Рыбацкая деревня

До середины 1960-х Виньмок ничем не выделялся среди десятков похожих поселений на морском побережье центрального Вьетнама. Рисовые террасы, красная базальтовая почва, бамбуковые рощи и золотой песок пляжей Южно-Китайского моря — примерно так выглядел пейзаж вокруг деревни. Люди жили здесь обычной рыбацкой жизнью, и ничто не намекало на то, что через несколько лет это место станет одним из символов вьетнамского сопротивления. Дома строили из дерева, сети сушили прямо на берегу, а урожай риса зависел от муссонов, как и во всей центральной части страны.

Но у этой обычной точки на карте мира было одно роковое свойство — географическое положение.

Совсем рядом протекала река Бенхай, узкая и ничем не примечательная с виду. Именно она вскоре разделила не только карту Вьетнама, но и судьбы миллионов людей, а заодно определила, что произойдет с крошечной деревней Виньмок в ближайшее десятилетие.

Разделенная страна

В июле 1954 года в швейцарской Женеве подписали соглашения, завершившие Первую Индокитайскую войну между Вьетнамом и Францией. Страну, получившую окончательную независимость, временно разделили по 17-й параллели. Граница прошла как раз по реке Бенхай, всего в нескольких километрах от Виньмока. На севере установилось коммунистическое правительство Хо Ши Мина, на юге — проамериканский режим. Предполагалось, что после всеобщих выборов 1956 года страна воссоединится.

Но выборы так и не состоялись.

Соединенные Штаты соглашения не подписали и сделали ставку на укрепление контролируемого ими Юга, опасаясь, что падение Вьетнама вызовет аналогичные процессы во всей Юго-Восточной Азии. Демилитаризованная зона шириной в несколько километров по обе стороны от условной границы должна была разделять враждующие армии. На деле же она превратилась в один из самых обстреливаемых участков планеты. К середине 1960-х конфликт, который вьетнамцы называют Американской войной, уже был в полном разгаре, а Виньмок очутился в самом его эпицентре.

Случайная жертва

Расположение у самой демилитаризованной зоны сделало Виньмок стратегической точкой снабжения. Именно через нее шли пути, по которым силы Северного Вьетнама пытались продвигаться на юг. Американское командование было уверено, что жители деревни снабжают продовольствием и оружием северовьетнамский гарнизон на острове Кон Дао, который, в свою очередь, был помехой американским бомбардировщикам на пути к Ханою, столице страны. По разным оценкам, только на район Виньмока за восемь лет войны сбросили около 9000 тонн взрывчатки. По данным же вьетнамских источников, на территорию населенного пункта пришлось порядка 500 000 тонн бомб, в среднем около семи тонн на каждого жителя.

Смысл бомбардировок был прост: заставить людей уйти.

Территорию объявили зоной, где законной мишенью считалось все, что движется. Особенно тяжелыми были 1968—1972 годы, когда над деревней почти без пауз работали стратегические бомбардировщики B-52: по некоторым данным, интенсивность обстрелов доходила до пятисот бомбовых ударов в сутки. Уходить местным жителям было попросту некуда. Люди остались, но просто перестали жить на поверхности.

Идея

Мысль о подземной жизни пришла не случайно. Идею в 1963 году предложил Чан Нам Чунг, высокопоставленный чиновник вьетнамской компартии, посетивший район с инспекцией. За образец взяли тоннели Кути под Сайгоном (ныне Хошимином), но с существенной поправкой. Кути строились как боевая сеть тайных лазов для партизан. Виньмок же задумывался иначе — как полноценная подземная деревня.

Первая попытка строительства провалилась почти сразу.

Тоннели рыли на глубине около десяти метров, и вскоре выяснилось, что американские бомбы способны пробивать грунт именно на такую глубину. Пришлось копать глубже. В итоге деревню «зарыли» на 13 метров. «Продолжение жизни на поверхности не рассматривалось из-за постоянных обстрелов и риска потерять землю и умереть. Идти под землю было и практичным, и стратегическим решением», — рассказывал журналистам один из местных жителей.

Ручной труд

Строительство началось в 1965 году и заняло около двух лет. Копали с помощью лопат и корзин, использовавшихся для выноса грунта, причем инструменты нередко делали из осколков неразорвавшихся бомб и трофейного оружия. По современным оценкам, на работы ушло около 18 000 человекодней, а из-под земли вручную вынесли примерно 6000 кубометров грунта. Почва оказалась на удивление подходящей: красная базальтовая глина была достаточно плотной, чтобы не осыпаться, и достаточно мягкой, чтобы копать ее простейшими инструментами.

Инженерная логика подчинялась одной задаче — выжить под бомбежкой.

Проходы делали не прямыми, а зигзагообразными, ведь ударная волна распространяется по прямой, а такая планировка гасила ее силу. Своды укрепляли арками, стены в уязвимых местах утолщали. «Их настоящее название — тоннели Шонвинь», — вспоминал позже автор проекта Ле Суан Ви в интервью вьетнамским СМИ, поясняя, что «шон» значит «гора», а «винь» отсылает не только к Виньмоку, но и ко всем жителям уезда Виньлинь, помогавшим на стройке.

Три этажа под землей

Готовый комплекс растянулся почти на два километра и получил три уровня. Первый, на глубине 8—11 метров, служил временным укрытием и командным пунктом. Второй (11—15 метров) был главным жилым ярусом. Именно здесь в стенах вырубили ниши для отдельных семей, тесные каморки высотой около метра и глубиной чуть меньше двух метров. Третий уровень уходил на 21—23 метра и использовался как склад продовольствия и оружия для снабжения гарнизона на острове.

Из тоннелей вело 13 выходов: шесть в сторону холмов, семь — прямо к морю.

Приморские выходы были не только путями эвакуации, но и логистическим каналом. Через них незаметно отправляли грузы на остров Кон Дао. Сами ходы были заметно просторнее, чем в тоннелях Кути на юге страны. Высота сводов достигала 1,7—1,8 метра, а ширина составляла около 1,5 метра, так что по ним можно было идти в полный рост, а не ползти на четвереньках. Внутри имелся колодец с питьевой водой, был создан зал на полсотни мест для собраний и показа фильмов, а также медицинский пункт с операционной и школа. По сути, под землей воссоздали инфраструктуру обычной вьетнамской деревни, только без неба над головой.

Быт, подчиненный выживанию

Главным врагом были не только бомбы, но и дым. Кухни разместили специально на первом уровне, чтобы запах готовки не проникал в жилые помещения ярусом ниже. Для кухонных нужд были построены специальные печи, дым от которых рассеивался по системе подземных тоннелей и не поднимался над землей. Питание было скудным. Рацион составляли маниок, батат и немного риса. «Когда бомбежка стихала, мы поднимались наверх, чтобы обработать поля», — вспоминал житель Хо Ван Чием. Самый долгий непрерывный срок, который его семья провела под землей без выхода на поверхность, составил 18 месяцев.

Условия были тяжелыми.

Постоянная сырость одолевала зимой, духота — летом, а нехватка света продолжалась круглый год. Жители жгли масляные лампы, экономя каждую каплю топлива. У обитателей позже фиксировали кожные, костные и глазные болезни, следствие постоянной темноты и влажности. Туалеты были устроены просто: выгребную яму засыпали углем, чтобы приглушить запах, а отходы регулярно выносили наверх. Даже писать на стенах тоннелей было запрещено, но не по идеологическим причинам, а чтобы не повредить и без того хрупкую систему укрепленных сводов.

Численность подземного населения менялась.

В среднем деревню населяли около 300—400 человек из 60 семей, но в отдельные периоды, когда под защиту тоннелей стекались беженцы из соседних общин, число обитателей доходило до 1200 человек. Это была уже не деревня в привычном смысле, а плотно населенный подземный поселок размером с небольшой городской квартал. Только без единого квадратного метра над головой, открытого небу.

Дети, рожденные без солнца

Несмотря на войну, а может, вопреки ей, жизнь в Виньмоке продолжалась в буквальном смысле. В подземном «роддоме» на свет появилось 17 детей. «Пуповину перерезали обычным ножом», — рассказывал журналистам один из свидетелей, описывая устройство этого своеобразного медицинского учреждения. Младенцев сначала кормили грудью, а затем постепенно переводили на протертые батат и маниоку.

Другой еды под землей попросту не было.

Некоторых из этих детей называли говорящими именами — Мир, Свобода, Жизнь, вспоминал в разговоре с журналистами местный житель по имени Тхань. «Мы копали тоннели не для того, чтобы жить под землей вечно», — говорил он, вспоминая мотивацию тех лет.

Ни одной потери

Итог почти 2000 дней подземной жизни в Виньмоке поразителен: ни один житель деревни не погиб внутри комплекса. Единственным прямым попаданием стала неразорвавшаяся бомба, но даже в этом случае воронку от нее превратили в дополнительную вентиляционную шахту, обратив вражеский снаряд в инженерное преимущество. Это не значит, что тоннели уезда Виньлинь везде работали одинаково безотказно. Соседние укрытия оказались куда менее удачливыми. В феврале 1967-го в Донзуе погибли четыре человека, в июне того же года в Танли — 61, в июле в Хомбоке — 22, а в сентябре в Биньмине — 39 жителей.

На фоне этих цифр успех именно Виньмока выглядит почти чудом инженерной мысли.

Зигзагообразная планировка, продуманная глубина и грамотный расчет нагрузки на грунт спасли сотни жизней там, где соседние деревни платили десятками погибших за каждую ошибку в проектировании. Всего же, по вьетнамским данным, жители уезда Виньлинь вырыли 114 отдельных тоннельных систем и около 100 000 индивидуальных укрытий общей протяженностью свыше 40 км. Виньмок среди них остается самым крупным и наиболее сохранившимся.

Возвращение на поверхность

Активная фаза подземной жизни завершилась к началу 1972 года. Интенсивность боев вокруг демилитаризованной зоны постепенно снижалась, и жители начали возвращаться в дома, отстроенные заново на прежнем месте. Официальную точку в конфликте поставили Парижские мирные соглашения 1973 года, хотя сама война продолжалась еще два года, вплоть до падения Сайгона в апреле 1975-го.

Люди, уходившие в тоннели, выходили обратно уже с новым поколением, рожденным буквально во тьме.

Дома отстраивали на том же красном базальте, среди тех же рисовых полей. Просто теперь под ногами лежала целая подземная эпоха их собственной жизни. Многие вернувшиеся семьи еще десятилетиями жили рядом с воронками от бомб, пока ландшафт постепенно не восстановился.

Виньмок сегодня

Тоннели открыли для посетителей как музей в 1995 году, а в 2014-м комплекс вместе со всей системой подземных укреплений Виньлиня получил статус особого национального исторического памятника Вьетнама. Сегодня, по данным местной администрации, сюда приезжают около 50 000 туристов в год. И все чаще это не ветераны и не пожилые вьетнамцы, а молодежь, интересующаяся историей страны. Комплекс входит в стандартный маршрут дневных туров из города Хюэ по демилитаризованной зоне

У входа в тоннели сейчас шумит обычная вьетнамская жизнь.

Стоят уличные лотки с рисовой лапшой и жареным рисом, работают импровизированные летние кафе. Разница лишь в том, что буквально в нескольких шагах находится лестница в мир, где когда-то под землей жили, работали, влюблялись и растили детей 400 человек, просто потому, что наверху было слишком опасно.

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by