Бесполезный $1 000 000: белорусы привлекли колоссальный грант на развитие своей деревни и теперь сражаются с бюрократическими «но»

 
513
21 апреля 2016 в 8:00
Автор: Оксана Красовская. Фото: Максим Тарналицкий

Хмурая и колючая весна все никак не может причесать белорусскую деревню: еще не покрытые густой зеленью деревья выглядят не краше мертвых коряг, свинцово-серые водоемы отражают невнятный, безрадостный небосклон, озябшие и продрогшие коты при первой возможности пытаются прошмыгнуть в натопленные хаты. Скучно и безрадостно на селе в межсезонье — приезжему человеку взглядом не за что зацепиться, не говоря уже о том, чтобы занять чем-то любопытным целый вечер. Это через пару недель, когда изрядно потеплеет, в агрогородках начнет проявляться видимость жизни: зацветут сады, зазеленеют поля, замаскировав буйством своих красок очевидную истину — за последние десятилетия деревня сделала лишь считаные шаги вперед, так и оставшись зажатой «агрорамками» и «агропланами».

Совершить мирную революцию и переиначить обычную белорусскую деревеньку еще несколько лет назад задумали супруги-идеалисты Войтеховичи. Правда, как выяснилось в процессе переделки, сложно найти не деньги, а понимание и одобрение местных чиновников.

Расположенная в Мядельском районе деревня Комарово, по сути, обречена на угасание: в отличие от более удачливых подруг она не получила статус агрогородка, а значит, и вливания денег ей пережить не довелось. По понятным причинам здесь нет ни одного типового коттеджа, а молодого специалиста не сыщешь днем с огнем. Разбавляют на первый взгляд кажущуюся безрадостной картину голубые озера, полюбившиеся отпускникам, и сельскохозяйственный колледж, грозящийся вот-вот закрыться.

И все же перспективы у деревни есть, правда, скорее вопреки, а не благодаря. Их наличие и воплощение в реальность держатся на энтузиазме всего двух человек и их немногочисленных соратников. По меркам большинства наших чиновников Алла и Эдуард Войтеховичи, мягко говоря, фантазеры: захотели поставить село на бизнес-рельсы, придумали, что заброшенным зданиям можно дать вторую жизнь, считают, что каждый желающий может работать на себя. И более того — имели наглость выиграть грант в размере около $1 млн на реализацию всех своих задумок.

— В девяностые годы я поехал в Германию на стажировку, — вспоминает, как все начиналось, Эдуард, который до 1996 года работал директором местного училища и успел не только дать путевку в жизнь многочисленной молодежи, но и превратить учебное заведение в прогрессивное предприятие, имевшее хозрасчетные подразделения и даже строившее для своих сотрудников дома. — Обращал внимание не только на то, как налажен учебный процесс, но и на то, как обустроились люди, — ведь и мы, и они жили в деревне. С той лишь разницей, что на одинаковой по площади территории у нас вмещалось 6000 человек, а у них — 18 000.

— Отмечал, чем наполнена экономическая инфраструктура, — оказалось, что на Западе деревня — это не только сельское хозяйство, но и предприятия, рестораны, супермаркеты, пекарни, магазины бытовой техники. Все как в городе, только в меньших масштабах и для людей лучше, так как все живут в своих домах и на своих участках. Деревня там имеет другую сущность, и мне эта сущность понравилась. Захотелось реализовать такой проект у себя в Комарово, создать эдакую мини-Дойчланд, — объясняет Эдуард.

Мужчина рассказывает, что в заграничной поездке его удивила тесная связь учебных заведений с предприятиями: вся теория тут же подтверждалась на практике, строение узлов и агрегатов изучали не у доски и по учебникам, а непосредственно в цехах. Перенести эту модель решено было и в комаровское училище. Так появились своя пекарня, станция техобслуживания, колбасный цех, кафе, сельскохозяйственный участок. Предполагалось, что в будущем эти подразделения отпочкуются, станут частными предприятиями и учащиеся будут проходить там практику.

— Мы хотели создать уникальную систему образования, а наше расположение в сельской местности превратить из недостатка в преимущество. Более того, планировалось, что все эти самостоятельные предприятия станут основой бизнес-модели. Чтобы любой человек из глубинки мог приехать и посмотреть, как это работает на практике, какие нужны машины, какие траты надо предусмотреть, как наращивать объемы и как выглядит минимальный необходимый набор оборудования, — поясняет Эдуард Войтехович. — Планов по развитию Комарово у нас с женой было очень много, но денег, как всегда, не хватало: конец девяностых и начало «нулевых» в финансовом плане были очень сложными. Тогда мы нашли выход — в 2001 году зарегистрировали общественное объединение «Женщины за возрождение Нарочанского края», получив тем самым возможность привлекать средства международных фондов. Председателем организации стала моя супруга. Практически сразу же начали писать проекты, причем выбирали такие, которые будут объединять жителей деревни, сплачивать их.

— Сама собой пришла в голову идея облагородить наш одряхлевший парк. Написали проект и к собственному удивлению получили $500 (около $3000 по нынешним меркам) — сумма вроде незначительная, но мы были счастливы: оказалось, что даже во время этого безденежья можно чего-то добиться. Поехали в Минск в ботанический сад, приобрели саженцы, газонную траву, своими руками оформили альпийские горки. Помню, что некоторые люди критиковали нас: нет чтобы колесо к трактору купить или солярки, так вы на растения какие-то тратитесь. Но как бы то ни было, в 2005 году наш террасный парк был признан Министерством природы лучшим в Беларуси. И это все на минимальных ресурсах, без привлечения бюджетных средств, — до сих пор испытывают гордость за проделанную работу Алла и Эдуард.

— Конечно, проекты зачастую не соотносились с тем, что нужно деревне в первую очередь, — продолжает рассказ энтузиаст. — Но ведь не мы выбираем, на что международным фондам тратить деньги. Условно говоря, надо сделать крышу, а средства дают на фундамент. Значит, будем делать фундамент, так как он все равно рано или поздно пригодится. В общем, участвовали во всем, что совпадало с нашими интересами.

Но самая главная идея для семьи Войтехович — развитие предпринимательства в сельской местности. Экспериментировать супруги начали на себе — в 2002 году по совету знакомых из Польши открыли агроусадьбу «Подкостелок», а затем на основе своего опыта написали книгу по сельскому туризму.

— Нам тогда все говорили, что у нас крыша поехала, — смеется Эдуард. — А сейчас сами видите, как популярен отдых в агроусадьбах. Теперь это наш основной семейный заработок.

Во время стажировки в США Эдуард понял, что учить бизнесу на пальцах бесполезно. А отработанная в Америке система поддержки предпринимательства показалась наиболее оптимальной.

— Любую идею и любой бизнес надо выращивать, как цыпленка, помогать ему. Особенно у нас, где люди не знают, что такое капитализм, как надо выживать. Еще ничего не попробовав и не предприняв, народ начинает причитать: налоги задушат, денег нет, этого нет. И все, приехали — ничего люди делать не будут. Так и возникла идея создать центр поддержки предпринимательства в сельской местности. Одобрение и финансовую помощь мы получили от ПРООН. На выделенные средства купили себе офис — панский свинарник 1820 года постройки, который до этого успел побыть колхозной конторой. Не представляете, что тут творилось: потолки обвалились, окна разбиты, кругом грязь. В общем, страшно вспоминать, — говорит Эдуард.

Первые противостояния с бюрократической машиной начались, когда надо было зарегистрировать организацию под названием «Центр развития сельского предпринимательства Комарово». Супруги настаивали на том, что она должна быть некоммерческой, чиновники же придерживались иного мнения, считая, что все должны зарабатывать деньги.

— Я объяснял, что денег нет и не будет. Мы не Англия и даже не Минск, люди не станут платить за консультации, пускай ты даже в течение четырех часов даешь им полезные знания и рассказываешь, как строить тот или иной бизнес. Для большинства это все равно болтология, на которую жалко тратить средства. Вот за кирпич заплатить — это понятно, а за слова — нет. Мы в принципе не берем какой-либо платы: этим можно только оттолкнуть людей. По большому счету, в центре все держится на энтузиазме: зарплаты мы не получаем, а зарабатыванием денег занимаются «Женщины», которые пишут проекты под идеи центра, помогают организовать семинары, провести летнюю школу молодого предпринимателя.

Со временем пришли к мысли, что учить и рассказывать — это, конечно, хорошо, но надо и показывать. Стало понятно, что существующего небольшого центра недостаточно — пора создавать полноценный бизнес-инкубатор. Решили, что многочисленные заброшенные и пустующие здания можно оживить и наладить в них разноплановое производство, а разрушающийся панский дом, благодаря которому и известно Комарово, переделать в центральный офис. Тем более что здание это стоит заколоченным с 1998 года, никто им не занимается.

Досконально продумали проект, расписали его и еще в 2011 году получили одобрение от Еврокомиссии. А вместе с одобрением — и обещание выделить около $1 млн на реализацию идеи. Каких-либо опасений и переживаний у нас не было: на руках письмо из Миноблисполкома, согласно которому панский дом нам передавали в собственность. Правда, бумажка так и осталась бумажкой. Здание нам не передали: то один чиновник был в отпуске и не мог поставить подпись, то другой отправился в командировку и не завизировал решение. Так мы и пролетели.

Воевали-воевали, но ничего не вышло. В следующий раз нам предложили передать здание, но с условием — под инвестпроект. Сколько ни объясняли бюрократам, что средства у нас благотворительные и что их нельзя тратить на коммерческие цели, услышать нас никто не захотел. А меж тем мы лишились и еще одного проекта на $1,5 млн, которые уже могли бы работать на нашу деревню.

В конце концов, чтобы не потерять последнюю возможность, решили согласиться на передачу дома под инвестпроект. Еврокомиссия пошла нам навстречу, согласившись откорректировать программу, и выделила деньги — €778 тыс. Первый транш в размере €170 тыс. был перечислен на счет еще в 2014 году. Сразу же стали готовить документы на разрешение использовать международную помощь. И получили отказ, так как здание не находится в нашей собственности.

Некогда шикарный панский дом сейчас представляет жалкое зрелище: потолки обвалились, полы сгнили, в подвал лучше и вовсе не заглядывать

А передать дом в собственность отказались потому, что мы не выполнили инвестпроект и не провели реконструкцию. Но за какой, простите, счет нам ее проводить, если деньги заморожены в банке?! В общем, такой замкнутый круг. А ведомства не хотят договориться между собой и дать нам возможность работать. К этой проблеме со временем добавилась еще одна: в суде нас оштрафовали на $3 тыс. в эквиваленте за невыполнение инвестдоговора. То есть за то, что не отремонтировали здание, в которое даже не заходили, в котором нет ни пола, ни потолка, мы еще и штраф заплатили.

Вот так и получается, что мы привлекли в Беларусь миллион долларов инвестиций, а остались кругом виноваты. Никто не понимает, что если бы проект начался, то удалось бы привлечь еще больше средств — только не мешайте, дайте работать на своей земле и на общее благо. Но мы даже начать не можем. Уже через пару лет Комарово было бы не узнать: шумели бы производства, люди зарабатывали бы деньги, жизнь бурлила бы, в конце концов, — сокрушается Эдуард.

Пока же Комарово потихоньку дряхлеет: здания разрушаются, дороги приобретают новые ямы, а вся жизнь деревни сосредоточена у магазина и кафе, которые открыл сын Аллы и Эдуарда.

В кафе сейчас идет ремонт

— Пару лет назад мы написали проект «Чистая вода для белорусской деревни», — рассказывает Алла Войтехович. — Сделали мы это не просто так: в воде у нас страшно много железа. Выиграли $30 тыс., почти все деньги вложили в покупку немецкой станции обезжелезивания, жители деревни дополнительно скинулись на доставку, установку и монтаж оборудования. В общем, сделали все, что от нас зависело, местному ЖКХ осталось только подключить станцию и принять на баланс на безвозмездной основе. И что вы думаете? Уже два года она стоит без дела. В телефонных разговорах нам дают понять, что коммунальщикам это не нужно. Мол, лишняя головная боль, хотя обслуживать установку надо всего раз в шесть лет.

Еще один памятник чиновничьему равнодушию находим недалеко от колледжа. Разваленное двухэтажное здание, которое потихоньку разбирают рабочие, много лет назад было общественной баней. Войтеховичи хотели преобразовать и его: разместить там офис женской организации, прачечную, швейное производство и парикмахерскую. «ПРООНовцы» выделяли под это $70 тыс. Но заезжая чиновница уперлась рогом — «трактористам негде будет мыться» — и отменила все планы. С трактористами не сложилось, теперь здание разбирают. Стоимость демонтажных работ составляет не менее 300 млн…

— Нас часто спрашивают: а зачем вам это нужно, мол, живите как все. Но дело в том, что мы любим это место, не хотим уезжать отсюда и изо всех сил постараемся сделать его краше. За каждый потраченный цент мы отчитываемся перед «донорами», поэтому упрекнуть нас в меркантильных интересах пока еще ни у кого не получилось. Мы действительно хотим преобразить эту деревню, ставшую для нас родной, дать ей новый импульс, привлечь сюда не только деньги, но и людей. Сейчас здесь 800 жителей, а ведь может быть в несколько раз больше. Даже «айтишники» уже интересовались возможностью базироваться у нас. Но без элементарной поддержки и понимания от государства никак, мы связаны по рукам и ногам. Мы ведь не плачемся, не просим денег, не требуем реформ. Комарово — тот редкий случай, когда проблема заключается не в средствах, а в старых, заброшенных и никому не нужных зданиях. Пора уже понять, что деревня — это не только колхоз, грабли и вилы, но и большие возможности. Только дайте развернуться! — поясняют свою позицию супруги.

Семья-«локомотив» продолжает тянуть за собой деревню. Неизвестно, на сколько еще хватит их энтузиазма: люди, сделавшие для возрождения села едва ли не больше, чем все государственные программы вместе взятые, тоже ведь не железные. Со стороны кажется, что если бы Войтеховичам не мешали, то в Комарово уже давно была бы создана та самая Беларусь, которую показывают по телевизору.

Пока же панские и колхозные постройки продолжают ветшать и обесцениваться, а через некоторое время они вдобавок ко всему попросят денег: бесплатно сносить их никто не возьмется. На дворе унылая и серая весна, а Алла и Эдуард, несмотря ни на что, продолжают мечтать о том, какой чудесный и антуражный ресторанчик может получиться в подвале усадьбы, и, как и последние десять лет, готовятся к проведению традиционной выставки-ярмарки, которая состоится в последние выходные июня.

Читайте также:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: Оксана Красовская. Фото: Максим Тарналицкий
ОБСУЖДЕНИЕ