Пьяный остров: как небольшая страна устроила в мире пивную революцию

 
173
13 апреля 2016 в 8:00
Автор: darriuss. Фото: Влад Борисевич

В последние десятилетия вечера пятницы и субботы для ирландцев были наполнены особым смыслом. Барышни на каблуках и в вечерних нарядах, «упакованные» в костюмы клерки, пролетарская молодежь в спортивных штанах и почтенные отцы семейств непременно отправлялись в пабы. У кого-то посиделки за пинтой стаута или бокалом виски проходили лишь под душевное общение с соседями в заведении, которое посещал еще его дед. В иных случаях все заканчивалось заурядной дракой и очередным приводом в полицейский участок. Сейчас ирландцы, по-прежнему одна из самых пьющих наций Европы, все больше жалуются на закат традиционной пабной культуры, доставшейся им от предков. Зато во всем остальном мире irish pubs по-прежнему открываются повсеместно: от Токио до Йоханнесбурга и от Сан-Франциско до Архангельска. Корреспонденты Onliner.by окунулись в атмосферу дублинских пивных, поразились их разнообразию и попытались понять секрет успеха.

Старейший ирландский паб носит название «Наглая голова». В некоторой наглости его нынешним владельцам действительно не откажешь, ведь, по их утверждению, впервые заведение с подобным названием и на этом самом месте, в 10 минутах ходьбы от знаменитой ныне во всем мире пивоварни Guinness, открылось в 1198 году. Впрочем, даже по мнению скептиков, сомневающихся в столь «седой» датировке, паб существует с XVII века. У белорусов, привыкших к скоротечности существования общепита в нашей стране, и такая цифра просто не укладывается в голове. Понимание приходит чуть позже: паб здесь — это никак не общепит, это неотъемлемая часть национальной культуры, важный элемент ирландской идентичности с соответствующим к нему отношением.

Хотя сейчас The Brazen Head настоящим аутентичным пабом назвать сложно. Это когда-то здесь сидел со стаканом в руке Джеймс Джойс, даже упомянувший заведение в своем magnum opus «Улисс», а со сцены пели Том Джонс и The Dubliners. Сейчас за грудой пустых кегов у входа и развешанными над «пивным садом» ирландскими флажками скрывается место, ориентированное исключительно на туристов. Они с удовольствием делают «селфи» у вывески и тратят свои трудовые евро на очередную пинту из соседней пивоварни.

Сухая статистика врать не будет: 83% всех приезжающих в Ирландию туристов называют в числе своих основных целей здесь именно посещение пабов. За платежеспособным спросом следует настойчивое предложение: в одном только Дублине работает 750 соответствующих заведений. Среди них, конечно, много локальных мест, рассчитанных лишь на жителей соседних кварталов, но не в центре города, улицы которого вечерами заполняются праздной публикой.

Самый хрестоматийный пример — The Church. От Ирландии, где вера всегда играла важнейшую роль в борьбе страны за независимость, подобного либерализма сперва не ожидаешь. В 1986 году одна из церквей посреди торгового района на северном берегу местной речки Лиффи окончательно растеряла свою паству и закрылась. Сначала там устроили магазин, а потом нашли сколь успешный, столь и очевидный вариант «реконструкции с приспособлением»: бывшая церковь стала пабом.

Место добропорядочных прихожан заняли пожилые пары, приехавшие в Дублин из Америки на родину предков. С ними соседствуют мужчины средних лет, за очевидно британским акцентом которых скрывается отчетливое желание сделать в этом баре лишь одну из остановок в очередном алкогольном походе, который может закончиться в ближайшей подворотне.

Во всю длину здания под сводами XVIII века, старыми витражами и органом вытянулась длинная стойка, за которой целая стая барменов не успевает обслуживать желающих принять участие в непривычном аттракционе: выпить в церкви. Когда-то она была протестантской, вероятно, поэтому такое и стало в принципе возможно в этой католической в общем и целом стране.

Поздно вечером в зале на потеху туристам исполняют традиционные ирландские танцы, а из бывших подземелий доносятся совсем иные звуки: там, на месте крипты, устроен ночной клуб, где в разгаре коктейльная вечеринка. Подобный многофункциональный паб выглядит как издевка над консервативной культурой, вот только время ее, судя по всему, безвозвратно ушло.

В Советском Союзе центрами социальной жизни были клубы: рабочие и служащие слушали там в красном уголке лекции про стремительно загнивающий капитализм, смотрели кино и концерты, а после культпрограммы многие из них шли в ближайший сквер или к пивному ларьку, где продолжали общение в неформальной обстановке. В Ирландии эту роль играли пабы: небольшие пивные, где за кранами стоял сам хозяин, зачастую и живший здесь же, в задних комнатах или на верхнем этаже.

Это было в первую очередь пространство для общения, в котором пинты стаута, портера или какого-нибудь светлого эля выступали обязательным атрибутом отдыха, не бывшим, тем не менее, самоцелью. В свой локальный паб с порой странным названием и многолетней историей ирландцы зачастую ходили целыми поколениями. Это был совершенно необходимый элемент повседневного образа жизни, место встречи давно знавших друг друга людей и обсуждения волновавших их насущных проблем.

При этом зачастую паб выступал не только как питейное заведение. Еду в нем традиционно не подавали, зато вместо этого он мог служить продовольственной, бакалейной или хозяйственной лавкой. Все начало меняться в 1960-е годы вместе с драматическим ростом потребления алкоголя.

За 40 лет перед наступлением нового столетия ирландцы постепенно начали пить почти в три раза активнее. Если в 1960-м средний житель страны старше 15 лет употреблял около 5 литров алкоголя в год, то к 2001-му этот показатель вырос до 14,3 литра. Ирландия после столетий прозябания на периферии Европы вступала в период относительной зажиточности. Активная эмиграция за океан падала, население росло, росли и заработки людей. У обычных обывателей появилось больше свободных денег, а самым простым способом потратить их было лишний раз заглянуть в любимую «Красную мельницу» или «Королевские доспехи» по соседству, остаться там подольше и позволить себе чуть больше.

Одновременно в Ирландию стало приезжать все больше туристов, в первую очередь представителей диаспоры, чьи предки бежали с Изумрудного острова от голода и нищеты. Добившись успеха за океаном, они возвращались на историческую родину, и паб становился для них обязательным пунктом ее познания. В барах в угоду туристам стала появляться (невиданное дело!) еда — и вот уже очередная пинта поглощалась под рагу, коддл, колканнон, крубинс или боксти. За этими непривычно звучащими для нашего уха названиями скрывается обычная рабоче-крестьянская еда, свиные сосиски и ноги, пюре и драники. В основном на базе хорошо знакомого и белорусам картофеля.

Росла в мире и мода на все ирландское. День святого Патрика из семейного праздника, состоявшего из похода в церковь и торжественного обеда в кругу родственников, превратился в главную пьянку всего англосаксонского мира. Уличные парады, буйство зеленого и рыжего цветов и неумеренное возлияние направо и налево захватили даже страны, бесконечно далекие от Ирландии.

Квинтэссенцией популяризации «ирландскости» стало образование в 1991 году Irish Pub Company, совместного предприятия между пивоварней Guinness и одной из местных архитектурных студий. Любой желающий, жил ли он в Минске, Ташкенте, Шэньчжэне, Сан-Франциско или Буэнос-Айресе, мог заказать Irish Pub Company ирландский паб под ключ. Выбрав один из пяти предложенных дизайнерских концептов, спустя некоторое время инвестор получал готовый бар начиная от внутренней и внешней отделки, столов и фотографий на стенах и заканчивая ирландскими флагами под потолком и соответствующего ирландского же названия.

Всего лишь за 1990-е годы Irish Pub Company открыла по всему миру более 2000 пабов, сделав заведение такого рода обязательной принадлежностью каждого уважающего себя города. В самой Ирландии тем временем продолжались процессы совсем иного рода: количество традиционных пивных неуклонно сокращалось.

В первую очередь с продолжением урбанизации закрываются старые сельские бары, потерявшие клиентов с депопуляцией глубинки. К ним присоединяются и многие городские заведения. «Легко винить во всем запрет на курение или ужесточение законов по вождению в нетрезвом виде, — рассказывает в интервью местной газете The Irish Times Конор Кенни, занимающийся консалтингом в ресторанной сфере. — Самая большая трагедия пабов — то, что современному поколению они стали безразличны».

По пивным в центральной части Дублина, особенно в районе Темпл-Бар, где их концентрация особенно велика, этого так сразу и не скажешь, но отличить молодого ирландца от американца или британца, прилетевшего в Дублин в алкотур, непросто, особенно когда дело идет к ночи.

В музей Guinness по-прежнему стоят полукилометровые очереди из желающих расстаться с €15, и от этого зрелища легендарной пивоварни у ворот святого Джеймса начинаешь понимать силу раскрученного бренда.

Вкусы нового поколения жителей страны действительно меняются. Многие из них теперь делают в пабах лишь короткую остановку по пути в ночной клуб, кто-то переходит на заведения иного рода. Появляются и необычные пивные бары, на кранах которых традиционный Guinness или Smithwick’s заменяют крафтовые сорта микропивоварен. Там уже совершенно иная публика и атмосфера, далекая от мест, которые привыкли посещать предыдущие поколения.

Наверное, это естественно. Выживают сильнейшие: одни — благодаря эксплуатации культурных стереотипов и кошельков по-прежнему многочисленных туристов, другие — меняя свой формат и подстраиваясь под современные вкусы местной молодежи. Старый паб в богом забытой среди холмов и овец деревне на западе страны уже не откроет свои двери ни в пятницу, ни в субботу, но в Дублине и других крупных ирландских городах вечерами по-прежнему шумно и пьяно. Стакан опрокидывается за стаканом, одна компания борется с другой за внимание барменов, специфическое веселье, вопреки справедливым предупреждениям Минздрава, продолжается на улице, и последствия его труднопредсказуемы.

Вам будет интересно:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: darriuss. Фото: Влад Борисевич
ОБСУЖДЕНИЕ