Бунт в Сельхозпоселке: «Чиновники строят дворцы, а наши дома хотят снести, оценив „квадрат“ по $500?!»

 
764
30 июля 2015 в 8:00
Автор: Оксана Красовская. Фото: Максим Тарналицкий

В начале этого года общественности объявили: Сельхозпоселок с его фруктовыми садами и неспешной жизнью уже никогда не будет прежним. Пройдет буквально шесть месяцев, и на месте стареньких домов, многие из которых обещают снести вот уже 40 лет кряду, начнет расти огромный жилой район. В перспективе на территории в 11 гектаров должно появиться 15 многоэтажек различной конфигурации. Почти 400 частных подворий, понятное дело, надо будет снести, а людей — сотни семей — расселить. Грандиозные планы города и застройщика «споткнулись» о мнение самих жителей Сельхозпоселка: бо́льшая часть людей категорически не желают съезжать с насиженного места и готовы бороться за право оставаться на своей земле, или, при самом худшем раскладе, добиться хорошей компенсации.

Практически все собственники, имеющие «наглость» занимать в застроенном и уплотненном Минске «золотую» землю, давным-давно попали в западню: над многими домами уже несколько десятилетий висят обременения. Любой владелец таких «квадратов» может показать официальную бумагу с подписями и печатями, в посыле которой не может быть разночтений: дом подлежит сносу. А раз так, то ремонтировать и реконструировать помещения, а также прокладывать коммуникации запрещено. То есть десятилетиями дома стояли без должного ухода (не по воле хозяев, а по велению свыше), а сегодня чиновники, удрученные состоянием частного сектора, приговаривают: как же вас не сносить? Одни халупы в центре города!

Впрочем, «прохлаждались» не только собственники — город также не стремился благоустраивать территорию. Местные сравнивают свою часть Сельхозпоселка с заброшенным курятником и говорят, что нормальных дорог здесь отродясь не видели, а траву на пустых участках рабочие скашивают только по большим и редким праздникам.

Решив отстаивать свои права, сельхозпоселовцы (редкий случай в нашей жизни) объединились, создали инициативную группу и начали атаковать письмами и донимать личными визитами чиновников всех рангов, задавая неудобные вопросы о правомочности предстоящего сноса. Все остальное отошло на второй план, людей интересовала только эта тема.

Недавно 87-летнему Виктору Белькевичу, поневоле ставшему общественным активистом, пришел долгожданный ответ из администрации Советского района: собирайте народное вече, наши специалисты приедут на место и ответят на все интересующие вопросы.

Наверное, сами чиновники не ожидали, что на встречу с ними придет такое количество людей. Возможно, будь они заранее уведомлены о масштабах происходящего, не стали бы злить и без того взведенный народ и бесцеремонно опаздывать.

Еще за 15 минут до официального начала мероприятия актовый зал старенькой средней школы №78 трещал по швам, не вмещая всех желающих. В скромном помещении, рассчитанном от силы на 60 сидячих мест, собралось вдвое больше людей. Остальные, так и не вписавшиеся в пространство, стояли в коридорах — люди, давно преодолевшие школьный возраст, гудели каждый о своем и одновременно об общем. Время шло, чиновники не появлялись, воздуха в помещении с каждой минутой становилось все меньше, народный гнев нарастал.

— Почему не сносят в Веснянке? Кишка тонка? С д…м нас мешают, — возмущались люди.

— Получили разрешение и творят здесь что хотят, — не унимались женщины.

— Скотство! Никто не приехал, — начали паниковать самые нетерпеливые, когда часы показали 18:10.

Настроения в толпе, которой с каждой минутой все прибывало (в отличие от чиновников), были отнюдь не демократические. Благо, что смутьянов и провокаторов среди жильцов Сельхозпоселка не сыскалось: в такой обстановке любой, даже самый шальной призыв воспринимается на ура. Осознав масштабы паломничества и, возможно, опасаясь за сохранность школьных стен, руководство учебного заведения решило вывести толпу наружу, разместив три сотни людей (по зрительной оценке) на спортивной площадке. На улицу вывели микрофон, и активисты, все еще верящие в скорый приезд специалистов из администрации района, начали занимать время, оглашая свои требования.

— На все наши вопросы чиновники отвечают, что нам нельзя ни владеть, ни распоряжаться, ни пользоваться нашим имуществом, — начала разговор Ольга Дейнеко. — Лично меня это касается уже ровно 40 лет! Любой план подразумевает начало срока реализации и его конец. И тому, что над нами издеваются в течение длительного времени, пора положить предел.

16 января часть жителей Сельхозпоселка получили решение №51 о предстоящем изъятии земельных участков. У остальных его еще нет, но оно может появиться в любой момент — как только найдется какой-то заказчик, почему-то смело называемый инвестором, который на карту города Минска положит ладошку и скажет «Я хочу эту территорию», невзирая на то, что там живут граждане Республики Беларусь.

На сегодняшнем собрании ставилась задача прояснить, насколько это соответствует нормам существующего законодательства. Нет ни одной нормы, которая позволяла бы уничтожить наше имущество. Наши права грубо нарушаются! Если говорить кратко, то все эти земельные участки передавались нам под строительство в предыдущие годы, то есть в 30—40—50-е прошлого века. Согласно Конституции (статья 4), закону о правовых актах (статья 67), закон не имеет обратной силы. Это означает, что все указы, которые утверждаются в более позднее время, не имеют никакого отношения к правовым отношениям, свершившимся до того.

Земельный кодекс четко гласит, что субъектами взаимоотношений (касательно земли) являются гражданин и госвласть. Государственная власть может единолично решать вопросы земельных участков в одном-единственном случае — если эти земельные участки относятся только к госсобственности. Если речь идет о собственниках, другого варианта, кроме как заключение договора купли-продажи, быть не может. Сначала нужно решить вопрос с собственником: заключить договор на тех условиях, которые его устроят, и только потом можно включать эту территорию для реализации и что-то планировать, вносить изменения в генплан. А сегодня происходит ситуация от обратного, — констатировала Ольга Валентиновна.

— Конечно, чиновники себе строят дворцы за городом, а наши дома хотят снести, — перебивали, поддерживая оратора, люди.

— Сегодня нам массово объясняют, что члены нашей семьи никто, — продолжила женщина. — Но наши дети и внуки, живущие здесь дольше 15 лет, являются такими же собственниками, как и мы. Изменения генплана будут обсуждаться в августе, но нам никто не сообщает точные даты. Мы хотим внести в него свои коррективы: индивидуальная застройка должна быть сохранена в Сельхозпоселке, всем жителям, чьи права в течение 40 лет ограничивались, государство через кредитование должно помочь привести дома в соответствующий вид, подвести воду и канализацию, обеспечить достойные условия жизни. После войны прошло 70 лет!

Нас выселяют без права жить в тех условиях, к которым мы привыкли, переселяют в коммуналки, хрущевки, в лучшем случае — в «панельки» с видом на МКАД. Но ведь когда пожилой человек переселяется в неприемлемые для него условия, он быстро умирает. Никто не ведет такой статистики — как складывается судьба людей после такого насильственного переселения.

Наше имущество оценивают в $500 за квадратный метр, а на вторичном рынке хрущевка (сами знаете, какие дома) стоит $1200 за «квадрат». Почему за наше жилье с высокими потребительскими качествами нам предлагают всего $500 и говорят, что это рыночные цены? Это яркий пример того, что сегодня есть проблемы с законодательными актами, которые пишутся в большом количестве и никем не читаются.

На все вопросы нам говорят только две фразы: «Это реализация генплана» и «Город должен развиваться». Нас просто выживают из привычной среды обитания, — излагала свою точку зрения активистка.

За разговорами о горькой судьбе сельхозпоселовцев время проходило не так скучно, поэтому чиновников все-таки дождались — в 18:34 взору ожидавших предстала колонна слуг народа. Ничуть не смущаясь своего опоздания, первая замглавы администрации Советского района Алла Санковская в компании нескольких мужчин в деловых костюмах прошла к импровизированному президиуму. Как выяснилось, представителя администрации сопровождали весьма «влиятельные» в вопросах сноса специалисты: директор ЖРЭО, главный инженер «Зеленстроя», директор «Ремавтодора».

— Отлично! — засмеялись люди, — то, что надо!

Самым причастным к насущным вопросам оказался начальник отдела архитектуры и строительства, приехавший с большой картой, дабы рассказать о перспективах развития района, но так и не поведавший известные ему тайны.

Невозмутимая Алла Владимировна предупредила: встреча с представителями «Минскградо» и комитета архитектуры состоится только 4 августа, а пока «давайте поговорим о дорогах».

Услышав предложение побеседовать о дорогах, которых не было и нет, народ начал негодовать: «Нам сегодня обещали все объяснить по сносу, ответить на вопросы, поставленные в письмах!», «Зачем надо было приходить? Только головы людям морочите», «Зацепили за самое больное, а теперь плюют прямо в лицо!», «Цирк, а не собрание», «Уводят нас от насущных вопросов, какие еще лежачие полицейские?».

Всеобщая злость пролилась на головы чиновников дождем: уже через несколько минут после их появления крупные капли начали «освежать» всех собравшихся. Еще надеявшиеся на конструктивный диалог жильцы расчехлили зонты и приготовились слушать. Инициативная группа задавала вопросы, попросив администрацию не отвлекаться на мелочи.

Однако выработанная годами чиновничья сноровка позволила представителю администрации не ответить ни на один вопрос по существу. То Алла Владимировна не поняла сути, то разговаривала с дедушкой, а то и вовсе отсылала страждущих на собрание 4 августа: тема не в ее компетенции. Правда, замглавы пообещала ответить на поступившие вопросы письменно.

— Так а зачем мы собрались сегодня? Сносить-то будут или нет? Уже 40 лет в подвешенном состоянии. Отвечайте по существу: сколько можно уплотнять? — начало доноситься со всех сторон.

«Обидевшись» на невнимательных слушателей, призывавших говорить о сносе, а не о мелочах, чиновник резюмировала: «Раз вам всем это неинтересно, то тогда спасибо большое за внимание и, наверное, будем расходиться. Вопросы, к сожалению, вы конкретные не задаете». К 19:00 представители администрации уже закончили встречу, пообещав, что 4 августа все будет совсем по-другому.

— Так театрально уводить от темы и так показушно работать с дедушкой-пенсионером — это неправильно, — взял микрофон один из активистов. — Алла Владимировна категорически не хочет слушать, что ей говорят. Тему вы знали, когда шли сюда. Почему ничего не отвечаете? Мы устали от постоянной корректировки генплана. Скажите что-нибудь конкретное: будут сносить или нет и на каких условиях. А то мы уже 40 лет слышим: «Ваш дом будет снесен».

— Наши требования — частную застройку не сносить, дать людям возможность реконструировать дома. Мы никому не позволим уничтожать нашу собственность. Не вы эти дома строили, не вам их и ломать, — подвела итог на редкость бестолковой встречи Ольга Дейнеко.

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: Оксана Красовская. Фото: Максим Тарналицкий
ОБСУЖДЕНИЕ