463
06 января 2021 в 9:10
Автор: Евгения Штейн. Фото: Анна Иванова

Реальная Беларусь. Так живет бизнес-леди, открывшая кафе в городе-полупризраке

Когда представляешь себе самый маленький город Беларуси, воображение рисует открытки мощеного предместья с черепичными крышами. Но на деле звание «самый маленький город» может означать только одно — что из города почти все уехали. Или здесь все умерли. Или были расстреляны. Исторически Дисна — это кристально-снежный, покрытый таинственными туманами Сайлент-Хилл, унесший души живых в царство мертвых. В войну здесь были расстреляны 3800 евреев, больше половины населения города. И за 78 лет, минувших с тех пор, Дисна так и не смогла выбраться из этой демографической ямы. Процветающий польский уезд превратился в депрессивный городишко на Севере Беларуси. Сейчас многие считают кончину Дисны неизбежной: все предприятия обанкротились и закрылись, нет смысла здесь жить, ждать чего-то и каждый день наматывать по 80 км, ездя на работу в Новополоцк. Но некоторые жители города не хотят его хоронить. Одна из них — Наталья Островская, мечтает, чтобы Дисна стала туристической Меккой, ведь здесь и природа, и архитектура, и одна на всех большая могила, над которой каждое лето молчит интурист. В мае 2019 года Наталья Федоровна открыла в городе кафе, вложив крупную сумму денег. Затраты на ремонт обещали зачесть в стоимость аренды, но стороны не сошлись по цифрам, и едва открывшееся кафе оказалось на грани разорения. О жизни бизнес-леди в белорусском городе-полупризраке — репортаж Onliner.

Дорога на Дисну — это не скоростная трасса между Минском и Витебском, а заснеженный путь в четыре часа езды, на последнем часу которого не повстречается ни одного захудалого городишки. Только столбы, ели, луковицы с крестами, билборд с Янкой Купалой, в очертаниях которого угадываются усы Сталина, «буханки», темно-зеленые грузовики, накрытые брезентом, и люди в телогрейках и с хмурыми лицами, вышагивающие среди снегов.

Город со всех сторон огибают реки Дисна и Западная Двина. Во времена речного судоходства это было благословением, теперь оказалось проклятьем. Как жить в городе, отрезанном от цивилизации большой водой, если даже в Луночарское, которое находится в 500 метрах отсюда, зимой приходится мотать в объезд 100 км? До заморозков работает паромная переправа, но как только приходит старуха-зима, десятки жителей Дисны, работающих в Луночарском психоневрологическом интернате, забиваются в легковушки, сбрасываются на бензин и преодолевают 100 км просто для того, чтобы попасть на работу. В самой Дисне работы почти нет, зато почти у всех автомобили. Не от хорошей жизни, а от плохой.

Есть у Дисны и более стратегические соседи — тот же Новополоцк. На работу в Новополоцкий ЛПДС из Дисны ездят сотни человек (говорят, там зарплата целых 800 рублей), но свое звание спального района Новополоцка городок не особо оправдывает: от койко-места до кормушки — 40 км. За день выходит все 80 км. Люди, конечно, крутятся, работают в три смены, чтобы не возвращаться в столь дальний «спальник», но жить в таком режиме тяжело, и народ любой ценой старается перебраться поближе к месту работы.

По меркам 2021 года спальный район из Дисны так себе. Жители царственных двухэтажек с изысканной кирпичной кладкой на фасаде пользуются уличными туалетами типа «сортир», а моются в городской бане. Газ до города добрался только в 2014-м. Потом стало ясно, что в свете ввода Белорусской АЭС смысла в дорогостоящей газовой трубе немного: страна начала внедрять электроотопление. Но, кажется, в Беларуси принято мыслить пятилетками, а 2014 год — это прошлая пятилетка.

Кафе и райпо

На фоне руин старинной архитектуры, местами одетых в дешевый пластиковый сайдинг, в городе, который ничего не производит и интересен только своим рекордно малым размером, местная жительница Наталья Островская решила открыть кафе. Единственное в Дисне, второе в Миорском районе. Наталья Федоровна убеждена: Дисна не только способна привлечь туристов, но и делает это каждое лето. А если наладить здесь туристическую инфраструктуру, летом будет не протолкнуться от приезжих. Да что там туристы — даже жители города, по словам женщины, не упускают возможность сходить в заведение. Последние дни старого года кафе работало до глубокой ночи, и не было отбоя от клиентов.

До Натальи Федоровны помещение кафе пустовало три года. А раньше, еще с советских времен, в здании находился казенный ресторан, принадлежавший Миорскому райпо. Ресторан разорился незадолго до банкротства своего владельца. Годы эксплуатации и заброшенности не пощадили отделку: потолок «мироточил», краска пошла струпьями, деревянный пол был взъерошен, а где-то его и вовсе не наблюдалось. Под потолок приходилось подставлять восемь тазиков, чтобы поймать всю воду.

И арендатор Наталья Федоровна, и арендодатель Миорское райпо понимали, что помещению необходим ремонт. Поэтому они договорились, что заказчиком ремонта будет райпо, подрядчиком — Наталья Федоровна, а стоимость материалов и выполненных работ зачтется хозяйке кафе в счет аренды.

Этот момент в договоре прописан так: «Общая стоимость проведенного арендатором текущего ремонта не должна превышать 6300 бел. рублей. Окончательная сумма подлежит согласованию после проведения всего объема ремонтных работ, согласно предоставленных арендатором актов выполненных работ».

Наталья Федоровна понесла дополнительные затраты, и ремонт вышел не за 6300, а почти за 15 000 рублей. Но акт выполненных работ подписала председатель райпо, будто бы согласившись с такими затратами. Однако в мае 2019 года Наталье Федоровне как ни в чем не бывало выставили счет за аренду помещения, словно и не было никаких договоренностей о взаимозачетах. Бизнес-леди решила не платить. С тех пор прошло 20 месяцев, а она все так же не платит, ведь есть договор и есть акт выполненных работ, подписанный заказчиком.

— До подписания договора аренды я не имела права вскрыть пол, систему отопления и понять, в каком состоянии они находятся. В райпо говорили, что все исправно, и я им верила. Вскрыла пол — он оказался сгнившим. Трубы отопления были ржавые, забиты песком. Поэтому ремонт обошелся дороже, чем я предполагала. Райпо было в курсе, что я потрачу больше денег, и даже подписало предварительную смету на 15 тыс. рублей. С комиссией проверяли работу. Подписали акт выполненных работ. А теперь получается, что я сделала ремонт в чужом помещении и должна за 20 месяцев аренды еще 8000 рублей, — говорит Наталья Федоровна.

У председателя обанкротившегося райпо Ирины Федукович несколько иное видение ситуации:

— Перед тем как заключить договор аренды, мы предупредили Наталью Федоровну, что здание будет продаваться, поскольку мы уходим в стадию банкротства. И больших денег сюда вкладывать не надо, оценщики их не учтут. Сговорились на сумме 6300 рублей. Она прикинула, что этого будет достаточно, чтобы придать помещению более-менее приглядный вид. А потом начала самовольничать и вкладывать больше денег, чем надо. Смету составила так, что даже прибыль себе заложила в качестве строительной организации, применила не те коэффициенты, не предоставила накладных на закупку стройматериалов. Я отдала смету нашему производителю работ и попросила перепроверить с более компетентными людьми, но он ни к кому не обратился, просто подписал акт. Время шло, мы уходили в банкротство, и Островская потребовала немедленно подписать акт. Я только начала подписывать и вижу — сумма не совпадает. Открыла папку в столе, чтобы посмотреть, на какую сумму мы сошлись во время заключения договора аренды. И обнаружила, что там совсем другая сумма. В договоре четко написано: не более 6300 рублей. Эту сумму мы готовы ей зачесть. Но для этого нужны все документы.

Такая непонятная ситуация длится уже 1,5 года. Последние несколько месяцев Наталью Федоровну интриговали расторжением договора аренды, если она не заплатит по счетам. За все это время предпринимательнице не зачли даже те 6300 рублей, на которые заранее договорились.

Очень малая Родина

Наталья родилась в Дисне. В молодости уехала в Москву: общительной и активной девушке был не по душе замедленный темп жизни депрессивного городка. Потом семейные обстоятельства вынудили вернуться: умер отец, а больная сестра и пожилая мать остались одни, и им нужна была помощь. Наталья вернулась в родные пенаты, погрустила о столичной жизни и с тех пор пытается жить в Дисне так, как когда-то жила в Москве.

Недавно выиграла европейский грант на благоустройство местного сквера, высадила в нем аллею сирени и кустики самшитов. Пока что вся эта потенциальная красота покоится под снегами, но скоро разрастется и зацветет бурным цветом.

Теперь Наталья Федоровна готовит заявку на другой европейский грант — для обновления старой дубравы, что стоит над Западной Двиной. Говорит, что когда-то в парк вели роскошные кованые ворота и каждый день в нем играл оркестр, а теперь даже дубы-великаны съедены временем изнутри.

Кроме парка, сквера и кафе у Натальи Федоровны был еще один славный проект — реконструкция местного дореволюционного здания. Здание — это, впрочем, громко сказано. Когда женщина его купила, в нем не было ни крыши, ни перекрытия, только внешние стены с сохранившейся кирпичной кладкой. Хотела отремонтировать дом и жить в нем, но в итоге купила готовый, а спасенное здание из красного кирпича теперь служит мастерской для ее мужа.

У двухэтажки появилось перекрытие, лестница на второй этаж, окна и крыша. Кстати, муж Натальи Федоровны — местный художник. Это он оформил кафе в стиле морской каюты, это его осенние фотографии украшают сайдинг на стенах, это его барная стойка из дерева, залитая плексигласовой смолой, символизирует могучую реку, имя которой носит кафе.

Не всем постройкам в Дисне так везет: прямо за двухэтажкой — квартал заброшенных домов, в которых до войны жили дисненские евреи. Теперь они лежат в братской могиле, а довоенные здания с целой кирпичной кладкой за 80 лет так никому и не пригодились.

Жилые многоквартирные дома в Дисне тоже выглядят грустно. Например, бывшая гимназия из красного кирпича, с широкой лестницей и роскошными коваными перилами, с четырехметровыми потолками сегодня выполняет функцию жилого дома, но жить в нем особо никто не хочет: половина квартир заброшена, половина окон забита. Из благ цивилизации внутри — только электричество.

Что говорят власти о 100 км до работы зимой

По подсчетам Дисненского горисполкома, в Луночарском доме-интернате на 1 января 2020 года работало около 40 человек. В январе, феврале и марте добираться им на работу туда в объезд — 100 км. Паромная переправа работает 9 месяцев в году, а люди — 12. Но мост здесь не построят — слишком затратно ради 40 работников.

— Собственник парома открывает навигацию весной и закрывает поздней осенью, — говорит председатель Дисненского горисполкома Евгений Баран. — Это не привязано жестко к датам, все зависит от погодных условий: когда есть возможность ходить по реке — паром ходит. Когда зима, ночные заморозки, идет шуга по реке — ходить парому небезопасно. В прошлом году у нас был единственный случай, исключение из правил за много десятилетий, когда погодные условия сложились таким образом, что паром не останавливал навигацию. Мы неоднократно выходили на нанимателей этих людей, договаривались, чтобы каким-то образом компенсировать людям расходы на дорогу. Понятное дело, мотать 200 км в день — это не только тяжело, но и накладно. Но люди как-то кооперируются, ездят вместе, меняются сменами, чтобы сразу три смены отработать, не возвращаясь домой, а потом отдыхать. Необходимость строительства моста через Западную Двину сейчас отсутствует. Чтобы построить мост, нужны очень серьезные основания.

...О полужилых развалинах, ремонте и новостройке

— Некоторые здания довоенной постройки раньше принадлежали дисненскому Комбинату строительных материалов, — продолжает председатель Дисненского горисполкома. — Примерно в 2010 году эта организация обанкротилась и прекратила свое существование. Двухэтажные дома, которые стояли у них на балансе, перешли на баланс ЖКХ. Они были обследованы на предмет износа и возможности реконструкции, и сегодня планомерно идет их текущий и капитальный ремонт.

Два старинных здания уже отремонтированы: бывшая гостиница, которая сейчас стала жилым домом, и больница сестринского ухода на 40 койко-мест. На следующий год из бюджета заложены средства на ремонт двухэтажного здания по ул. Кирова.

В этом году в Дисне дополнительно газифицировано 12 улиц с возможностью подключения более 100 домов. Построена система водоснабжения-водоотведения нашего поселка. Более чем в 240 квартир мы провели абсолютно новый водопровод и водоотведение. В этих квартирах проживает порядка 500 человек, качество воды там стало намного лучше. Кроме того, достраивается 9-квартирный дом для отселения людей из аварийного жилья.

...Об умирающем городе без работы и перспектив

На 2020 год в Дисне зарегистрирован 1341 житель, реально же не проживает и 1000 человек, говорит Валерий Драбо, зампред Миорского райисполкома.

— Дисна умирает? Точно так же можно сказать и про весь Миорский район: если 30 лет назад в районе было 40 000 населения, то сейчас — меньше 20 000. Да, было время, когда Миоры были крошечным поселением, а Дисна процветала, потому что стояла на судоходной реке и торговала льном. Но затем была построена железнодорожная ветка, и вся экономическая жизнь переместилась на железную дорогу. То один регион развивается, то другой.

Когда я встречаюсь с населением Дисны, они рассказывают, что сделали все, чтобы дети оттуда уехали. Взяли кредиты на обучение, хотя кто-то из детей, может, и не тянул эту учебу, судя по школьным оценкам... А теперь заметили, что в Дисне-то, оказывается, почти никто не живет! Я спрашиваю родителей: а что вы сделали, чтобы ваши дети здесь остались? Ничего. Но это жизнь, люди ищут, где лучше.

Да, в советское время была промышленность, консервный завод. Консервы были востребованы военными. Когда не стало СССР, люди перестали покупать советские консервы. Я у местных жителей спрашиваю: вы много консервов купили в магазине? Нет, говорят, не покупаем. Хотят, чтобы завод работал, но никто его продукцию не покупает. Так сложился рынок в республике, что не востребовано все это было.

Дисна — красивый, исторический город. Мы стараемся по возможности вкладываться туда. Она получает больше денег, чем райцентр Миоры. Нам импонирует, что у нас самый маленький город в республике. И мы заинтересованы в том, чтобы в нем развивался туризм. Но сейчас, когда в Дисне нет производств, она становится таким... дачным городом. Бывшие жители приезжают туда на лето.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш Telegram-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Евгения Штейн. Фото: Анна Иванова