«Если дураки — платите дальше». История поручителя, который пожалел о том, что помог другу
669
05 апреля 2018 в 8:00
Автор: Николай Градюшко. Фото: Максим Малиновский
«Если дураки — платите дальше». История поручителя, который пожалел о том, что помог другу

«Не знаю, увижу ли когда-нибудь свои деньги, но хочу предупредить людей: не делайте, как я», — с такой целью минчанин Андрей пришел в редакцию. Около трех с половиной лет назад он согласился стать поручителем по кредиту у своего бывшего одноклассника. А спустя несколько месяцев вынужден был заплатить банку около $5000. Деньги Андрею до сих пор не вернулись. И, похоже, выплаты по чужим долгам на этом не закончатся.

«Поставил себя на его место и согласился помочь»

— Игоря я знаю с 1981 года. Учились в одном классе, жили в одном подъезде, вместе ходили на кружки. После 11-го класса каждый пошел своей дорогой, и мы не пересекались, — начинает рассказ Андрей. — В 2014 году собрались классом в кафе на вечере встречи выпускников. Игорь тоже пришел. Слово за слово, начали рассказывать, кто чем занимается. Игорь показал фотографии загородного дома, рассказал про свою агроусадьбу в Пуховичском районе.

Спустя несколько месяцев он позвонил мне и поинтересовался моей зарплатой, спросил, смогу ли выступить поручителем. Кредит был нужен Игорю на строительство конюшни в усадьбе. Он увлеченно рассказывал о своих планах, как хочет раскрутить бизнес, и я поставил себя на его место. Вспомнил, как несколько лет назад строил квартиру и сам запарился искать пятерых поручителей. Короче говоря, согласился помочь знакомому человеку.

Кроме меня, Игорь уговорил еще одного бывшего одноклассника — Павла. В конце июля 2014 года мы втроем поехали в филиал «Белагропромбанка», где были заключены кредитный договор и договоры поручительства. Сумма была немалая — 260 млн рублей (по тем временам — более $25 тыс.). Помню такой неприятный момент: перед подписанием документов сотрудница банка обратилась к нам с Павлом. Мол, знаем ли мы, что на Игоре нет никакого имущества и, если что-то случится, с него проблематично будет взыскать крупную сумму? То есть единственным обеспечением кредита были наши с Пашей зарплаты. Паша сказал, что если бы узнал раньше, то, наверное, не ввязывался бы, но теперь уже поздно: дали же обещание…

«У нас с банком небольшие терки, я все утрясу…»

— Поставив подписи, мы разъехались, — продолжает Андрей. — Спустя несколько месяцев звонок от Игоря: «Тебе придет письмо из банка. Не обращай внимания. У нас небольшие терки, я все утрясу…»

Чем для него обернутся «небольшие терки», Андрей сполна осознал спустя пару дней. Как выяснилось, примерно через две недели после подписания кредитного договора, в середине августа 2014-го, Игорь выбрал поставщика газосиликатных блоков и заключил договор с компанией «ЦарМин» на 103 млн рублей (около $10 тыс.). Договор и счет-фактура были переданы в банк, после чего требуемая сумма поступила на расчетный счет поставщика. Однако блоки так и не пришли. У банка возникли вполне обоснованные вопросы.

Поскольку поручители несут солидарную ответственность с кредитополучателем, Андрей и Павел вскоре получили письма из банка с просьбой предоставить документы, подтверждающие отгрузку партии блоков. Требовалась товарно-транспортная накладная. В случае непредоставления документов в установленный срок банк расценивает данный факт как нецелевое использование кредита, что, согласно условиям кредитного договора, чревато отнесением выплаченной суммы на счет по учету просроченной задолженности. Другими словами, банк потребует в кратчайшие сроки вернуть эти 103 млн рублей, иначе — повышенные проценты за пользование кредитом (двойная ставка рефинансирования Нацбанка). Кто заплатит — кредитополучатель или его поручители, — банку разницы никакой. Ответственность солидарная. Таковы условия типовых договоров, под которыми стоят подписи всех сторон.

— Игорь уверял нас, банковских сотрудников, а после и судей, что стал жертвой недобросовестного поставщика блоков, — Андрей восстанавливает дальнейший ход событий. — По его же словам, «ЦарМин» привлек его низкой ценой и бесплатной доставкой. Хорошенько проверить эту компанию он не удосужился. А стоило бы. Негативные отзывы в интернете находятся на раз-два, и первые сообщения о задержках с поставками материалов появились как раз за несколько дней до того, как Игорь заключил с ними договор. При желании мог бы навести справки. В конце концов, речь же не о саморезах каких-нибудь, а о серьезном заказе на сумму почти $10 тыс.

Когда его прижали сроками, он стал крутиться, заручился гарантийным письмом от ООО «ЦарМин», в котором директор этой компании обязался перечислить 103 млн на счет банка до 15 сентября 2014 года. Но дела у фирмы шли плохо, деньги они так и не вернули (до сих пор!), Игорь тоже ничего не платил. Банк расценил инцидент как нецелевое использование части кредита и разослал уведомления о необходимости погашения задолженности. Следуя договорам поручительства, мы с Павлом были обязаны в 10-дневный срок исполнить все обязательства должника.

С нами связались сотрудники службы безопасности банка и пригласили на беседу. Там нам разъяснили все последствия промедления с оплатой. Ставка по кредиту возросла бы до бешеных 40% годовых (двойная ставка рефинансирования Нацбанка), при недостаточном финансировании банк мог также обратить взыскание на наше имущество.

Игорь тем временем суетился и говорил, что будет оспаривать решение банка, искал какие-то лазейки в договорах. Нам сказал примерно так: если дураки — платите дальше, а не хотите — будьте со мной заодно, пока я бодаюсь с банком. Забегая вперед, сделаю ремарку. За годы своего «бодания» он ничего не добился. Пойди мы тогда у него на поводу, заплатили бы не 103 миллиона, а все 300…

Короче говоря, мы с Павлом поделили сумму задолженности пополам, и каждый заплатил банку по 52 млн рублей. У меня была лишь часть денег, остальное взял у матери. Она сильно переживала, через три месяца умерла от инсульта…

Иск, арест имущества и новая задолженность

Дальше был суд. Андрей и Павел подали иски о взыскании с Игоря ущерба, причиненного погашением кредиторской задолженности в порядке регресса. Суд Пуховичского района поддержал их требования и постановил взыскать в пользу каждого по 52 млн рублей. Поскольку денег на счету Игоря не было, суд применил стандартный набор действий к должнику, не выполняющему обязательств: временное ограничение права на выезд из Беларуси, арест имущества (автомобиля), лишение водительских прав.

Игорь подал кассационную жалобу. Минский областной суд оставил решение районного суда без изменений, а жалобу — без удовлетворения. Дальше были жалобы на действия судебных исполнителей…

— Думаете, решение суда нам чем-то помогло? Ни капли. Игорь заявил, что арестом автомобиля и запретом на выезд из страны мы наступили ему на горло. Якобы едва ли не единственным источником дохода его семьи являлось участие в выставках-ярмарках в России, где он продавал сувениры ручной работы. Впоследствии выносились постановления о снятии ареста с имущества, ему разрешили выезжать из страны. Только долг перед нами не уменьшился ни на копейку.

Однажды в суде, когда машина Игоря еще была под арестом, Павел предложил ему: «Давай загрузим твои сувениры в мою машину и вместе поедем на выставку, если это действительно поможет тебе расплатиться». Тот почему-то не захотел.

Я очень сомневаюсь, что Игорь едва сводит концы с концами, в чем он пытается всех убедить. У него есть усадьба, а доходы в этом бизнесе, как известно, очень трудно проконтролировать. Плати себе сбор в размере одной базовой величины в год — и никто тебя не тронет. В январе этого года я ездил в Пуховичи писать заявление на индексацию долга, назад проехал мимо его усадьбы. Оказывается, за прошлый год он огородил высоким каменным забором половину участка. Я со своими доходами за лето смог позволить себе лишь положить пол в комнате на даче…

Ситуация усугубляется тем, что 103 млн рублей — это еще не конец выплатам. В сентябре 2014-го, пока банк не принял судьбоносное решение о факте нецелевого использования средств, Игорь заключил договор с еще одной компанией на поставку газосиликатных блоков и успел провести оплату через банк. Тогда все прошло гладко: блоки пришли вовремя и были пущены в дело, с документами все в порядке. Речь идет о сумме примерно в 130 млн рублей (13 тыс. новыми). Этот долг также придется кому-то погашать.

— Те 103 млн были оформлены как досрочное погашение части основного долга. В связи с этим график погашения кредита был исполнен нами до 31 октября 2017 года, — объясняет Андрей. — Пришло время отдавать оставшуюся часть основного долга. Вы думаете, Игорь платит? Нет, он вступил в споры с банком и доказывает, что платить должен только с июля 2018 года. Тем временем выставлена задолженность на 1075 рублей за несколько месяцев. Второму поручителю Павлу самому вот-вот надо брать кредит на жилье, и эта просрочка может отразиться на его кредитной истории.

«Крутись как хочешь, но не подставляй людей»

Для полноты представления о том, какие формы могут принять «дружеские» отношения, стоит упомянуть еще один немаловажный факт. Когда только началась канитель с «ЦарМином», Игорь попросил у Андрея деньги в долг на несколько месяцев.

— Надо, мол, рассчитаться налом с рабочими, которые строят конюшню, дай сколько можешь. У меня лежала свободная тысяча долларов. Себе оставил $200, ему дал $800… Суд я выиграл. Он затянул ту же песню. Мол, если бы не запрет на выезд из страны, если бы не арест автомобиля. То есть, помогая, я еще и виновным в его бедах оказался. Извини, друг, я не тянул тебя подписывать договор с поставщиком, который кидает людей на деньги. Ты вляпался в эту историю — ты и разгребай, а не делай крайними товарищей, у которых свои семьи и свои заботы. У каждого из нас по двое детей. Моему старшему 16 лет, младшему — 3, у Паши старший только в школу пошел.

Да и что это за отмазки для мужчины? Усадьба не приносит хороший доход — найди какую-нибудь работу, займи деньги у родственников, продай имущество. Крутись как хочешь, но не подставляй людей, пришедших тебе на помощь. Так поступил бы любой порядочный человек.

Отдельный вопрос — практика исполнения судебных решений. Как-то раз из-за несовершенства работы нашей почты мне не дошло «письмо счастья» за превышение скорости и точно так же не дошла судебная повестка. Вечером звонок в дверь. На пороге шесть человек, двое из них с автоматами. Шестеро в форме пришли забирать у меня половину базовой величины. Пришли потому, что я задолжал бюджету государства. Когда же на кону не государственный, а личный интерес и долг измеряется сотнями базовых, система бессильна против одного хитреца. Как бы грустно это ни звучало.

Жена Игоря: «Мы поручителям ничего не должны. Мы три года без гроша по их милости»

Само собой, мы не могли не связаться с Игорем и не дать ему высказаться. «По правде говоря, мы сами хотели обращаться к журналистам, чтобы предать огласке все происходящее», — сказал в телефонном разговоре мужчина, но перенаправил нас к своей супруге Ирине, которая, по его словам, лучше знакома со всеми тонкостями дела.

При встрече в минской квартире Ирина показывает фотографии усадьбы: колоритная мельница во дворе, аккуратная беседка, клумбы, целый музей народных промыслов и поделки из дерева. Видно, что все сделано с душой и любовью.

— Усадьба в белорусском стиле была нашей мечтой, и мы создали ее на своем горбу. Захотели развиваться дальше и построить конюшню, чтобы катать туристов на лошадях и оздоравливать детей. В «Белагропромбанк», который выдает кредиты субъектам агротуризма, обращались начиная с 2009 года, но только в 2014-м нам дали зеленый свет.

Дальше Ирина переходит от лирики к сути конфликта и обозначает свою позицию: по ее мнению, банк неправомерно расценил непоставку газосиликатных блоков «ЦарМином» как нецелевое использование средств. Заметим, утверждение противоречит кредитному договору, где прописан следующий пункт: «В случае непредоставления кредитополучателем в установленные сроки документов, подтверждающих целевое использование кредита (части кредита), кредитодатель расценивает данный факт как нецелевое использование кредита (части кредита)».

— На момент заключения договора с «ЦарМином» негативных отзывов об этой компании мы не слышали. Когда стало понятно, что у нас проблемы, Игорь крутился как волчок. Поехал к директору компании, расторг договор и взял у него гарантийное письмо с обязательством возвратить всю сумму на счет «Белагропромбанка». Когда в оговоренный срок деньги так и не поступили, он написал заявление в милицию. Мы принялись искать таких же пострадавших и нашли десятки человек, подготовили заявление в Госконтроль, после чего добились-таки возбуждения уголовного дела. Позже фигурантов дела осудили. Что в это время делает банк? Игнорирует часть предоставленных нами документов, переводит 103 млн рублей на счет по учету просроченной задолженности и начинает обрабатывать наших поручителей. И те, испугавшись процентов, за нашей спиной понеслись с деньгами в банк.

В качестве бонуса банк подготовил для них исковое заявление и отправил этих товарищей в суд. Что происходит дальше? Судебные исполнители накладывают арест на машину, лишают Игоря водительских прав и возможности выезда за границу. Для нас это равносильно краху. Я ремесленница, работаю с деревом. Основной доход нашей семьи — продажа сувениров ручной работы на выставках в России. Там же Игорь успешно рекламировал нашу усадьбу, благодаря чему шел поток туристов. Из-за арестов мы не могли продавать сувениры, не могли принимать гостей. Вот скажите: чем думали наши поручители, лишая нас возможности заработка? Мы три года без гроша в кармане по их милости.

Мы подавали жалобы на действия судебных исполнителей. Это был долгий процесс. В конце концов суд признал наши доводы обоснованными. Сейчас все аресты сняты, не восстановлены только водительские права.

Все эти годы мы платили проценты за пользование кредитом. Разумеется, вели строительную деятельность на участке. А как иначе? Мы же все-таки смогли использовать часть кредита на покупку блоков у другой компании и обязаны отчитаться перед банком, на что ушли деньги.

Исполнять решение суда и выплачивать поручителям деньги Игорь с Ириной, судя по всему, не собираются. Ответы на наши вопросы прозвучали категорично:

— Если они хотят денег, пусть подают надзорную жалобу на решение суда Пуховичского района от 16 марта 2015 года и указывают ответчиком «Белагропромбанк». Тогда дело будет пересмотрено. Мы привлечем адвокатов и докажем, что факт нецелевого использования кредита не имел места. Это будет проще сделать, когда выигравшие тот суд истцы будут с нами заодно. Свои деньги Андрей и Павел должны требовать у банка, а не у нас. Мы своим поручителям ничего не должны. Мы денег у них не брали. Они заплатили деньги за «ЦарМин» — вот пусть и разбираются с «ЦарМином», если не хотят судиться с банком. Почему я должна расплачиваться за чужую глупость?

Мы также поинтересовались о судьбе $800, которые Игорь занял у Андрея более трех лет назад и до сих пор не вернул.

— Да, брали $800. И обещали отдать с выручки от новогодних выставок. Но на выставки мы не попали по его же милости. И чем он только думал, когда перекрывал нам кислород арестами и ограничениями? Вы говорите о каких-то $800, а кто компенсирует нам неполученную прибыль за все эти годы? — ответила нам женщина, винящая во всех своих бедах кого угодно, но только не себя и не своего мужа.

Читайте также:

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: Николай Градюшко. Фото: Максим Малиновский