Минск накануне бури: повседневная жизнь в 1915—1916 годах

На снимках 1915—1916 годов Минск выглядит привычным губернским центром начала века: со столбами телеграфных проводов, движением конных повозок и первых автомобилей, с вывесками множества мануфактур на фасадах. От булочных тянет сладким тестом и жареным кофе, с базаров доносится запах солений и дыма, а у мостовой — лошади, деготь и керосин.

Некоторые старые черно-белые фотографии Минска мы раскрасили с помощью нейросетей — чтобы погружение в эпоху стало чуть более живым и наглядным.

Вот мост через Свислочь (нынешняя улица Богдановича). За ним виднеется старая застройка улицы Зыбицкой и крыши Верхнего города.

Еще один узнаваемый ракурс — Свято-Духов кафедральный собор. На фасадах соседних домов видны вывески магазинов. Прохожие спешат: кто в лавку, кто на службу.

А вот Захарьевская улица с видом на отель «Гарни». Конные повозки и автомобили сменяют друг друга, на тротуарах много людей. Шум, суета, улица полна голосов и привычных забот.

В этих снимках застыла повседневность города: торговцы открыли свои лавки, прохожие торопятся по делам, колокола собора звенят над площадью — и все это на фоне невидимой для фото тревоги, которая уже витала в воздухе. Шла Первая мировая война, и линия фронта постепенно приближалась к Минску.

Город в те годы был крупным железнодорожным узлом, через который шел поток войск на Северо-Западный фронт. Каждый день станция дышала громом колес: армейские эшелоны, санитарные поезда с ранеными, вагоны беженцев из западных губерний, прибывающих в Минск с пустотой в глазах.

На улицах появлялись госпитали, развернутые в городских зданиях, и волонтеры с корзинами и пеленками. Женщины, дети и старики включались в помощь фронту.

На фото ниже — санитарные повозки, в которых проводились операции.

А это уже братское военное кладбище в районе Старовиленского тракта. Оно появилось в 1914 году, в первые месяцы войны. По некоторым данным, здесь покоится около пяти тысяч человек.

По мере того как фронт приближался, Минск тоже начал готовиться к возможной эвакуации. Фото ниже подписано в электронном архиве как «Крещенская улица. Вывоз колоколов». Это 1916 год. Вероятно, ценную церковную утварь и колокола пытались заблаговременно переместить на восток, чтобы уберечь от захвата. На заднем плане кадра — доминиканский костел Святого Фомы Аквинского, стоявший когда-то на краю нынешней Октябрьской площади. Его снесли в 1950-х.

На рынках уже ощущался дефицит: цены росли, некоторых продуктов не хватало, топливо и уголь ускользали из рук. В воздухе витало ощущение надвигающейся большой опасности.

Ухудшение бытовых условий, потеря веры в успешное ведение войны, рост протестных настроений среди рабочих и солдат — все это давало почву для социалистических и революционных идей. В 1915—1916 годах полноценной революции еще не было, но фон уже накапливался. Усиливалась работа партий (эсеров, большевиков и др.), профсоюзная и солдатская агитация, особенно в армейских и тыловых узлах. Уже в 1917-м массовая политическая борьба в городе стала по-настоящему заметной.

Нажмите на баннер, чтобы прочесть историю минского дома, где прошел первый съезд РСДРП

1917-й в Минске: митинги, Советы, надежды и тревоги

В конце февраля — начале марта 1917 года в Петрограде произошла политическая ломка, вошедшая в историю как Февральская революция. Массовые демонстрации, забастовки и падение дисциплины в армии привели к краху дворцовой власти: император Николай II отрекся от престола, и на руинах монархии быстро возникло Временное правительство, составленное из депутатов Государственной думы, кадровых политиков и умеренных социалистов.

Одновременно на политическую сцену вышли Советы рабочих и солдатских депутатов, которые получили широкое доверие населения. В результате образовалось «двоевластие»: формальная администрация и параллельные советские структуры сосуществовали и соперничали за реальную власть и ресурсы.

Минск отреагировал на события столичной революции достаточно быстро: активизировались солдатские комитеты и рабочие организации, на предприятиях и в гарнизонах стали избирать делегатов и созывать собрания. Вскоре сформировался Минский Совет рабочих и солдатских депутатов, который взял на себя практические функции — координацию помощи раненым, снабжение, контроль транспорта. Формально городская дума, земство и администрация продолжали работать по старым правилам, но реальные решения все чаще принимали именно Советы, получившие доверие жителей.

С 7 по 9 апреля 1917 года Минск стал площадкой Первого фронтового съезда военных и рабочих депутатов Западного фронта. В городском театре (нынешний Купаловский) собирались делегаты из частей, железнодорожники и рабочие тыла — обсуждали условия войны, продовольствие и организацию Советов.

А 9 апреля по городу прошла многотысячная манифестация рабочих, солдат и служащих, объединенная антивоенными и революционными лозунгами «Земля и воля! Власть Советам!» Вся эта толпа двигалась колоннами под звуки «Марсельезы» — впечатляющее зрелище, память о котором сохранилась и на фотографиях, и в описаниях современников.

1 мая 1917 года Минск впервые отметил праздник труда открыто — без страха и запретов. На старых снимках видно, что вся площадь перед Виленским вокзалом забита людьми. В толпе — плакаты «Долой министров-капиталистов!», «Вся власть Советам!» Люди шли с надеждой, но и опасения было не скрыть: положение на фронте оставалось тяжелым, и война все ближе подбиралась к Минску.

Летом 1917-го Минск жил ожиданием перемен. Но чем жарче становилось, тем сильнее закипали страсти. Прошли выборы в городскую думу, которые показали, что общество раскололось. Одни верили Временному правительству и хотели «спокойного порядка», другие — большевикам, обещавшим землю и конец войне. В городе все чаще собирались митинги, звучали революционные лозунги, а споры о будущем длились часами.

На фото ниже — манифестация на Соборной площади (нынешняя площадь Свободы). На заднем плане — узнаваемый фасад костела Девы Марии. Слева от него — торец дома губернатора, а справа — башня бывшего иезуитского коллегиума, которая была снесена вскоре после Второй мировой войны.

Осенью 1917-го большевики решают брать власть в свои руки. Ночью 25 октября (7 ноября по новому стилю) в Петрограде начинается восстание: боевые отряды Красной гвардии и революционно настроенные солдаты захватывают мосты, телеграф, ключевые здания власти. К утру Временное правительство свергнуто, и на Втором Всероссийском съезде Советов большевики и левые эсеры объявляют себя единственной властью России, формируя Совет народных комиссаров во главе с Лениным.

Новость о победе большевиков в Петрограде быстро дошла до Минска, и события стали развиваться стремительно. Уже вечером 25 октября власть в городе перешла в руки Минского Совета рабочих и солдатских депутатов. Главной оппозиционной силой стал Комитет спасения революции (февральской) — эсэры, меньшевики, бундовцы и националисты, требовавшие контроль над городом. Но к началу ноября в Минск прибыли революционные солдаты с Западного фронта, а с другими частями их поддержка закрепила перевес в пользу большевиков. Комитет распустили, и власть окончательно осталась за Советом и Военно-революционным комитетом Западного фронта.

Горожане смотрели на это с разными чувствами: одни — с верой в лучшее, другие — со страхом и недоверием. На улицах мелькали солдаты, толпы обсуждали последние новости, шум городских площадей смешивался со слухами о фронте и будущем страны. Казалось, город стоял на пороге чего-то огромного — и никто еще точно не понимал, какое будущее ждет впереди.

Минск под чужой властью: жизнь в немецкой оккупации

Власть Советов в Минске оказалась недолгой. Уже в феврале 1918-го немецкие войска подошли к городу и заняли его почти без боя. На улицах появились немецкие патрули, на вокзалах — их эшелоны, а привычный ритм жизни оказался нарушен.

На фото ниже — немецкие войска на Соборной площади. Справа вверху — Петропавловский собор после реконструкции в псевдорусском стиле. Его снесли в 1930 году, а в 2011-м восстановили в первоначальном виде.

Под властью оккупантов город жил в постоянном напряжении. Цены росли, товаров на прилавках не хватало (даже продуктов первой необходимости), уголь и дрова становились дефицитом. Предприниматели пытались вести дела под строгим контролем немцев, а местная администрация исполняла требования оккупационных властей.

В марте 1918-го с согласия оккупационных властей была провозглашена Белорусская Народная Республика. В то же время в подполье продолжали действовать большевики, готовились нелегальные организации и многочисленные группы, которые ждали момента для возвращения советской власти. Германия тем временем терпела поражение на Западном фронте, и становилось понятно: Минск стоит на пороге нового переворота.

Вот еще несколько фотографий Минска периода оккупации. На первой запечатлен сквер на Соборной площади (перекресток нынешних улиц Ленина и Интернациональной). Вдали виднеется костел Святого Фомы Аквинского, о котором мы упоминали выше.

Два следующих кадра сделаны, вероятно, с башни того самого костела. Как видно по ним, Минск тогда был совсем небольшим. За пределами исторического ядра уже просматривается частный сектор и поля с лесами.

Минск в 1918—1920 годах: от освобождения и новой оккупации до возвращения большевиков

Осенью 1918 года Германия стремительно теряла позиции на Западном фронте: союзники перешли в наступление, в самой стране вспыхнула революция, армия была деморализована, экономика оказалась на грани краха. В таких условиях удерживать восточные территории, включая Минск, стало невозможно — немецкие войска начали организованное отступление.

На смену им в город вернулись большевики. Однако их контроль оказался временным: весной 1919 года началась Советско-польская война. Польша под руководством Юзефа Пилсудского стремилась восстановить влияние на землях бывшей Речи Посполитой. В августе польские войска вошли в Минск, и город снова оказался под чужой администрацией.

Год спустя, в июле 1920-го, Красная армия отбила Минск. Польские части отступили. Так закончился многолетний хаос — с этого момента в городе окончательно установилась власть большевиков, а новая республика начала оформляться уже как часть Советского Союза.

Для жителей Минска это была не просто череда политических перемен, это были годы тревог, надежд и постоянной перестройки привычного мира. За короткий срок люди пережили падение империи, революцию, немецкую оккупацию, приход большевиков, польское наступление — и снова возвращение советской власти. Каждый новый режим приносил свои лозунги, правила и порядки.

Но несмотря на все это, жизнь продолжалась. Люди растили детей, открывали лавки, писали письма, влюблялись, хоронили близких, ждали весны. Минск менялся, но оставался городом, в котором жили — и пытались жить — как могли.

Нажмите на баннер, чтобы узнать, как отмечали День Октябрьской революции в 1980-х

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by