Через несколько лет белорусам придется платить за «коммуналку» в разы больше, чем сегодня. Однако с тарифами в правительстве еще не определились. Будут ли они расти для всех в равной мере либо оплату дифференцируют — пока неизвестно. Непонятно чиновникам и как выполнять поручение президента, который считает, что бедный должен платить 25—30%, а богатый 140—150%. Своими размышлениями по этому поводу в ходе «круглого стола» в «СБ» поделился Геннадий Каленов, исполнительный директор Международной ассоциации менеджмента недвижимости. По мнению эксперта, повышение тарифов неизбежно, но при этом необходимо подумать о переходе на адресную социальную помощь.
«В Евросоюзе, в Германии, к примеру, ты не получишь ни евроцента субсидий, пока не докажешь, что ни ты сам, ни члены твоей семьи не имеют имущества — квартиры, дачи, или машины. Велосипед, телевизор и т. д. не в счет. Только 44 процента немцев имеют свое собственное жилье. Остальные арендуют. Там принцип такой: если ты собственник, ты достаточно состоятельный человек, чтобы оплачивать электроэнергию. Но если у тебя нет имущества, ты будешь получать субсидии в полном объеме. И даже если не будешь платить за электроэнергию, за воду, тебе их никто по закону не имеет право отключить. Вот это и есть адресная социальная помощь людям, которые действительно в этом нуждаются, — рассуждает Геннадий Каленов. — У нас более 85 процентов жилфонда находится в частной собственности граждан. Будет нелепо, если они придут за дотацией на электроэнергию. В районе Троицкого предместья построен дом, квартиры в котором по миллиону долларов уже давно раскуплены. И все эти небедные граждане будут получать субсидии от государства на воду, электроэнергию, на газ даже при том, что будут введены нормы?»
Пока все ресурсы будут дешево нам обходиться, никто не станет экономить, убежден специалист: дешевое не ценится, и никакие уговоры тут не подействуют. Почему тогда немцы, которые зарабатывают намного больше белорусов, так бережно относятся к воде и другим ресурсам? Основа такого принципа в прививании особого отношения с детства.
«Есть много примеров, когда даже очень богатые немецкие семьи экономят на всем, — говорит эксперт. — Точнее, рационально используют. Глава семейства — миллионер — бреется, набирая воду в стакан. Смачивает там лезвие, а не под струей воды, как это делаем мы. И они учат такому отношению детей с самого раннего возраста. Объясняют, что вода, например, — это дефицитный ресурс на планете. Есть такое понятие, как „устойчивое развитие“. Планета Земля уже исчерпала свой ресурс, резервов для будущих поколений нет, и нужно думать о том, чтобы что-то оставить и для них. Не в виде денег на банковском счете, а в виде живой природы. Объясняя, что ни за какие деньги это потом не купишь».
В белорусском обществе, увы, такого отношения к экономии пока не сложилось.
«Хожу в бассейн. В душ зашел, можешь там хоть час стоять. Хочешь — мойся, хочешь — слушай, как вода журчит. Иногда приходишь в кабинку, а там вода льется, кто-то не выключил уходя. И ничего. И был я в Германии в бассейне одного спорткомплекса. Там монету 2 евро бросаешь и можешь пять раз нажать на кнопку подачи воды, — говорит Каленов. — Раз нажал, она льется ровно 10 секунд и сама выключается. За это время ты должен намылиться. Потом нажимаешь еще раз — и за 10 секунд должен смыть пену. В общем, за пять раз включения воды надо успеть помыться. Не успел — бросай еще 2 евро. А наша промышленность готова к такой автоматизации? Или возьмем старую, конца 1990-х, модель японского унитаза. Японцы моют руки в раковине над унитазом. Вода сразу стекает в бачок. А вот более современная модель уже с пультом управления. Там 30 кнопок разного назначения. Готовы ли мы к этому? Психологически, технически? Люди должны сознательно экономить, не только ради денег. Деньги — только стимул. А для нас электроэнергия — это валюта. И вместо того чтобы ее бездумно тратить, можно было бы купить на сэкономленное лекарства или модернизировать несколько предприятий».