«Чувствую себя подопытной крысой». Дневник белоруса, который «застрял» в Брюсселе в разгар эпидемии

37 150
310
19 марта 2020 в 8:00
Источник: Владимир Васильев. Фото: автор

«Чувствую себя подопытной крысой». Дневник белоруса, который «застрял» в Брюсселе в разгар эпидемии

Еще недавно жизнь белорусского журналиста Владимира, который живет в Бельгии вместе с семьей, была распланирована на несколько недель вперед: встречи, переговоры, командировки и долгожданная поездка домой в Минск на время школьных каникул дочери. Но пандемия заставила провести каникулы на чужбине и соблюдать невольный «карантин», в необходимости которого у Владимира большие сомнения. Сейчас он уже ничего не планирует. Вместо этого ведет дневник о том, что происходит в магазинах Брюсселя, на городских улицах и в головах людей.


Второго марта после недельных каникул на родине мы возвращались из Минска в Брюссель. Европа только привыкала к ощущению опасности. Тепловизоры на выходе из таможенной зоны, видеожурналисты, тщетно выискивающие в толпе людей в масках, — все это расслабляло и напоминало какую-то игру. С улыбкой я махал телекамерам.

На следующий день тревожные новости из Италии подняли тему коронавируса в число топ-новостей. Словно снежный ком сорвался с итальянских Альп и покатился в сторону остальной Европы. Итальянское правительство стало принимать срочные меры, но свободолюбивая молодежь по-своему на них реагировала. Раз не надо идти в школу или университет, значит, можно собираться в клубах, на дискотеках. Ведь вирус — это грипп, заразился — не беда, переболеешь. Пошел резкий рост летальных исходов. Вслед за учебными заведениями стали закрывать кафе, концертные залы, аэропорты. Четвертого марта я должен был лететь в Милан на важную встречу, но ее пришлось отложить.

Брюссель в ожидании

Брюссель пребывал в оцепенении. Официально в стране было всего два зараженных коронавирусом, но люди активно скупали маски и антисептики, превращая их в дефицит.

Четвертого марта, зайдя в аптеку недалеко от нашего дома, я узнал, что российское посольство заранее скупило несколько тысяч масок для своего персонала. И это при том, что цена на них была почти 12 евро. Объехав несколько соседних аптек, нашли антисептик в стандартной заводской упаковке по цене 4,5 евро за 50 мл. Спустя пару дней мы узнали, что местные производители наладили его поставки. Пластмассовая бутылочка емкостью 100 мл продавалась за 10 евро.

В субботу, 6 марта, был матч нашей команды по волейболу. Всех предупредили, что рукопожатия спортсменов запрещаются. Игроки отнеслись к этому с юмором, предложив протирать мячи антисептиком, но внутри команды все равно пожимали руки и даже не отказались от традиционного в Бельгии «мужского поцелуя» щеками при приветствии. Моя сдержанность по этому поводу выглядела почти вызывающей.

А через три дня все матчи нашей и национальной лиги, как и все спортивные мероприятия в Бельгии, были отменены.

Началось

Восьмого марта мы хотели пообедать в китайском ресторане, но решили ограничиться домашними блюдами папиного приготовления. Неизвестность, растущие цифры количества заболеваний и летальных исходов в Китае, Италии, беспомощность из-за отсутствия достоверной информации побудили провести этот праздник дома. Тем более что монитор зараженных коронавирусом резко пошел в рост, достигнув отметки в 200 случаев.

Брюссель зашевелился. Об ажиотаже в магазинах мы узнали, когда приехали купить килограмм муки, бутылку подсолнечного масла и пару йогуртов на завтрак. Около полудня полки с мукой были пусты, на стеллажах с подсолнечным маслом стояла пара бутылок.

Услышав знакомую речь, я спросил у пары пожилых португальцев, зачем они покупают сразу 30 (!) килограммовых пакетов муки, 10 килограмм сахара и 20 бутылок подсолнечного масла? Мои собеседники, словно извиняясь, произнесли простую фразу: «Жизнь не легкая».

Потом я понял: этот большой 60-килограммовый набор обойдется моим знакомым всего в 37 евро. Но с ним семье из двух человек можно не ходить за покупками почти два месяца. Тем не менее поддаваться панике мы не стали, хотя на фоне покупателей с перегруженными тележками выглядели как белые вороны. Через 3—5 дней этот «хапун» должен был сойти на нет: самые тревожные граждане заполнят свои холодильники и успокоятся, а поставки продуктов не прекратятся.

Пятница, 13-е

А затем наступила пятница, 13 марта. Число заразившихся коронавирусом в Бельгии поднялось до 399 человек, при этом было всего три летальных случая, то есть менее 1%. А в Италии, перехватившей «инициативу» у Китая, смертность составляла около 10%.

С 16 марта бельгийские власти приняли решение отменить занятия в школах. Если работающим родителям не с кем было оставить ребенка, они по-прежнему могли водить его в школу, давая с собой бутерброды (школьные столовые тоже перестали работать), но таких людей было очень мало.

В субботу, пакуя чемоданы, мы узнали, что вслед за Венгрией границы закрывают Украина, Чехия, Литва и, главное, Польша. Наш план вернуться в Минск на своей машине сорвался. И решение «пересидеть лихие времена» у себя на родине пришлось поменять на вынужденный карантин на чужбине.

Признаюсь, было чувство, что мы в заложниках.

Домашний карантин

В субботу начался наш домашний карантин. Проведя инвентаризацию холодильника, морозильника и кухонных полок, мы решили, что продуктов на две недели хватит. Мы решили строго следовать предписаниям бельгийских властей: работать удаленно и по возможности ни с кем не контактировать.

При этом домашний карантин не обязывает вас безвылазно сидеть дома. Можно гулять, избегая контакта с другими жителями. Главное, иметь при себе телефон для вызова скорой и автомобиль, припаркованный неподалеку. Наша семья неукоснительно следует этим рекомендациям.

Две недели спустя

Вторник, 17 марта. В Бельгии — 1243 заболевших, 10 умерших и 1 вылечившийся. Транспорт работает, но на остановках меньше людей, чем обычно. Возле школ пусто, словно начались большие летние каникулы. Опустели туристические улочки, появилось много свободных мест, чтобы запарковать машину, да и трафика поубавилось. Там, где обычно бывают пробки на светофорах, пусто, как ранним воскресным утром. Людей в масках на улице почти не видно: одни считают, что это бесполезно, другие — что дорого, поскольку одноразовая маска стоит от 10 до 12 евро. Но я заснял пару ребят для примера.

Зато люди надевают свитера с большими воротниками, чтобы использовать их в качестве маски-респиратора. Даже военные так делают.

Продуктовые супермаркеты, особенно в иммигрантских районах, живут своей новой сумасшедшей жизнью. Мука, сахар, макароны, рис, подсолнечное масло и консервы в лидерах по объему продаж. И, конечно же, туалетная бумага. Говорят, что некоторые научились изготавливать из нее домашние маски-респираторы.

От паники к цифрам

Недавно я разговаривал по телефону с бельгийцем, который убежден в том, что для паники нет причин: «Если ситуация будет в 100 раз хуже, чем сегодня, и коронавирусом заболеют 100 000 бельгийцев, то это будет всего 1% от 10-миллионного населения Бельгии. В твоем окружении будет болен всего 1 из 100. За неделю по работе и в жизни ты вряд ли встречаешь 100 человек. И если процент умерших будет таким же высоким, как сейчас в Италии, то умрет 1 из 1000 жителей Бельгии. В обычной жизни по другим причинам смертность намного выше».

Как бы цинично ни выглядели эти расчеты, не согласиться с ними трудно. Я начинаю чувствовать себя подопытным зверьком на полигоне, где сильные мира сего испытывают новое биологическое и психологическое оружие. И с большей остротой осознаю, насколько хрупок мир людей, в котором лично ты ничего не можешь изменить.

Хроника коронавируса в Беларуси и мире. Все главные новости и статьи здесь

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Источник: Владимир Васильев. Фото: автор
Без комментариев