«Вы даже не представляете, что камеры по ночам снимают». Репортаж о жизни последних деревянных бараков в Минске
746
06 марта 2019 в 8:00
Автор: Дмитрий Мелеховец. Фото: Александр Ружечка
«Вы даже не представляете, что камеры по ночам снимают». Репортаж о жизни последних деревянных бараков в Минске

Последняя обитаемая двухэтажка в Грушевке живет словно под куполом: мир успел трижды перевернуться, а она выглядит почти так же, как и 86 лет назад. В тени монолитных небоскребов старенький довоенный барак оказался забытой коричневой кляксой на карте, не больше. Пока пятно никому не мешает, его не трогают. Скромная деревянная двухэтажка уже доверху забита пудами воспоминаний и тоннами надежд — места здесь нет только для настоящего. Как живет один из последних деревянных бараков в Минске, читайте в репортаже Onliner.

Еще совсем недавно изоляционный пузырь, который отделял старую Грушевку от новой, был намного шире и включал в себя целый «барачный квартал», состоящий примерно из дюжины построек. Они долго мозолили глаза градоначальникам, и однажды те все же высадили сюда отряд голодных бульдозеров, которые с треском прожевали все двухэтажки.

Скоро по тем баракам будет год. Мучившиеся в них жильцы, вынужденные топить печки и мечтать о ванных, уже обжились в высоких бетонных домах и забыли о старой жизни «до». Терпеть остались только домик на улице Парашютной да еще одна проблемная «двушка», с которой бодаются бюрократы. Вопрос со вторым домом вот-вот решится, первому же придется еще подождать.

Как ни странно, это тягучее ожидание, с которым людям приходится мириться уже много лет, сводит с ума не всех — некоторые все же научились здесь жить и не слишком торопятся переезжать. Нет, не из соображений ностальгии или банальной вредности — просто не хотят менять уют маленького дома на холод безликого бетона. А еще так привыкли.

Поставили забор, чтобы ничего не крали. Забор украли

С момента последнего обещания о сносе Людмила успела сделать три ремонта. Она одна из немногих, кто решил ничего не ждать и жить настоящим. Здесь у женщины три комнаты, два кота и собака. А еще дети, планы и любовь к одному из самых душевных районов столицы.

В Грушевке Людмила прожила всю жизнь. Выросла в частном доме на Смирнова, потом переселилась сюда и осталась на долгие 25 лет. Мы встречаемся в ее гостиной, Людмила кладет на стол пачку старых семейных фотографий, чтобы показать, чем жил дом в те противоречивые времена.

— Раньше здесь были обычные коммуналки. Мы с мужем, как молодые специалисты, получили две комнаты с общей кухней в 1994 году. Это как раз после капремонта было. Какое-то время так пожили, а потом мужчина, сосед наш, перестал здесь появляться. Мы написали заявление и выкупили третью комнату — получилась обычная «трешка». Только кухня у нас смешная — 4 «квадрата», — стесняется женщина и не хочет вести гостей в заставленную напрочь комнату.

Людмила перекладывает фотографии и рассказывает о жизни того времени.

— После капремонта часть людей сделали себе полноценные квартиры, а часть так и остались жить в коммуналках. Но тогда вообще все по-другому было. Вот в нашей квартире, например, вход в туалет из подъезда был. То есть выходишь из квартиры, проходишь к лестнице — а там дверь.

— А когда-то здесь еще и печки стояли, их уже потом на котлы заменили, — улыбается минчанка и продолжает листать картинки прошлого.

На снимках дворовые праздники, дети, совершенно неузнаваемый Грушевский сквер с деревянным теремом в центре. На одной из фотографий запечатлена группа подростков.

— Этот снимок и я, и соседи очень хотели вам показать. Это все наши ребята. Слева сын мой, он здесь живет. Девочка в Германию переехала. Этот в Минске. Эти три в Америке живут — так совпало. А в центре — Тимка Дроздов из 7-й квартиры. Он умер, так сложилось. Ради него и хотелось бы, чтобы вы снимок опубликовали. Тут раньше очень дружный дом был, все друг друга знали. Это сейчас все вразнобой, каждый сам себе, — вздыхает минчанка.

Женщина явно ностальгирует по тем «ламповым» временам, но признает: было много других проблем.

В девяностых ей приходилось делить лестничную клетку с семьей откровенных маргиналов. Мадам, лишенная родительских прав, ежедневно устраивала модные вечеринки для бомонда со всего района, что периодически заканчивалось всякого рода историями. Сейчас вспоминать весело, а тогда было немного страшно.

— Когда муж на охоту уезжал, а я одна дома оставалась, было жутковато. Было дело пытались мне дверь выломать. А тогда времена еще были такие: милиционеры на вызов приезжают, а потом вместе с ними пьют полночи, — смеется женщина. — А еще тут рядом ЛТП был. Я еще помню, как мы в шесть утра под гимн просыпались.

Борьба с мелким криминалом, на который был богат тот период, продолжалась довольно долго и закончилась только сейчас. Последние лет семь на козырьке висит видеокамера, которая позволяет насладиться множеством странных сюжетов.

— Всем советую: поставьте на подъезд камеру — такого насмотритесь! Вы даже не представляете, что камеры по ночам снимают. Как-то смотрю запись: приходит ночью какой-то наркоман и начинает доски от дома отламывать. Зачем? Потом с машинами проблемы были, с кражами. Да с верхних этажей даже мешки с картошкой воровали! Мы как-то стол-книгу в подъезде поставили, так его тоже унесли.

Вообще, мы с этими ворами долго боролись. Когда-то скинулись всеми соседями и поставили забор-сетку, чтобы не приходили сюда всякие. В итоге два каких-то мужика из частного сектора и его украсть пытались. Мы их ночью пошли ловить. Поймали только на третьей или четвертой партии, сдали милиции. Им в итоге по два года дали, но сетку нам так и не вернули: сказали, по проекту ее здесь быть не должно.

Женщина рассказывает криминальные истории, но оговаривается, что стереотип о бандитской Грушевке она не поддерживает — тогда везде так было.

В последние годы такая проблема, конечно, не стоит: настала эпоха других трудностей. После очередного обещания о сносе коммунальщики, по словам хозяйки, совсем забыли о существовании скромной двухэтажки. Подъезд выглядит запущенным, дворник приходит только после долгой ругани, а дороги смешались с тротуаром в один большой и вязкий салат.

— Я не скажу, что рвусь отсюда уехать, да и продать эту квартиру никогда не пыталась. У нас тут всяко бывает, но все это свое. А в многоэтажках люди живут и не знают, кто у них за стенкой находится. Главное, чтобы ЖКХ хоть как-то за состоянием следило. Раньше Грушевка была прекрасным зеленым районом, чудесным просто. Я изучаю историю района, люблю его очень. Это же моя малая родина. Но не следят за ней, запускают, — провожает нас женщина и выводит во двор.

Там она специально развесила белье — «для душевных фотографий». Рядом соседи сами построили небольшую детскую площадку с качелями и песочницей. Летом сын Людмилы выносит сюда шатер, некоторые жарят шашлыки на воздухе и собирают компании. Условия, конечно, не самые лучшие, зато места привычные и уже родные.

«Курятники» закрыли небо

Мы поднимаемся этажом выше, где живет Сергей Николаевич. Он здесь с начала девяностых. Живет в типичной квартире для белорусского пенсионера: старый телевизор с круглосуточными новостями, сервант с фотографиями детей и внуков, желтый свет в советской люстре. Мужчина работал техником на летно-испытательной станции, женился, мать разменяла квартиру и сделала молодоженам подарок. Так и живут.

— 52 «квадрата». Кухня — 4 метра. Газовый котел, — четко характеризует жилье авиационщик. — Дом теплый, крепкий. Его в 1933 году построили. Строили для КГБ, потому и старались. А кому, ты думаешь, еще дом с водой и туалетом могли строить? Тут еще недавно люди с ведрами к колонке бегали, а у нас всегда удобства были.

Мужчина отводит на кухню. Там стоят котел, плита и раковина — больше ничего не влезает.

Совмещенный санузел — это длинный узкий коридор, по которому надо уметь протискиваться. Вот и весь интерьер.

— Переехать? Знаешь, я здесь привык. У нас тут грядку можно посадить, вырастить что-то. Вышел с лопатой, поковырялся в огороде, цветы жене посадил. А летом друзья пришли, я мангал из сарая выкинул — шашлык-машлык, все дела. ЖЭС не работает — так он никогда не работал. Это ж непробиваемая система, советская еще.

А в этих курятниках как засадят наверх! Сиди и чирикай. Раньше же у нас из окна парады можно было смотреть! А это сейчас налепили всего, небо закрыли. Да, закрыли нам небо… — задумывается над собственной фразой бывший техник.

Спросили про выселение — предложили рожать третьего

Не считая туалета и ванной, планировка во всех квартирах примерно одинаковая: проходная гостиная, две маленькие спаленки и крошечная кухня. Больше всех эти скромные апартаменты портят нервы большой семье с первого этажа. Молодая мама Юля уже больше 10 лет мечтает переехать отсюда и хоть немного отдохнуть от вечного шума и дискомфорта.

Здесь на 50 квадратных метрах живет пять человек, включая двух разнополых детей. Свободных сантиметров в квартире нет. Душевую пришлось поставить на кухне, газовую плиту — в паре десятков сантиметров от котла, кровать мальчика — в полуметре от кровати девочки.

— Сколько мы здесь живем, столько нас обещают переселить. Когда ходили в администрацию, нам заявляли: «Рожайте третьего или добро пожаловать в долевое строительство». Отличный совет! Еще предлагали арендное жилье, но оно стоит каких-то безумных денег, и в таком случае рассчитывать на компенсацию за эту квартиру мы не можем. Поэтому так и живем уже столько лет, — жалуется нам молодая мама. Ее свекровь поддерживает: условия просто ужасные.

Расположиться на 49 «квадратах» им удается с трудом. Недавно супруг Юлии вернулся с работы и ушел отсыпаться в комнату мамы: с двумя детьми в такой квартире отдохнуть непросто. Ужинать всем приходится в гостиной, заходить на кухню — только по одному.

— На головах стоим! — продолжает женщина. — Приходишь и сутками: «Дети, тихо! Дети, не шумите!» С утра собраться просто невозможно, вечером расслабиться — тоже. Так мало того, что со всем этим приходится жить, нам коммунальщики еще и претензии предъявляют: мол, душевую на кухне нельзя ставить. А куда ее поставить? Мы и так самую маленькую выбирали, чтобы хоть как-то влезла. А еще же стиральная машинка, плита и так далее. Сантиметрами муж вымерял и сам полочки делал, чтобы все поместилось.

Сами же коммунальщики ничего не делают. Мой муж своими руками соорудил детскую площадку. Знаете, что они сделали? Пришли сфотографировали и пошли перед начальством отчитываться, «какую они работу провернули».

— А газовщики! — включается в разговор свекровь Юли София Владимировна. — Поставили плиту в 20 сантиметрах от газового котла. Пожароопасная ситуация!

Дети тем временем активно фонят в метре — больше им проявлять себя негде. Женщины продолжают перечислять проблемы: трубы вот-вот лопнут, потолок не держится, стены прогнили, дорогу не чинят, освещение убрали, коммунальщики давно на все забили. В последнее обещание на переселение верят они с трудом, но добиваться его все же намерены.

— А если бы предложили снести и в Каменную Горку переехать? Согласились бы? — задаем женщинам вопрос о требованиях к компенсации.

— А зачем нам Каменная Горка? В этом доме есть непроданные квартиры, — показывает на новостройку «Айрона» София Владимировна. — Пускай выкупают нам квартиру. Сколько там на человека положено? 12 «квадратов»?

— Ну или две квартиры на «вторичке». Когда в 2005 году нам говорили про снос, такой вариант тоже предлагали. Это честно, по-моему: либо новостройка, либо две квартиры на вторичном рынке — нам и свекрови. Ну а что, мы тоже хотим нормально жить, воспитывать детей, работать. Ничего плохого в этом нет, — отвечает Юля.

Вероятно, многие в этом доме поддержат семью по всем пунктам и будут рады переехать в жилье поновее. Старожилы говорят, что «тяжелых» соседей в доме не осталось — только семьи, пожилые люди и арендаторы. Кто-то не дождался обещаний и переехал самостоятельно — за границу, на съемные квартиры, в другие дома. Остальным приходится ждать много раз по чуть-чуть.

Снесут и построят магазин. Если инвестор найдется

Сносить этот барак действительно хотели, и много раз. Планы на освоение территории обсуждались не единожды, однако инвестора на довольно привлекательный с обывательской точки зрения участок найти никак не удавалось. Согласно новому детальному плану, здесь должен появиться магазин. Может, в этот раз повезет.

— Буквально полчаса назад по территории в границах проспекта Дзержинского — улицы Железнодорожной — проспекта Жукова — переулка Извозного поступили документы, — удивляет совпадением заместитель главы администрации Московского района Владимир Танкевич. — Мы в течение месяца-двух организуем общественное обсуждение. Потом протокол утвердят, и уже в следующем году участок будет подготовлен для строительства магазина. Если инвестор найдется, уже в 2021—2022 годах будут реализованы имущественные права этих людей.

Почем дома и квартиры в Грушевке?

Площадь: общая 82 м², жилая 82 м²    Этаж: 2/2
Площадь: общая 69 м², жилая 41,2 м²    Этаж: 9/18
Площадь: общая 71,4 м², жилая 36,5 м²    Этаж: 9/10

Читайте также:

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Дмитрий Мелеховец. Фото: Александр Ружечка