно обсуждались. Минчане сравнивали заведения, спорили, где действительно умеют готовить, а где просто добавили суши в меню ради моды. Что до шаурмы, то на вопрос одного из форумчан о том, где ее в Минске можно попробовать, никто просто не ответил: видимо, все было совсем так себе.

Автомобили. Эпоха «пассатиков» и первых больших автосалонов

На минских дорогах в 2006-м еще активно мелькали старые «Жигули» и «Москвичи», но основу городского автопарка уже составляли подержанные иномарки, которые приезжали в Беларусь в огромных количествах из Европы. Автомобиль для многих минчан окончательно стал одной из первых крупных и важных покупок взрослой жизни.

Главными героями дорог середины нулевых были «немцы». Взгляд почти автоматически цеплялся за вездесущие Volkswagen Passat, Audi A4 и A6, Opel Vectra, BMW третьей и пятой серий, Mercedes-Benz C- и E-класса. Особой популярностью пользовались машины конца 1990-х — начала 2000-х годов: они еще выглядели современно и были относительно доступны.

Тогда же белорусским народным символом успешного автовладельца стал Volkswagen Passat B5. Такую машину можно было встретить во дворе, возле офиса, у ресторана или на авторынке. Про «пассатик» рассказывали истории, спорили о двигателях, комплектациях и расходе топлива. Покупка дизельного универсала из Германии казалась самым рациональным выбором: вместительный, экономичный, удобный для семьи и при этом всеми уважаемый.

Авторынок в те годы был важной частью городской жизни. Стоимость машин по сегодняшним меркам кажется особенно интересной. Подержанный Volkswagen Passat конца 1990-х — начала 2000-х годов можно было найти примерно за $8—12 тыс. в зависимости от состояния и комплектации. Audi A6 C5 часто стоила около $10—15 тыс., BMW 3-й серии тех же лет — примерно в этом же диапазоне. Более простые Opel Astra, Ford Escort или Volkswagen Golf можно было купить дешевле — за несколько тысяч долларов.

При этом 2006 год был временем, когда белорусы постепенно начинали смотреть не только на подержанные автомобили. Автосалоны становились заметнее, а автомобильные бренды активно пытались завоевать белорусский рынок. Одним из признаков этой новой эпохи стал первый «Минский автосалон» — буквально автомобильная ярмарка от создателей выставки «Моторшоу».

В шоуруме Футбольного манежа можно было увидеть новые модели производителей, которые раньше многие минчане знали только по журналам и редким экземплярам на улицах. Chevrolet, Honda, Seat, Mitsubishi, иранские Samand, которые как раз в июне 2006-го начали собирать под Минском, — в общем, реальные авто за реальные деньги. Однако многие приходили поглазеть на машины просто как на экспонаты.

---

Минск 2006 года сегодня кажется одновременно очень далеким и удивительно знакомым. В нем еще не было многих привычных вещей, зато было ощущение движения: город строился, открывал новые места, пробовал новое и понемногу становился тем самым Минском, который мы знаем сейчас. Менялись районы, привычки, способы покупать, отдыхать и общаться, а вместе с ними менялись и сами минчане. Что-то из той эпохи безвозвратно ушло — от клубов и форумных споров до телефонов с кнопками и дисков с музыкой. А что-то осталось: желание найти хорошее место, купить что-нибудь новое, встретиться с друзьями и обсудить, каким город будет дальше.

Спецпроект подготовлен при поддержке ООО «Торговый дом Простор», УНП 193854962.

---

Нравится читать Onlíner? Добавьте наши новости в «Основные источники» Google

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by