Элитный поселок или доживающий частный сектор? Так живет деревня Копище, которая выросла в 5 раз за 5 лет

347
29 августа 2019 в 8:00
Автор: Евгения Штейн. Фото: Анна Иванова

Элитный поселок или доживающий частный сектор? Так живет деревня Копище, которая выросла в 5 раз за 5 лет

Если деревня не едет в город, город приходит в деревню — Минск уже много лет растет по этому простому сценарию. Столица разбухает от молодых и бодрых умов, приезжающих сюда с периферии, и поглощает свои окрестности. Именно это произошло с деревней Копище, население которой выросло впятеро за последние пять лет. Примыкая к благополучному микрорайону Уручье, она стала главной зоной роста города. Копище активно застраивается многоэтажками от «А-100 Девелопмент», «СИ-трейдинг» и УКСа. Сюда с удовольствием переезжают минчане, желающие сменить постылый быт в хрущевке на новый район с европейским благоустройством и комфортной средой. Жилье в деревне даже обогнало по своим ценам минское. Но судьба частного сектора, заключенного в железобетонные объятья многоэтажек, остается печально-неопределенной.

Коротко. О чем тут речь

Избы

Несмотря на то что здесь встречаются дорогие коттеджи совершенно немыслимых размеров и убранства, в целом деревня похожа на столичный частный сектор, дни которого сочтены: многие дома запущены, а их хозяева ждут сноса и квартиры в многоэтажке. Ждать, вероятно, придется долго: сейчас с судьбой Копища совершенно ничего не ясно, и решать ее будет как минимум президент.

— Как вам ощущение пришедшей в деревню цивилизации? — интересуемся мы у Светланы, хозяйки обыкновенной избы, расположенной в тени насыпи с коттеджем грандиозных размеров.

— Ужасно, — жалуется она. — Машины гоняют, как по проспекту. Постоянное движение, никакого отдыха. Вся эта цивилизация только к худшему: машины, детей не выпустить. Хорошо хоть аэродром убрали. Думаете, здесь участки дорогие? Хотели дом продать, так ориентировочная цена — $20—30 тыс. На эти деньги даже «однушку» не купишь.

Мы не против переехать в многоэтажку, но квартиры нам никто не предлагает. Вроде собираются сносить, но когда, никто не знает. Какой смысл делать ремонт, если они в любой момент могут прийти и выселить? Вот и живем здесь, не в деревне и не в городе, не в доме и не в квартире, во времянках каких-то, одним словом.

Двоюродный брат продал свой дом в Копище за $90 тыс. Вроде и сумма большая, но у него в этом доме жили три взрослых сына. Как поделить? Взамен купили одну квартиру в Боровлянах, другую — в старом районе Минска. Вот и все богатство.

Центральных коммуникаций в частном секторе Копища нет, но многие люди вели газ и воду из Боровлян. Светлана даже не тратила на это деньги: во-первых, здоровье уже не то, а во-вторых, вложенные средства все равно пропадут под гусеницами бульдозера. По крайней мере Светлана в этом уверена. «Всю жизнь прожили, а теперь мы никто», — горько констатирует женщина.

У соседей столь же упадочные настроения.

— Через деревню хотят провести шестиполосную дорогу, которая будет соединять «Новую Боровую» с Шафарнянской. Дорога будет идти в пяти метрах от наших домов. Но какой смысл об этом писать? Разве вы что-то измените?

Особняк афганца-стоматолога

В доме, который отбрасывает широкую тень на низенькие избушки, живет, по словам местных жителей, зубной техник. Строительство дома он начал лет 20 назад, строился долго, с размахом и закончил совсем недавно. Зато и результат налицо: одна только насыпь, на которой стоит забор, высотой в два человеческих роста. Через такой забор до хозяев не докричаться.

Чтобы спросить, как построить такой дом на зарплату зубного техника, нам приходится обойти всю деревню и подойти к дому с другой, более высокой улицы. Отсюда он выглядит умеренно и приземисто. Сноса собственник не боится, потому что убежден, что снесут только два дома для строительства дороги на Гинтовта, а остальным ничего не угрожает.

— Поверьте, никто из жителей Копища не хочет, чтобы деревню включили в состав Минска, — говорит Олег Иванович. — Здесь и так все есть: магазины, рестораны, кафе и даже гостиница. Все и так как в Минске.

Несмотря на то что соседи называют Олега Ивановича зубным техником, сам он утверждает, что освоил четыре профессии: пилот транспортной авиации, стоматолог, гинеколог, а за последние 16 лет — еще и прораб.

— Я афганец, пилот транспортной авиации, и за участие в боевых действиях мне выделили участок в Копище. Я владею медицинским центром и 16 лет строил этот дом. Мне 60, а я ни разу не был в отпуске. Иногда выезжаю на охоту, рыбалку, но длинные отпуска не люблю, не мое это.

Строительство для меня — как хобби и четвертое образование. Хотя правильнее будет сказать, что дом мы строили всей семьей. Проект и дизайн интерьера придумала жена: специально окончила архитектурную школу, чтобы спроектировать дом мечты. А ворота ручной ковки сделал один из моих пациентов.

Олег Иванович — не единственный афганец, которому выделили участок в Копище. По соседству как раз на таких участках выросли два размашистых коттеджа: один большой, другой гигантский. Первый не достроен, а второй появился на свет в результате грубого нарушения закона. Это все опять же со слов Олега Ивановича.

— Эти участки давали афганцам для строительства частных домов, на месте многоэтажки должны были стоять еще четыре коттеджа. Но один недобросовестный застройщик выкупил несколько участков у ветеранов и возвел на них многоквартирный дом. Потом его даже посадили на пять лет, а многоэтажку узаконили. Получается, что из настоящих афганцев здесь остались только я да мой сосед с недостроенным белым домом.

Историю застройки Копища Олег Иванович рассказывает не без грусти: по его словам, в роще рядом с его коттеджем раньше было живописное озеро с лебедями, но его засыпали шротом, чтобы построить дом. Коренные жители, как и застройщики, эти места не жалуют.

— Хватает людей с асоциальным оттенком, особенно в многоэтажках от УКСа. Есть и пьющие, и наркоманы. Я с панского имения виноградных улиток привез, так эти малоимущие их просто душат. Берут и разбивают об камень. Идут, плюют, бросают, а я каждую неделю здесь хожу и собираю по два ведра мусора. Никому, кроме меня, это не нужно.

В гараже у Олега Ивановича стоит навороченный мотоцикл BMW, лежат принадлежности для охоты и рыбалки, стоит гинекологическое кресло, оставшееся с тех времен, когда в его клинике были соответствующие услуги. А в свой дом он нас не повел: должна же в нем остаться хоть какая-то загадка.

Резиденция москвича и другие частные многоэтажки

Самый загадочный и самый заметный дом Копища стоит на Подгорной улице, в тени панельной 10-этажки. Впрочем, тут еще нужно разобраться, кто на кого отбрасывает тень. Если особняк и ниже ростом, то совсем незначительно. Он чем-то напоминает резиденцию Януковича в Межигорье, но окольцован не лесом, а частным сектором. Набравшись смелости, мы позвонили в домофон и узнали, что хозяин дома работает в Москве на государственной должности и что семья у него совсем не такая большая, как может показаться при взгляде на особняк.

На Подгорной улице расположены самые крупные и размашистые коттеджи, но даже эта часть частного сектора производит впечатление «доживающей»: вокруг все перекопано, где-то забрано строительным ограждением, где-то автомобили открыто месят грязь, и все это, словно жирную и неаккуратную начинку бургера, зажимают между собой два многоэтажных квартала.

Что будет с Копищем и будет ли что-нибудь?

Два года назад детальный план деревни Копище вынесли на общественное обсуждение. Это называлось «корректировкой корректировки ПДП»: предыдущие изменения в детальный план внесли еще в 2011 году, но в 2017-м его пришлось менять снова. Причиной стало то, что за пять лет население деревень Копище и Боровая выросло впятеро — с 1,5 тыс. до 8 тыс. жителей. Людям, живущим в городских квартирах, не хватало соответствующей инфраструктуры, а застройщикам — площадок для возведения жилья. Поэтому градостроители решили немного подрихтовать частный сектор.

Если в 2011 году в Копище собирались снести 8 частных домов, то в 2017-м их было уже 24. Причем часть из них должны были пасть жертвами новой шестиполосной дороги. Одним словом, архитекторы хотели завершить перевоплощение деревни в столичный микрорайон, не придавая ей столичный статус. Жителям Копища такие планы традиционно не понравились, и после общественного обсуждения дело заглохло: сейчас ПДП не жив и не мертв, не отклонен и не принят.

— Копище уже давно нельзя назвать деревней, — комментирует ситуацию Александр Козловский, заместитель главного архитектора Минской области. — И нормативы проектирования для данного населенного пункта не должны быть такими же, как для деревни. Де-факто Копище — это городской микрорайон, и он нуждается в новых учреждениях образования, медицины и прочих объектах инфраструктуры. Однако де-юре это деревня, в которой всего этого быть не должно. Последний детальный план, который обсуждался в 2017 году, согласовали все, кроме Главгосстройэкспертизы. Не утверждая этот проект, они ссылаются на то, что в деревне должны выполняться нормативы деревни, а не города.

Да, по последнему детальному плану Копище должно стать минским микрорайоном. Но с учетом того, что сейчас идет перепись населения, вносить такие изменения в градостроительную документацию нельзя. Изменения в генплан столицы будут вноситься в 2020—2022 годах. Только через три года может родиться решение о присоединении. А людям нужно жить сейчас. К тому же было поручение главы государства: завершить ранее начатые инвестпроекты. А мы не можем выполнить поручение главы государства, потому что Главгосстройэкспертиза не дает положительное заключение. Поэтому вопрос застройки деревни Копище будет вынесен на рассмотрение президенту. И возможно, до конца года вопрос с Копищем будет решен. В противном случае неизвестно, вернемся мы к предыдущему детальному плану, будем корректировать нынешний или разрабатывать новый.

теплица, арочная форма, каркас: оцинкованная труба, покрытие: сотовый поликарбонат, нагрузка до 300 кг/м²

Библиотека Onliner: лучшие материалы и циклы статей

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Евгения Штейн. Фото: Анна Иванова