Екатерина выросла в Витебске. По образованию она юрист, но успела попробовать себя в разных сферах: в банковском деле, продажах, IT. На последнем месте работы она занималась информационной безопасностью — предотвращала утечки данных.

— Место было перспективное: хорошая зарплата, интересные задачи, возможность карьерного роста… Там я задержалась на шесть лет, — вспоминает собеседница.

Потом случился декрет, который поменял привычный сценарий жизни. Когда дочке исполнился год, у мамы появилось больше свободного времени, а вместе с ним — и ощущение скуки и пустоты. Девушке захотелось прервать свой «день сурка» и занять себя чем-то еще, кроме воспитания ребенка.

— Я хотела купить Софии кукольный домик. Оказалось, что на рынке просто нет подходящих развивающих игрушек для такого возраста: везде либо мелкие незакрепленные детали, либо опасные магниты. Тогда я решила сделать его сама. Помню эту картину: дочка только-только научилась ходить и бродила рядом, а я сидела на полу и красила миниатюры.

Формат «домика в чемоданчике» Екатерина продает до сих пор. Утверждает, что аналогов такому продукту, когда у ребенка есть комната любимого персонажа, которую он может взять с собой, в Беларуси нет до сих пор.

— София росла, и домики росли вместе с ней. В 2 года у нее появилась ферма со зверушками, в 3 — дом для кукол LOL. Я выкладывала результаты в соцсети, видела живой отклик и так начала принимать первые заказы — сначала от друзей, потом и от незнакомцев.

Екатерина всему училась с нуля. Смотрела ролики на YouTube, не боялась писать опытным мастерам и брать у них консультации. Говорит, помог характер.

— Я дисциплинированная, могу долго работать, держать концентрацию. А если что-то не получается, я не бросаю, а делаю снова и снова, пока не приду к результату, — говорит девушка. — Эта смелость — «просто попробовать» — родом из моего детства. Мама всегда поддерживала мои увлечения, будь то гимнастика или рисование. Для меня создали условия, в которых можно было не бояться ошибок. Я до сих пор считаю, что все люди — творческие, главное, дать этому раскрыться.

Первые работы создавались буквально из того, что было под рукой: старые коробки, обрезки ткани. Вместе с дочкой витебчанка училась лепить из полимерной глины: малышка катала «колобки», а мама — крошечные кружечки.

Когда пришло время возвращаться в IT, Екатерина поняла, что не готова бросить новую сферу, тем более что к моменту официального выхода на работу доход от заказов на кукольные домики фактически сравнялся с ее прошлой зарплатой.

А вот идея создавать румбоксы появилась у нее случайно — после одного заказа от актрисы театра. Для перфоманса ей нужна была миниатюрная советская комната в канун Нового года. Чтобы воссоздать атмосферу, Екатерина пригласила в качестве консультанта свою маму, которая пыталась вспомнить каждую деталь той эпохи.

— Мама рассказывала про флажки на елке, платье «снежинки», конфеты и мандарины с определенными наклейками. Когда я закончила и отправила фото родственникам, кто-то даже заплакал — тогда я поняла, что такой формат дает куда больше эмоционального отклика. И тогда я стала создавать для людей уменьшенные копии их комнат детства, спрятанные в чемоданчике, или миниатюрный деревенский домик, которого уже давно не существует. Получая такой румбокс, люди редко сдерживают чувства — плачут даже взрослые мужчины.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Екатерина Устинович| Миниатюра по вашим фото на заказ ROOMBOX.BY (@roombox_by)

Первое время на один проект уходило по два месяца: у Екатерины нет художественного образования, поэтому то, как сделать фактуру дерева и ткани для ковров и пледиков, ей приходилось узнавать методом проб и ошибок.

— Я сама училась, как отшлифовать картон, чтобы он стал похож на дерево, как печатать на ткани…

Главное в румбоксах — это детали (часто крошечные, вплоть до 1 миллиметра в высоту), считает девушка. Поэтому своих клиентов она просит заполнить большую анкету, в которой подробно расспрашивает о воспоминаниях.

— В каких тапочках ходила бабушка, какую книгу она читала, что готовила на завтрак — без этих мелочей дом так и останется чужим и не вызовет никаких эмоций. А вот если у калитки будет стоять фигурка бабули с корзинкой, в которую она собирала грибы, а рядом — лежать полосатый соседский кот, то это и будет настоящая миниатюра. У нас нет ограничений на количество деталей. Иногда я сама предлагаю добавить что-нибудь, если вижу, что румбокс выглядит пустовато.

В миниатюры можно добавить немного интерактивности: например, встроить свет на батарейках, чтобы использовать как ночник, или звуковые модули.

— У одной заказчицы сохранилась запись, как вся семья когда-то пела за столом в деревенском доме, — теперь этот звук включается прямо в румбоксе, — говорит собеседница. — Для меня вообще нет невыполнимых задач: я могу неделю ломать голову, но все-таки найти решение.

Первые шесть лет все свои работы девушка создавала вручную. Когда-то один проект мог растянуться на долгие два месяца, но со временем благодаря опыту срок сократился до нескольких дней. Год назад Екатерина решилась на технологический прорыв и приобрела в мастерскую 3D-принтеры — сейчас их там пять штук. Да и сам бизнес к этому моменту разросся. В самом начале девушка мастерила все на коленке, потом — на кухонном столе, позже у нее появился рабочий уголок в комнате. Теперь у нее есть собственный офис и команда из пяти человек. Некоторым из них тоже пришлось сменить профессию.

— Мне помогают муж (раньше он был дальнобойщиком) и мама, которая всю жизнь проработала бухгалтером. Она никогда не занималась творчеством, но, например, эту деревенскую хату с эффектом состаривания она сделала сама.

Детали румбоксов сотрудники моделируют в специальных программах, в том числе используют нейросети и Photoshop, чтобы воссоздать черты лица или детскую игрушку. Потом фигурки отправляются в печать. На выходе получается многоцветная и пока еще «неживая» заготовка, которую художники расписывают вручную.

— Если принтер не справляется с мелкими деталями, мы берем полиморфус — это такой пластик, который разогревается горячей водой и застывает за пять минут. Он дает быстрый и качественный результат по сравнению с глиной, которая сохнет сутками.

Но визуальный эффект — это еще не все. Не менее важны тактильные ощущения.

— Нам важно повторить все до мелочей: например, тот самый фиолетовый плед с медвежонком. Некоторым заказчикам важно потрогать не просто кусок ткани, а настоящий ковер, каким он был когда-то давно. Один известный бизнесмен мне так и сказал: «Я водил пальцем по этому ковру, как в детстве, и мне было так классно. Новый Mercedes меня так не впечатляет».

Переход на 3D-печать решил и другую проблему — с хрупкостью румбоксов. Раньше домики из картона было страшно отправлять даже в соседний город, не говоря уже о межконтинентальных пересылках, теперь же изделия из прочного экологичного пластика на основе кукурузного крахмала без проблем доезжают до Новой Зеландии, США или Малайзии: даже если уронить такую миниатюру, с ней ничего не случится.

— 95% изделий уезжают за рубеж и только 5% остаются в Беларуси. В основном это заказы от тех, кто когда-то эмигрировал из постсоветских стран и теперь скучает по дому. Конечно, бывают заказы и от иностранцев. Однажды индус, живущий в Австралии, заказал миниатюру своей свадьбы. Он прислал всего одну фотографию, и мы ее воссоздали.

Доставка таких хрупких вещей на другие континенты — это отдельная задача. Чтобы румбокс доехал целым, все детали укрепляют двумя видами клея и ювелирной смолой. Слой подарочной упаковки прячется под огромными пластами пупырчатой пленки и в нескольких коробках.

— Конечно, бывало, что в дороге что-то отваливалось или глава семейства неожиданно перемещался из одной комнаты в другую. К сожалению, мы не можем влиять на работу транспортных компаний, но и клиент за них отвечать не должен, поэтому всю ответственность мы берем на себя. Если что-то случилось, мы забираем изделие обратно, чиним и снова отправляем заказчику за свой счет.

Особое место в портфолио мастерской занимают заказы для публичных людей. В списке клиентов — Максим Фадеев, Niletto, Мот, Ваня Дмитриенко, группа Cream Soda и олимпийская чемпионка Алина Загитова. Для Алины готовили сразу две работы, одна из которых — миниатюрная копия ее легендарного выступления на олимпиаде в Южной Корее.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Екатерина Устинович| Миниатюра по вашим фото на заказ ROOMBOX.BY (@roombox_by)

— Алина расплакалась, когда увидела работу, и прислала нам очень трогательное видео. Для Niletto мы делали копию дома его мамы, где он сам сидит за столом вместе с ней, — он сказал, что это лучший подарок в его жизни. Для нас очень важно, когда звезды обращаются к нам, ведь реклама у таких людей стоит огромных денег, а здесь мы получаем искренний отклик.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Екатерина Устинович| Миниатюра по вашим фото на заказ ROOMBOX.BY (@roombox_by)

Однако Екатерина признается: для ее команды ценны и заказы обычных людей, ведь за каждым из них скрывается личная история. Часто это не просто копия комнаты, а попытка справиться с потерей и сохранить тепло тех, кого уже нет рядом. Работа над такими проектами требует душевных сил: один мастер ведет только один проект, полностью погружаясь в судьбу семьи.

— Ты как будто делаешь что-то действительно важное, сохраняешь память. Были работы, после которых я плакала сама.

Такие румбоксы становятся для людей своеобразной терапией. Екатерина вспоминает историю про квартиру в Магадане, которую мама заказчицы продала, но очень по ней тосковала. Маленькая копия помогла женщине отпустить прошлое и переехать к дочери в Москву.

— Румбоксы дают возможность жить здесь и сейчас. Не нужно цепляться за прошлое — просто открой чемоданчик, побудь там немножко, вспомни все, закрой его и иди дальше.

Несмотря на готовность идти навстречу самым сложным запросам, у Екатерины есть свои ограничения.

— Я сразу отказываю, если речь идет о сценах насилия, оружии и другой подобной тематике. То же самое касается сексуальных подтекстов. Однажды мужчина хотел заказать «комнату удовольствий», но я порекомендовала ему другого мастера. Ритуальные темы с сатанинскими знаками тоже под запретом. Такие заказчики часто бывают навязчивыми, говорят: «Плачу любые деньги, сделайте», — но для меня это вопрос принципа.

Цены на «капсулы времени» начинаются от 700 рублей и могут достигать нескольких тысяч — все зависит от количества предметов и сложности их проработки. Мастерская берется за любые масштабы: от крошечных коробочек размером со спичечный коробок, которые можно носить в кармане, до гигантских проектов. Самым масштабным в истории витебчанки стал дом размером метр на метр — это была целая усадьба с трактором, пилорамой и питомцами.

Такая ювелирная работа в какой-то момент сказалась и на здоровье. Недавно девушке пришлось сделать коррекцию зрения: оно ощутимо упало от постоянной концентрации на деталях в 1—2 миллиметра.

— Я не использую увеличительные стекла, потому что мой клиент тоже не будет смотреть на домик через лупу.

Планы у героини масштабные: купить еще один принтер, нанять несколько новых сотрудников, чтобы сократить ожидание (сейчас у компании очередь на полтора месяца вперед).

— Когда я работала в одиночку, то принимала заказы раз в три месяца: просто не справлялась с потоком. Естественно, многих это злило, комментариев от хейтеров хватало. Да они и сейчас есть. Под роликом с Алиной Загитовой одна женщина написала: «Она получила награды восемь лет назад, кто она такая сейчас?» Если люди готовы обесценить олимпийскую чемпионку, что уж говорить про меня. Поэтому стараюсь не обращать внимание на негатив и двигаюсь дальше.

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by