30 декабря 2020 в 8:00
Автор: Евгения Штейн. Фото: Максим Малиновский

Светская жизнь — все? Ищем людный бар в конце на редкость драматичного года для страны

В этом году на Зыбицкой и Революционной случилось столько перемен, что название последней можно считать пророческим. Сначала пришла пандемия: сервированные столы опустели, прожектора погасли, люди засели по домам, всем стало не до тусовок. А потом — даже не до пандемии. Воскресные шествия, полные надежды и отчаяния, прокатились по центру города, как каток-обнулитель. И вторая волна коронавируса, несмотря на свой широкий размах, стала событием далеко не первой величины. На тусовочные улицы вернулась кое-какая жизнь. Но больше она не искрится, как прежде. Что-то стало с лоском, куда-то пропало безудержное веселье. В улыбках читается грусть, в нарядах — скромность и пофигизм, в алкогольном угаре — желание напиться и забыться. Кого ни спросишь, все «проходили мимо». «В этом году я по барам ни-ни, сегодня — исключение», «Конечно, сейчас не до этого, но отдыхать тоже нужно» — звучат оправдания на разный лад. Даже санкционированные мероприятия минчане теперь посещают с оглядкой и оговоркой. Onliner прошелся по тусовочным улицам и узнал, что осталось от ночной жизни в Минске.

Квартал Интернациональной, Революционной, Комсомольской и Зыбицкой всегда разительно отличался от остального города. Ему удавалось сверкать, отражая излучение телевизора, магнитные бури, плохие новости. Некоторые минчане проводили здесь дни напролет, будто во внутренней эмиграции. Придерживаясь траектории между автомобилем, кофейней, офисом, бутиком и баром, можно было весь день купаться в звуках приятной расслабляющей музыки и лучах теплого света гирлянды LED.

Но гламурная непроницаемость дала трещину вместе с витриной кофейни в соседнем квартале, где бил стекла ГУБОПиК. Иллюзия внутренней эмиграции растворилась, самые роскошные заведения, где было красиво, как в кино, уже спят крепким сном. Ресторан французской кухни Bistro de Luxe, пиано-бар Pelican, Tapas Bar навсегда попрощались со своими гостями. Гирлянды погасли, силовое поле рассеялось.

На месте заведений, не переживших первой волны пандемии, открылись новые, но попроще. Например, помещение Godji, добротного коктейльного бара с азиатской кухней, который остался только в приятных воспоминаниях, заняла недорогая «Дринкерия» — бар-наливочная, где подают вино, настойки и быстрые закуски по 5 рублей.

Но несмотря на народный формат, в субботу вечером «Дринкерия» почти пуста: в баре занят всего один столик. Владелец Дмитрий признается, что это еще куда ни шло. А воскресенье на Революционной — мертвый день. Самая тишайшая нива, как сказал классик.

— В какой-то степени люди вернулись. В этом смысле вторую волну коронавируса с первой не сравнить, — делится впечатлениями владелец бара. — Посетители привыкли к тому, что есть вирус, и стали относиться к нему проще. Но поток гостей очень мал. Это связано не только с вирусом, но и с маршами, которые проходили в центре города. Мы перестали работать по воскресеньям: и клиентов не было, и сотрудниками рисковать не хотелось. Нас даже наказали за то, что не соблюдаем режим. Но к прежнему графику работы мы не вернулись. Теперь воскресенье у нас — официальный выходной.

Даже сейчас, когда протесты ушли из центра города, открываться по воскресеньям бессмысленно. Пустая улица. Мне кажется, люди еще не отошли от того, что произошло.

Редкий битком набитый бар — TNT. Сегодня здесь аншлаг — на сцене группа «Мутнаевока», вход — 10 рублей. Под раскаты гитарного рока выступает молодой вокалист с длинной челкой. Его зовут Евгений Змушко, и он недавно с «суток».

Об этом нам рассказал сияющий от счастья парень по имени Микола, который в одной рубашке с закатанными рукавами вышел на улицу покурить.

— Последний концерт, когда я видел Женю Змушко, был во дворе на Райниса. Его задержали и посадили на 15 суток. Тем не менее я очень рад, что сегодня он дает концерт здесь и есть возможность просто кучно собраться, отдохнуть и повеселиться. Потому что весь этот год — какое-то дерьмо.

Но даже санкционированные концерты в Минске теперь немного подпольные и подзамочные. Разгоряченная публика смотрит в объектив с недоверием.

— Каждый вечер здесь аншлаг, только не палите клуб, — говорят. — А то сейчас напишете, и его закроют.

— За что закроют? Что не писать?

— Лучше ничего не пишите. Найдут, за что закрыть. Придет санстанция, скажет «Всем лежать!». И не снимайте меня, пожалуйста.

Такие настроения царят на тусовочных улицах. Никаких сверкающих нарядов и позерства на камеру. Люди предпочитают веселиться с оглядкой, чтобы не «навеселить» лишнего. Ведь не угадаешь, не разберешь логически, не узнаешь у юристов и правоведов, за что еще в стране может быть «а-та-та». Выбрался в свет — не отсвечивай. Смейся не слишком громко. Не слишком ярко одевайся. Не слишком осанисто сиди. Не слишком широко улыбайся. Тише едешь — дальше будешь.

А что до «короны» — здесь к ней принято относиться с фатализмом.

— Я считаю, что все так или иначе переболеют. Если «корона» тебя убьет, то убьет — говорит посетитель, встреченный нами на улице. — Есть смысл ее бояться, если ты в группе риска. А если тебе плевать на свое здоровье — можешь поболеть, это личное дело каждого. Было бы жесткое указание ходить в масках — все были бы в масках. Сейчас оно есть, но какое-то рекомендательное. В метро я вижу людей без масок, в магазинах. В школу дети ходят без масок, в детские сады...

Не было жесткого «Все, локдаун, носим маски». А с нашим государством такая ситуация: никто всерьез не слушает, что оно говорит. Оно может только силой заставить.

В баре-ресторане Dom гостей немного: заняты несколько столиков, барная стойка почти пуста. Администратор рассказывает, что по сравнению с первой волной коронавируса заведение нашло способ выживать. Во-первых, люди стали относиться к болезни спокойней. Во-вторых, некоторые бары закрылись, а гости ушли в те, что пока работают. Слово «пока» красной нитью проходит через монолог молодого человека.

— Слава богу, работа пока есть, — говорит администратор. — Сегодня есть — завтра нет. 26 октября (в день забастовок после истечения срока «Народного ультиматума». — Прим. Onliner) мы закрылись на санобработку, а потом пришла санстанция и закрыла нас еще на три недели.

Три недели ты сидишь и не знаешь, есть ли у тебя работа.

Зыбицкая перед праздниками выглядит как с похмелья первого января. Редкий бар осмелел до того, чтобы призывно выставить колонки на улицу и согреть прохожих ударным ритмом. Все равно прохожие не подтанцовывают и не подпевают.

В пивном ресторане «Гаштет» из колонок надрывается группа «Би-2». Драматичная песня про призрачную встречную ложится на местный полумрак, превращая его в декорации из фильмов Балабанова. Громче песни в заведении звучит только слово «коронавирус». Это идущие к своему столику посетители обсуждают заболевших родственников.

Минчане Андрей и Антон встретились в баре с другом-земляком, который временно вернулся из Москвы и уже переболел «короной»:

— Заведения в Москве работают, но только до 23:00, все строго в масках и перчатках. Без перчаток и масок даже внутрь не зайдешь. Все достаточно жестко. А здесь у меня такое чувство, что коронавируса нет.

Женя и Настя сегодня выбрались на барную улицу впервые с января:

— Просто уже устали от всех этих ограничений и боязней и решили погулять напоследок, последний раз в году.

В крафтовом баре BeerCap сегодня людно. Каждую первую субботу месяца здесь собираются любители бега и датского пива. Но в этом году все иначе, и встреч было гораздо меньше. В течение года члены клуба бегали дистанционно, трекали свои километры в фитнес-приложениях, а по субботам устраивали zoom-вечеринки. И все же карантин надоел — весь 2020-й пора послать к черту на финальной встрече в офлайне.

В баре «На пляже» публика есть, но администратор говорит, что это скорее исключение. Заведение опустело еще весной, и клиенты не спешат возвращаться.

— Наверное, у кого-то по сравнению с весной сейчас аншлаги, но для нас почти ничего не изменилось. Это Зыбицкая, здесь у каждого заведения своя специфика. Тематика «На пляже» больше интересна иностранной публике, а границы закрыты, поэтому иностранцев нет.

В этом году заведениям приходится выживать еще и без новогодних корпоративов. Власти решили исключить проведение заказных мероприятий в объектах общепита. Говорят, что совсем недавно рекомендацию убрали, но было поздно. Все корпоративы уже перекочевали в онлайн.

Киберкорпоратив — это тренд 2020-го. Например, Wargaming, который раньше устраивал выездные мероприятия с размахом, в этот раз ограничился праздничной онлайн-трансляцией для 2600 своих сотрудников и интерактивами по разным конкурсам. Накануне праздника работникам доставили подарки на дом, а к их детям пришли аниматоры в костюмах Деда Мороза и устроили персональные новогодние шоу. Естественно, со всеми мерами предосторожности.

Именно так сейчас принято провожать старый и надоевший год. Без блеска и почестей, без светского позерства, без опасных для здоровья объятий и поцелуев. Градус накала страстей сбивает низкая температура воздуха. Переходя из бара в бар, успеваешь проветрить голову и слегка протрезветь.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш Telegram-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Евгения Штейн. Фото: Максим Малиновский
Без комментариев