Над домом на Камайской, 20 будто витает некий рок. С виду сравнительно новое здание с еще свежей и яркой краской на фасаде выглядит благополучным. Беды начались в 2011 году и продолжаются до сих пор. Пережив затягивание сроков, строительные косяки, люди столкнулись с очередной напастью: из-за возникшего перед застройщиком долга, на квартиры части жильцов накладывается арест.
Читать на OnlínerЖСПК №893 был создан в 2011 году. Застройщиком выступил УКС Центрального района. Объект сменил несколько подрядчиков, стал долгостроем, сдался общими усилиями в 2014 году. Из-за постоянного роста стоимости метра члены ЖСПК задолжали внушительную сумму. По медиативному соглашению им предоставили рассрочку. Не помогло. Задолженность перед УКСом висит до сих пор.
Александр, герой статьи про горести дома на Камайской, вспоминает, как развивались события с начала года:
— ЖСПК проиграл все суды из-за задолженности. Действительно, часть дольщиков — злостные неплательщики. Кто-то задолжал по рассрочке, кто-то по иному поводу: строились у нас не только очередники — люди, купившие квартиры по полной стоимости, задолжали сумму в счет усредненного показателя сноса. ЖСПК предусматривает коллективную ответственность. Таким образом, создался большой долг перед УКСом.
У нас ведется жесткая политика по отношению к названным выше должникам, вплоть до расторжения договоров и выставления за дверь. Люди попросту не платят, нагло говорят в лицо, что лучше положат деньги на депозит. Правление как могло закрывало их задолженности, но наступает момент, когда делать это уже просто невозможно. Было решено вычислить самых злостных должников и буквально отвезти их в УКС: пусть с ними решают все вопросы, раз на них нет управы.
Но в числе должников есть определенная категория людей, в которую попал и Александр. В его квартире на первом этаже имеется погреб на балконе, стоимость которого посчитана по цене метра жилой площади.
— Сумма моего долга лежит в этом подвале — около 100 миллионов. Я оспариваю этот долг. Доказано, что погреба законодательно не являются жилым помещением. Нас таких 20 человек.
Ситуация такова: на наши квартиры наложен арест. Те, кто не платил и создал сложившуюся ситуацию, оказались не при делах. А люди, которые исправно платили, остаются без квартир.
Из-за участия в рассрочке мы не являемся собственниками жилья. Стоит упомянуть, что статус квартир нам так и не удалось выяснить: в БРТИ дом числится как объект, но отдельно квартир будто и не существует. Как можно продать то, чего не существует? Как можно их выставить на аукцион?
Недавно мы узнали об очередном долге — плюс ко всему еще три миллиарда. Для погашения долга председатель уже предоставил ряд квартир. Мы не знаем, к кому в ближайшее время придет уведомление об изъятии.
Ситуацию прокомментировали в УКС Центрального района:
— Данному ЖСПК решением Мингорисполкома была предоставлена рассрочка сроком на 4 года с учетом того, что дом строили многодетные, нуждающиеся, семьи, воспитывающие детей-инвалидов. Это исключительный прецедент, такого в Минске еще не было. Но даже с учетом рассрочки люди отказываются платить за свое жилье.
УКС, как госпредприятие, не получил с этого дома никакой прибыли, лишь осуществлял авторский и технический надзор за строительством. С подрядчиком дома УКС рассчитался, в том числе с помощью бюджетной ссуды, которую также нужно погашать. Мы принимаем меры, предусмотренные законодательством, в том числе и для погашения задолженности по графику платежей в рамках предоставленной рассрочки. ЖСПК не исполняет свои обязательства.
Людям даже предоставлено право проживать в квартирах, несмотря на то, что они их не оплатили. Государство пошло им на всевозможные уступки. Если бы люди оплатили свои квартиры и зарегистрировали право собственности, то ничего бы у них не изымалось.
В настоящее время квартиры принадлежат ЖСПК, у которого есть задолженность перед застройщиком. А УКС несет бешеные убытки из-за погашения бюджетной ссуды. Это привело к аресту квартир.
Будущее у конфликта довольно туманное. Когда люди дождутся спокойной жизни, неизвестно.
— Что будет дальше, сказать не могу. Возможно, люди придут завтра и рассчитаются. Если же нет, то последует процедура, которая уже нас не касается, это дело судебного исполнителя. Возможно, будет произведена оценка квартир, и их выставят на аукцион. Согласно законодательству, деньги, уплаченные за квартиры, будут возвращены жильцам.
У нас нет желания отбирать у кого-то квартиры, но люди вынуждают нас это делать.