Молодежный рай: самый успешный сквот Европы в ее самой незаметной столице

 
15 августа 2016 в 8:00
Автор: darriuss. Фото: Максим Малиновский

Что в Беларуси знают о Словении? Старшее поколение наверняка вспомнит про Югославию с ее сапогами и сантехникой, пределом мечтаний советских инженеров, младшее — по примеру Джорджа Буша — младшего, скорее всего, перепутает ее со Словакией. В лучшем случае Словения будет ассоциироваться лишь с футболом (белорусскую «Борисов-Арену» проектировала местная компания) и творчеством индастриал-коллектива Laibach. Неприметный город Лайбах, он же Любляна, в чем-то уникален для столицы целой страны. Почти 20% его населения составляют студенты, и это не может не сказаться на атмосфере. Здесь находится самый успешный сквот континента, превратившийся в центр альтернативной культуры общеевропейского значения. Улицы переполнены молодыми людьми, а над древним городом дракона в излучине реки витает парадоксальный дух юности, авантюризма и светлого будущего. Журналисты Onliner.by побывали в самой молодежной столице Европы и получили заряд бодрости и оптимизма.

«Пламя и кровь» — девиз благородной династии Таргариенов из эпопеи Джорджа Мартина про игры престолов и их последствия — не может не прийти на ум при взгляде на Змеиный мост, самую харизматичную достопримечательность Любляны. Четверка изумрудных драконов — старинных символов столицы Словении — охраняет переправу через местную речушку, границу физическую и метафизическую, разделяющую два мира: респектабельно-буржуазный и анархо-бунтарский.

С одной стороны — Старый город, дугой огибающий Замковую гору, барочные церкви и сецессионная застройка Belle Époque, «прекрасной эпохи» конца XIX — начала XX веков, когда научно-технический прогресс уже успел обрадовать европейцев своими благами, приятными душе и телу, но еще не научил их убивать друг друга миллионами. С другой — альтернативная Любляна, будто существующая в параллельной вселенной, где все вроде то же самое, но немного иначе.

По мере удаления от Старого города концентрация граффити растет в геометрической прогрессии. У напрочь разрисованных стен сидят, стоят, разговаривают молодые люди все более неформального вида. Куда-то целенаправленно бредут стайки бэкпекеров той породы, которая обязательно берет gap year и путешествует по миру в поисках себя и смысла жизни. Пусть и временно, но нам с ними по пути, ведь наверняка их цель — Avtonomni kulturni center Metelkova mesto (автономный культурный центр «Город Метелкова»).

Из этого названия человеку, незнакомому с европейской альтернативной культурой, можно понять лишь то, что место это хочет казаться «городом-в-городе» или даже отдельным городом, существующим как вещь в себе, независимо от окружающей его Любляны с ее деньгами, бюрократами и ставшей частью истеблишмента интеллигенцией. Район улицы Метелкова, широко прославившей в узких кругах фамилию безвестного словенского филолога-священника Франца Метелко, британские журналисты-либералы из The Guardian назвали «самым успешным сквотом Европы». Столь лестную оценку еще надо было заслужить, и путь к этому у «города» был непрост, как и у любого выскочки-самозванца.

В конце XIX века сюда, на будущую улицу Метелкова (в то время окраину города) пришли бравые австро-венгерские вояки. Выстроенные ими казармы после распада империи последовательно занимали подразделения югославской, затем итальянской, немецкой и вновь югославской армий. Целому столетию милитаризма в отдельно взятом люблянском квартале пришел конец в начале 1990-х с распадом Югославии. Словения осталась оазисом спокойствия в этом бурлящем котле заклятых друзей и бывших братьев, где все ненавидели всех, и тем символичнее была судьба бывшей военной части.

Еще в 1990 году целый ряд организаций, объединивших в своих рядах художников, литераторов, архитекторов, дизайнеров и представителей прочих профессий, которые принято называть творческими, предложили словенскому правительству устроить в казармах культурный кластер. Чиновников проблемы и чаяния зарождавшегося «креативного класса» в те непростые годы интересовали мало, но богема оказалась не робкого десятка. Так и не дождавшись официальной передачи им комплекса, одной сентябрьской ночью 1993 года две сотни гражданских активистов самовольно захватили его.

Образцом для подражания вырвавшегося из оков социализма творческого порыва была, разумеется Христиания — копенгагенский район, «вольный город», возникший еще в 1970-е годы и ставший идеалом для всех любителей порассуждать о свободе от принуждения. В каком-то смысле опыт Метелкова даже превзошел своего прародителя. Если Христиания сейчас во многом выродилась в анархический притон, где хиппи сменили наркодилеры, то люблянскому «вольному городу» пока удается сохранять свои базовые принципы от посягательств извне.

Конечно, это не институт благородных девиц, и почувствовать здесь подозрительный сладковатый дымок куда легче, чем встретить полицейского, но общая интенция на творчество, а не полулегальное удовлетворение собственных пороков сохраняется. Военные, бывшие хозяева квартала, удивились бы, увидев, во что превратилась территория, где печатали строевой шаг, готовясь отразить провокации вероятного противника.

Семь зданий, 12 500 квадратных метров: три галереи, молодежный центр, кинозалы, коворкинги и воркшопы, целых семь ночных клубов — идея начала 1990-х естественно вписалась в новую эру хипстеров, что лишний раз подтверждает ее жизнеспособность даже в изменившемся культурном контексте. Днем жизнь здесь тихая и размеренная, но ночи представляют собой разительный контраст. Живи быстро, умирай молодым, вечеринка как смысл жизни — любые вкусы в Метелкова будут удовлетворены.

Путеводитель Lonely Planet и серия статей в уважаемых газетах прославили квартал на весь континент. Европейская молодежь едет не в Словению, она едет в Метелкова. Для них это не район Любляны, а Любляна — бесплатный бонус к Метелкова.

Центром местной цивилизации является хостел Celica, созданный на месте бывшей гарнизонной тюрьмы. Lonely Planet назвал его «самым модным хостелом мира», что на долгие годы обеспечило его клиентами, одновременно раздув аппетиты владельцев.

Десятки местных художников, воспитанных Метелкова в духе Метелкова, и их коллеги, приглашенные из разных стран мира, действительно оформили его с вкусом. Кроме оригинальных комнат, занявших бывшие тюремные камеры, здесь есть свой бар, галерея, небольшой музей, комната для медитаций и сад, где летом устраиваются концерты. Но все эти удовольствия, помноженные на устроенный Lonely Planet пиар, имеют свою цену. В высокий сезон койка даже в 12-местном номере обойдется желающим познать нравы квартала в €22 за ночь. Прейскурант слабо гармонирует с окружающей хостел демократичной атмосферой всеобщего равенства и братства.

Отношения Метелкова с государством сейчас напоминают дисфункциональную семью. Периоды любви и ненависти калейдоскопом сменяют друг друга: то муниципальные власти сносят аварийные здания на территории квартала, не замечая протестов общественности, возмущенной наглым вторжением, то они же строят по соседству новый музейный кластер с современным искусством и словенской этнографией. Мирное сосуществование и взаимные комплименты чередуются с конфликтами, а в сухом остатке — по-прежнему полулегальный статус кластера.

Удивительно, но другое, легальное лицо Любляны, расположенной по ту сторону Змеиного моста, вовсе не выглядит на фоне Метелкова уныло и скучно. Альтернативный характер культуры, пропагандируемой в бывших австрийских казармах, придется по вкусу не всем, но и приверженцы других форм творчества и отдыха останутся довольны. В словенской столице есть все — от кинопоказов на Замковой горе и экзотического массажа до крафтовых баров и ресторанов с высокой кухней.

Но главное, что бросается здесь в глаза, — это совершенно феноменальное, невероятное количество молодежи. В местном университете, одном из лучших в Центральной Европе, учится около 60 тыс. студентов (почти 20% населения столицы), и даже в разгар летних каникул воскресным вечером Старый город буквально кипит от юношей и девушек, наслаждающихся свободой, теплом и обществом друг друга.

Это разлитое в остывающем после дневной жары воздухе ощущение целого мира у твоих ног и всей жизни, которая еще впереди, сложно передать. Остается только в тени старого замка, украшенного знаменем с изумрудным драконом, попытаться запомнить атмосферу города юности, города оптимизма, города надежд, «зеленой столицы Европы», затерянной в предгорьях Юлийских Альп.

Поездка состоялась благодаря поддержке туристической компании «Аэротрэвел». Следите за новыми выпусками!

Читайте также:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: darriuss. Фото: Максим Малиновский