468
21 июня 2019 в 8:00
Автор: Дмитрий Мелеховец. Фото: Александр Ружечка

Минчане три месяца делали ремонт в квартире, а потом застройщик «передумал». Кто за это заплатит?

Квартиру в старенькой двухэтажке на улице Крамского Виктории и Глебу подарили на свадьбу. 60-летний дом давно просил о починке: там уже много лет протекала крыша, а со стен подъезда буквально отваливалась штукатурка. Но о проведении капремонта жильцы уже и не мечтали: все прекрасно понимали, что однажды постройку снесут ради новых высоток. Новость о сносе, как это часто бывает, пришла совершенно неожиданно: люди просто получили уведомление о скором выселении. Минчане довольно быстро нашли общий язык с застройщиком, получили ключи от новой квартиры и тут же кинулись приводить ее в порядок. Молодая семья потратила на ремонт около 12 тыс. рублей и трех месяцев жизни, однако теперь все их усилия оказались под угрозой. Застройщик вдруг «передумал», потребовал освободить квартиру и вернуться в двухэтажку. Рассказываем о нетипичном конфликте и пытаемся найти логику в поведении сотрудников «Топзапэлектро».

Снос

У Вики и Глеба Сиповичей обычная белорусская семья. Мужчина работает водителем в автобусном парке, Вика воспитывает сына, который нуждается в постоянном уходе: у мальчика тяжелая форма бронхиальной астмы. Накопить на собственную квартиру у них вряд ли бы получилось, но дедушка Глеба решил сделать щедрый подарок и переписал на них свою «двушку». В ней семья прожила восемь лет, прежде чем из Мингорисполкома пришло уведомление о сносе.

— Мы пошли в «Топзапэлектро» (компания, которая выступает застройщиком участка. — Прим. Onliner) с письменным заявлением о том, что хотим квартиру. Дело в том, что нашу старую квартиру оценили всего в $42 800. Квартирка у нас небольшая: две неплохие комнаты (12 и 15 метров), но маленькая кухня, очень маленький коридор и совмещенный санузел. Поэтому деньгами мы решили не брать.

На встрече застройщик сказал нам: «Вам положено 45 квадратных метров на троих, значит, будет однокомнатная квартира в нашей новостройке». Нам такой вариант не очень нравился. От «двушки» на девятом этаже мы тоже отказались: у нас ребенок с инвалидностью, и по закону нам не могут выделять жилье выше третьего этажа. После этого застройщик предложил нам самим найти жилье, и мы, конечно, согласились, — рассказывает Виктория.

Подобрать подходящий вариант у ребят получилось довольно быстро: буквально в пяти минутах ходьбы от их старого дома продавалась небольшая по площади «трешка», как раз подходящая им по стоимости. Правда, был один нюанс: ремонт там был просто ужасный, выглядела она как самый настоящий притон.

— Когда-то милиция из этой квартиры просто не вылазила. Это могут подтвердить все соседи, которые натерпелись с прошлыми жильцами. Здесь не было ни окон, ни дверей, ни банально сантехники — не было ничего. Но квартира по метражу была на 7 метров больше, чем нам положено.

Застройщик сказал нам: «Раз мы вам даем квартиру большей площади, ремонт делаете за свой счет». Конечно, мы согласились! Это был отличный вариант для нас, — продолжает минчанка.

Со слов хозяйки, такие условия устраивали обе стороны, поэтому они практически сразу подписали соглашение и получили ключи. Виктория говорит, что застройщик поставил четкое условие: ремонт должен быть сделан в течение трех месяцев, иначе — штраф. Такую спешку ребятам объяснили правилами передачи жилья в собственность: специалисты должны оценить квартиру и убедиться, что жилье пригодно для жизни.

«Притон»

— В ноябре мы подписали договор найма и начали делать ремонт. Нам сказали, что если за три месяца не сделаем, будут большие штрафы: по 10 базовых в сутки.

Мы активно взялись. К нам соседи приходили ругаться, потому что делали мы допоздна: надо было успеть. Потом мы, конечно, подружились со всеми, но в тот момент для них это было невыносимо. Меняли дверь — стояла пылища на весь подъезд, делали окна — было очень шумно. Но у нас не было другого выхода, — разводит руками хозяйка.

За это время они успели сделать очень многое: заменить разбитые окна стеклопакетами, поставить двери, положить ламинат и плитку, повесить натяжные потолки, выровнять стены и поклеить обои, развести электрику и проштрабить проводку (которая однажды просто заискрила после обычного звонка в дверь), установить газовый счетчик и плиту, развести воду и поменять всю сантехнику. Практически все это Глеб делал своими руками.

— У меня муж 15 лет отработал на стройке — сначала простым штукатуром, потом мастером. А когда у него проблемы со здоровьем начались, ушел в автобусный парк. Глеб буквально не спал ночами.

Когда у него уже начали краснеть глаза и его перестали пускать на линию, я сказала, что так нельзя и надо как-то отдыхать. Мы делали все, чтобы уложиться в сроки, — вспоминает женщина.

По ее словам, только на стройматериалы у них ушло порядка 12—13 тыс. рублей. Словно предчувствуя какой-то подвох, Виктория сохранила все чеки, хотя сегодня она сильно сомневается в том, что это как-то поможет.

Разворот

После окончания ремонта семья сразу переехала: им не терпелось сбежать из протекающей сырой квартиры в похорошевшую «трешку», над которой они так постарались. В тот момент из квартиры семью никто не выгонял, но и передавать жилье в собственность застройщик не торопился.

— В феврале нам позвонили и сказали, что «Белгипрозем» не хочет подписывать договор, поэтому нам придется продлить договор найма до конца марта. 31 марта мне снова позвонили из офиса, мы в тот момент как раз с сыном в больницу попали. «Срочно все бросайте и приезжайте — будем дальше подписывать договор найма до 4 августа», — говорила нам девушка, толком ничего не объясняя, — вспоминает минчанка.

Наша собеседница рассказывает, что после очередного продления срока аренды в квартиру пришли представители «Белгипрозема» и приняли новое жилье, однако проблемы на этом не закончились. Все эти месяцы семья исправно оплачивала счета по обеим квартирам. По словам Вики, зимой в среднем уходило по 250 рублей в месяц. Несмотря на это, в один момент их без особых пояснений попросили съехать и вернуться в двухэтажку, приговоренную к сносу.

— Приезжаю в офис, а мне с порога говорят: «Вы знаете, мы передумали вас сносить, так что собирайте свои вещи и возвращайтесь назад. Мы вам выплатим деньги».

Я в шоке: как это съезжать? В сносимый дом? А как же ремонт, который мы делали? Ни в одном документе не прописано, что они должны вернуть нам деньги, а наше соглашение вообще нельзя расторгнуть в одностороннем порядке. Я сказала им, что живу там совершенно законно, и предложила обратиться в суд. Они, правда, почему-то не захотели.

Со слов Вики, они были первыми, кто принял условия застройщика — соседи не торопились соглашаться на предложенные варианты и ждали чего-то более интересного для себя. По слухам, в подобной ситуации оказались несколько семей из других двухэтажек, но проверить эту информацию пока не удалось.

Бо́льшую часть денег на ремонт молодой семье дали родители, для этого Викина мама даже решила продать доставшуюся ей по наследству комнату. Женщина очень переживала по этому поводу, а потому решила позвонить застройщику самостоятельно.

— Мама дозвонилась финансовому директору и сказала, что будет жаловаться всюду, а в ответ услышала, что в таком случае мы вообще ничего не получим, — утверждает минчанка. — Но я думаю, что мы и так можем ничего не получить: все только на словах.

После всех эмоциональных разговоров и не очень содержательной переписки минчане обратились к юристу, который обнадежил их, заявив, что у них есть все шансы остаться. Виктория, правда, до конца в своей победе не уверена. По нынешним документам, они могут законно оставаться в квартире до 4 августа — пока не закончится договор аренды.

Сейчас женщина готовит заказные письма во всевозможные инстанции: для начала в Мингорисполком, прокуратуру, Следственный комитет и Министерство внутренних дел. Если и это не поможет решить конфликт, минчане планируют подавать на застройщика в суд.

— Я сама по себе очень наивный человек. Мне мама всегда говорила: «Вика, чего ты веришь всем? Зачем ты это делаешь?» А я отвечала: «Мама, этот застройщик садики дарит городу! Как можно не верить таким людям? Они же меценаты!» — смеется над собой молодая мама. — Нюансов очень много. Кроме того, что сама ситуация кажется странной (нам предлагают заехать в дом, который вот-вот должны снести, а это, на мой взгляд, вообще незаконно), есть и другие проблемы.

Во-первых, после переезда наш сын стал намного реже болеть — я связываю это с сыростью в той квартире. Во-вторых, по нашему соглашению, я должна буду выплатить огромный штраф в 50 базовых величин, если решу расторгнуть договор.

Надеюсь, что мы сможем решить все, не доводя до суда, потому что мы уже устали от этой истории. Сына даже в санаторий не можем отправить, потому что не понимаем, чего вообще ждать.

Призрак

Виктория утверждает, что в личной беседе представители ЗАО «Топзапэлектро» заявляют, что решили отказаться от выбранной площадки и не сносить дома. О приостановке реализации проекта свидетельствует и документ, который Сиповичи получили в конце мая этого года.

С вопросом о реализации проекта мы обратились в администрацию Советского района, где искренне удивились таким заявлениям.

— По нашей информации, ЗАО «Топзапэлектро» не отказалось от застройки данной территории. У нас нет никаких официальных заявлений либо писем. Я только что разговаривал с их сотрудниками, и они эту информацию не подтверждают.

Там запланирован снос двухэтажек и строительство многоквартирной жилой застройки. Если я не ошибаюсь, сносить планируют около шести домов. Вся разрешительная документация на сегодня у заказчика есть. Я точно знаю, что они делали предпроектные работы и производят проектные. Если они и решили отказаться от участка, то у нас такой информации на сегодня нет.

По вопросу переселения семьи информации у нас нет: ни заказчик, ни граждане к нам по этому вопросу не обращались. Я попросил представителей застройщика предоставить вам комментарий по этому поводу, — прокомментировал ситуацию заместитель главы администрации Советского района Максим Соколов.

Почему в документах застройщик пишет о приостановке реализации проекта и не заключенных с Мингорисполкомом договорах на разработку проектной документации, а по официальным документам все идет своим чередом, предстоит выяснить.

И это далеко не единственный вопрос, который мы хотели бы задать ЗАО «Топзапэлектро». Тем не менее вместо конструктивного общения у нас получилось только несколько очень странных диалогов.

В телефонном разговоре (его запись имеется в редакции) один из сотрудников, который положил трубку сразу после просьбы представиться, произнес лишь одну фразу, которая, впрочем, хорошо характеризует позицию компании.

— Мы хотим получить комментарий по конфликтной истории на Гамарника. Там женщина… — пытаемся объяснить суть дела собеседнику, но он сразу прерывает.

— Конкретно про женщину. У нее только договор найма. Считайте, что у нее квартира в аренде.

— Да, но насколь…

— Все! На этом точку ставим, — обрубает мужчина.

— В смысле?

— Ну все, больше комментариев не будет.

— А с кем я разговариваю?

— У нее квартира в аренде. Ну все.

— И никаких договоров вы с ней не заключали?

— Ну, у нее договор найма. Она, по сути дела, по-человечески арендует эту квартиру. Все.

— Так с кем я разговариваю?

— Все, все, все. С юристом.

На этом разговор обрывается. Позже мы снова перезвонили в компанию по телефону приемной, но на том конце провода ответили, что юриста-мужчины в компании вообще нет, кто отвечал на звонок, никто не знает, а «бегать по офису и искать никто не будет».

Через несколько дней нам все же удалось дозвониться до заместителя генерального директора Игоря Иосифовича Дюшко, однако комментировать ситуацию он отказался, добавив, что гражданка Сипович вправе обратиться в суд.

Мы будем следить за развитием событий и обязательно расскажем, чем закончится эта история.

Читайте также:

Наш канал в «Яндекс.Дзен»

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Дмитрий Мелеховец. Фото: Александр Ружечка