О чем эта статья

• Когда появился мост через Дубровенку
• Каким во время войны был Могилев
• Как в насыпи через реку появился засор
• День прорыва: как вода смела город за несколько часов
• Что о трагедии говорили другие очевидцы
• Сколько людей погибло во время наводнения
• Что сейчас напоминает о цунами в Могилеве

Когда появился мост через Дубровенку

С тех пор прошло 84 года, а эта крутая насыпь рядом с небольшим парком до сих пор поражает своими масштабами. Подняться по ее склонам непросто, но тем, кто решается, открывается широкий простор — панорамные виды на Могилев.

С одной стороны раскинулась старая одноэтажная Карабановка, с другой — современный город. Между ними извилистой лентой тянется Дубровенка, которая где-то там, за улицами с деревянной и кирпичной застройкой, рядом со старым Быховским рынком впадает в широкий Днепр.

В начале XX века через Могилев проложили железную дорогу. Для этого над маленькой речкой сначала построили мост. Эти пути активно использовались во времена Российской империи, и, как пишут исследователи, пейзажи долины Дубровенки когда-то рассматривал сам император Николай II. Во время Первой мировой войны в Могилеве располагалась ставка верховного главнокомандующего. Император не просто приезжал сюда — он какое-то время жил в городе.

Каким во время войны был Могилев

С годами нагрузка на мост росла, с которой он уже не справлялся, и в 1935-м рядом возвели огромную земляную насыпь. По ней проложили однопутную железную дорогу, а реку Дубровенку направили в тоннель диаметром около метра. Казалось, все шло своим чередом: Могилев рос, развивался, превращался в индустриальный центр БССР с фабриками и заводами. Но летом 1941 года жизнь города изменилась: началась Великая Отечественная война. Оборона Могилева продолжалась 23 дня, однако сдержать натиск гитлеровских войск советской армии не удалось — 26 июля город был оккупирован.

— До революции и в первые годы советской власти Могилев был красивым городом, его даже называли «маленькой Прагой». Перед войной он считался одним из крупнейших промышленных центров с населением около 100 тыс. человек. Когда пришли новые хозяева, был установлен режим, основанный на политике геноцида. В городе появились концентрационные лагеря, крупнейшим из которых стал Луполовский. В нем содержалось до 80 тыс. узников, из которых, по официальным данным, погибли около 40 тыс. Чтобы выжить, люди ели дохлых крыс и гнилую картошку, — говорит Александра Буракова, заместитель Могилевского областного краеведческого музея имени Е. Р. Романова. — В первую очередь немцы уничтожали тех, кто мог организовать сопротивление: коммунистов, активистов, — а также проводили карательные акции против мирного населения.

Под удар попали евреи: в Могилеве создали гетто. Сначала оно находилось в районе Подниколья, а затем было перенесено к реке Дубровенке. Из-за этого местным жителям пришлось в спешке покидать свои дома — в одном помещении могли жить по 20—30 человек. К 1942 году, по разным оценкам, погибло около 10 тыс. человек. Дома вдоль Дубровенки, в которых раньше жили евреи, впоследствии заняло местное население. Тех, кто мог приносить пользу, использовали на крупнейшем предприятии «Строммашина». При этом на многих предприятиях возникали подпольные группы сопротивления.

Как в насыпи появился засор

Тем временем за насыпью у Карабановки постепенно начало образовываться большое озеро. Причиной стал вовсе не паводок и не создание искусственного водохранилища, а засор в трубе, по которой Дубровенка устремлялась в Днепр. Что именно привело к этому, однозначно сказать сложно. По словам Александры Бураковой, тоннель мог быть поврежден во время оборонительных боев.

— Он был разрушен. Возможно, в него попал снаряд или его специально подорвали бойцы Красной армии. Так или иначе, насыпь оказалась повреждена, из-за чего образовалась своего рода искусственная преграда. При немцах засор только увеличился, — говорит эксперт.

В итоге рабочие укрепили вал, а для устойчивости засыпали трубу землей. Движение поездов удалось восстановить, но саму трубу так и не прочистили, и река начала выходить из берегов. О происходящем оккупационным властям начали докладывать еще осенью 1941 года.

«В это время городское управление обратилось к начальнику ж/д станции г. Могилева г-ну Лапо с просьбой восстановить пропуск вод через трубу, так как собравшиеся воды будут угрожать населению, проживающему по набережной Дубровенки. Г-н Лапо сообщил, что об этом постановлено в известность высшее командование и что ожидается прибытие немецких строительных частей, которые займутся этой работой», — писали в пояснительной записке.

Наступил 1942 год. Зима была снежной, и с приходом оттепели озеро стало быстро разливаться. К концу марта оно достигло внушительных размеров.

День прорыва: как вода смела город за несколько часов

Жителю Могилева Владимиру Данилову в 1942 году было 10 лет. Вместе с мамой он жил рядом с Дубровенкой и хорошо знал этот район. По его словам, многие могилевчане предчувствовали беду и ожидали, что гигантскую плотину рано или поздно снесет, однако свои дома они не покидали. В итоге плотину прорвало, и на жилые кварталы обрушилась многометровая стена воды. Ее высота достигала 15 метров, отмечает Александра Буракова.

— Говорили все время: «Завтра наводнение!» С месяц об этом говорили, и мы к этому привыкли, — вспоминает Владимир. — Это был третий день после Пасхи, апрель 1942 года. Я пришел к девяти утра к другу Леньке, и мы пошли на Дубровенку — тогда говорили, что вода в реке поднимается. Походили, посмотрели и увидели, как плывет доска. Достали ее. Потом еще одну заметили — и так начали их собирать.

И вдруг замечаем: примерно в 500 метрах от нас идет вал воды, а на нем то ли дом, то ли сарай.

Мы стоим, рты пооткрывали, смотрим. В этот момент подбегает отец Леньки, хватает его под мышку, кричит мне: «Беги за мной!» — и рванул с сыном. А я не мог оторваться от увиденного. Тогда он вернулся, схватил меня — и мы буквально взлетели на гору. Когда оказались наверху, обернулись к реке и увидели, как плывут дома. От смерти нас отделили считаные секунды.

Все началось между десятью и одиннадцатью часами, а кончилось между двумя и тремя. Часа три шла вода.

— А что вы увидели после того, как оказались на горе?

— По скорости это был поток. Страшный поток. Плыли сараи, дома, льдины… Лед был толщиной сантиметров 60, длина — с жилую комнату, метра 3. Представляете, сколько тонн весила эта льдина?! И почему-то плыли они быстрее домов. Я сам видел, как дом догонял лед, врезался и рассыпался. А наверху, на доме, люди сидели.

По берегу росло много деревьев, и почти на каждом дереве сидел человек. А дерево нагибалось, макало человека в воду, выпрямлялось и опять нагибалось. Видел мужчину, который держался, обняв трубу на крыше. Вскоре дом догнала льдина, труба отлетела, и человек упал вместе с ней.

В окне дома я увидел женщину. Она начала кричать: «Помогите! Спасите!» Увидев это, ее муж стал раздеваться, чтобы прыгнуть в воду. Но несколько мужиков прямо легли на него и не дали встать: мол, ты не вернешься сам и ее уже не спасешь. В общем, его не пустили. А я видел, как у нее кончались силы и она опустилась в воду. Женщина погибла.

Поначалу я стоял один, а потом прибежала мать (она в тот день ходила на кладбище), и мы пошли к нам домой на Струшню (улица в Могилеве рядом с Дубровенкой. — Прим. Onlíner). Его тоже разрушило. Течения там не было, но настолько все на соплях было сделано, что вода размыла глину или цемент. Четыре стены остались: окна вылетели, крыша тоже. Все было задавлено грязью. Ни одежды, ничего не было. Где мы жили потом? У знакомых. У нас не было ни еды, ни денег — ничего.

Наверное, на третий день мы пошли посмотреть на Дубровенку. Река была неузнаваемой. Грязь и всю траву снесло в Днепр. Вода была чистая-чистая. И песочек.

— Все произошло очень стремительно. Вода быстро ушла, Дубровенка вскоре успокоилась. Но страх остался. Ходили слухи о возможном повторном наводнении, однако все обошлось. Район постепенно восстанавливался, но люди еще долго опасались селиться рядом с рекой, помня о трагедии 10 апреля, — говорит Александра Буракова.

Что говорили о трагедии другие очевидцы

Ранее Onlíner уже публиковал материал, посвященный трагедии в Могилеве. В том тексте мы приводили воспоминания других очевидцев катастрофы. Людмила Якубовская, к примеру, рассказывала, что в той трагедии погибла ее подруга Маня:

«В тот день мы специально побежали посмотреть на разлив. Стояли прямо на железнодорожных путях. Услышали глухой взрыв — и вдруг насыпь под рельсами поехала в стороны. Рельсы повисли, как канатная дорога. Мы бросились бежать, провал за нами разъезжался… Рядом с Дубровенкой в высоком трехэтажном доме жила моя знакомая тетя Тася. Когда пошла вода, она с дочерьми поднялась на чердак, а потом решила спуститься за папиросами. Вода нахлынула, поднялась до потолка и через несколько минут ушла. Женщина захлебнулась — когда дочери спустились, она мертвая стояла на цыпочках на лежанке, держась за вьюшку. В наводнении погибла моя подружка, ровесница Маня. Она прыгнула в воду за братьями, и ее затянуло под льдину. Я видела, как плыл их дом, из трубы шел дым, а подвыпившие пожилые родители выглядывали из окна, пьяно улыбались».

Бывший инженер Владимир Чашей вспоминал, что волна сносила не только дома, но и прилавки вместе с покупателями на Быховском рынке:

«Насыпь 20-метровой высоты была снесена на всю высоту и ширину в десятки метров. По улице всплывали с фундаментов деревянные дома вместе с мебелью и людьми, их несло в Днепр. Были срезаны два каменных моста, разрушены водопровод и электросеть, снесены жилые дома по всей улице, на пригорке была затоплена баня с посетителями. Был снесен весь Быховский рынок с прилавками, ларьками, торговцами и покупателями. Рельсы со шпалами повисли на большой высоте над проемом железнодорожной насыпи».

А это история могилевчанки Галины Ивашненко, опубликованная в одной из местных газет:

«Дом, в котором жила наша семья (бабушка, мама, я и маленький брат), стоял на склоне горы к Дубровенке. Мы услышали гул, грохот, крики. Поток воды нес огромные льдины, они врезались в здания. Два дома, стоявшие впереди нашего, смыло и унесло течением. В наш дом льдины не ударили, но его стало быстро заливать водой, мы не успели выскочить. Мама скомандовала: „Лезьте на печку!“ А вода продолжала подниматься, она уже была нам по шею, бабушка молилась богу… Середина печки провалилась, но мы каким-то чудом удержались. Потом вода пошла на спад. Наводнение длилось минут 20—25. Вода посшибала в доме все двери, на полу — полуметровый слой песка. Выходим: от соседних домов одни фундаменты остались, все вокруг песком засыпано. Пришедшие люди удивлялись, что мы не утонули. К счастью, наших ближайших соседей в момент беды не было дома, они тоже остались в живых. Но людей погибло много. Большая вода разрушила одноэтажную каменную баню, смыла Быховский рынок со всеми, кто там находился. Был базарный день, моя мама тоже была на рынке, вернулась оттуда за полчаса до наводнения…»

Сколько людей погибло во время наводнения

По разным данным, в той трагедии погибло до 2 тыс. человек, было уничтожено 129 домов. В списках пострадавших, переписанных властями, десятки фамилий: Четыркины, Пуховская, Герасимович, Говорако, Бедуленко, Лысоковский, Путром, Башкирова, Синичкина, Моисеев, Березко, Савощик…

Владельцы 60 застрахованных домов впоследствии получили выплаты за утраченное имущество. Некоторым ущерб компенсировали продуктами: 17 пострадавших выдали по 22 килограмма гречихи, 32 килограмма ячменя и 20 яиц.

Галина Ивашненко вспоминала, что ее семья никакой помощи так и не получила, а на земле, занесенной илом, ничего не росло: «Наша семья выжила благодаря тому, что продавали на базаре соль, которую находили на кожзаводе (она была коричневого цвета), родственники, жившие в Луполово, помогали… Соседей тоже приютили их родные и близкие».

Как рассказала Александра Буракова, некоторые могилевчане увидели в трагедии мистическое знамение: дескать, пострадали те, кто заселил дома, в которых прежде проживали могилевские евреи.

Что сейчас напоминает о цунами в Могилеве

За долгие годы районы города, по которым прошел поток воды, существенно преобразились. Но мелкая и извилистая Дубровенка сохранилась — как и десятки домов, раскинувшихся по могилевским склонам.

А на месте старого Быховского рынка сегодня также работают продовольственные ряды.

Долгие годы о трагедии предпочитали не вспоминать. Как рассказал нам Данилов, на протяжении десятилетий в Могилеве с ним почти никто не заводил разговоров на эту тему, люди старались обходить ее стороной.

Возможно, о случившемся так и не узнали бы, если бы не старые фотографии, которые показали весь масштаб катастрофы. Сегодня о трагедии часто рассказывают в местном музее, у насыпи над Дубровенкой проводят экскурсии, а местные энтузиасты надеются, что однажды в память о погибших установят мемориальную табличку.

Читайте также:

• Белорусское «цунами». Как из-за немецкой бесхозяйственности была смыта часть Могилева с людьми

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by