Пенсионерка в Бресте уже 7 лет живет в выгоревшей квартире — без электричества, воды и канализации

Пенсионерка Людмила Якимович живет в Бресте на улице Кирпичной. Здание принадлежит Брестскому комбинату строительных материалов. Людмила и ее муж Михаил получили эту квартиру в 70-х. По словам женщины, она проработала на комбинате 16 лет, родила троих детей. В середине 80-х она уволилась, позже родила еще одного ребенка и стала домохозяйкой. А около 7 лет назад в их квартире произошел пожар. По словам Людмилы, муж вытолкнул ее в окно, а сам вернулся за документами, но выйти уже не смог. Огонь уничтожил все документы, электропроводку, квартира внутри выгорела. С тех пор в квартире единственное «удобство» — печка. Да и та дымит, не топится.

Сейчас Людмиле Якимович 62 года. Она могла бы получать пенсию, но для этого нужен паспорт. Женщина живет на деньги, вырученные от сдачи собранных бутылок. Время от времени ей помогают соседи. Она не снимает верхнюю одежду и обувь, спит, накрывшись старыми одеялами, и мечтает, чтобы ей дали квартиру в одном из рядом стоящих пустующих «кэсээмовских» домиков.

«Я ходила насчет пенсии — мне говорят „паспорт надо“. А за что я его сделаю, если не работаю, если ни копейки нету. Я сама не здешняя, из Казахстана, за Ташкентом город Арыс. Столько лет прошло, пока эти метрики найдут — это я еще столько же буду ждать, — объясняет Якимович. — Ходила летом на комбинат, обещали помочь восстановить документы. До сих пор жду».

Соседи Якимович на улице Кирпичной готовы замолвить за женщину словечко. Сама хозяйка в это время на импровизированном костре пытается согреть в старой миске воду. Заходим в ее «дом» — там такой же запах, как и от ее одежды. Глядя на «обстановку», понимаем, что характеристика соседки «в ее доме хуже, чем в хлеву» — не преувеличение. Так могли жить нищие крестьяне лет 200 назад, но не человек в XXI веке.

— А ваши дети знают, где и как вы живете? — спрашиваю у Людмилы.

— Знают, все знают! Но не приходят, никакой помощи от них не вижу... — отвечает она сквозь слезы.

— А они не предлагали вас к себе забрать? — вновь интересуюсь я.

— Да они сами там… Куда они ее заберут… Сами по съемным углам, — добавляют стоящие рядом соседи.

— Не хочу я никуда идти, — перебивает Якимович. — Я лучше сама, в своей хате, чем буду потом виновата, или невестке не понравлюсь, или еще что… Потом иди куда хочешь.

Соседи проводят нам «экскурсию» по Кирпичной. Признаюсь, еще больше, чем дом-сарай Людмилы, меня поразила квартира стариков Ковальчуков. Дверь открывает старенький хозяин, худющий, весь сгорбленный. Ветеран войны и инвалид I группы, он часто и громко дышит, еле слышно что-то говорит. От входной двери в кухню ведет «мостик» — вместо сгнившего пола лежат несколько досок.

По сравнению с его жилищем квартира соседей Елены и Виктора — благоустроенная. Хотя тут везде грибок, гниль, в коридоре отваливаются куски от потолка. «Каску надень, без каски не ходи», — шутит хозяин, обращаясь к нашему фотографу.

— Они с нас высчитывают каждый месяц на капремонт. За что тут платить, пускай даже 26 тысяч? — возмущается Елена. — Мы воды берем с колонки 2 ведра в сутки, посторонние бочками, тоннами эту воду вывозят. Мы свою квартиру не можем отопить, потому что соседские не отапливаются, от них идет холод. Смотрите, какой потолок, мы к нему даже не прикасаемся. Вот я стою тут, варю варенье летом, а мне на голову падают эти куски. В комнате кое-как ремонт сделали, но дотрагиваться до стен и потолка страшно, все отваливается. Летом сделали ремонт, обработали все, а уже все черное.

Выслушав рассказы жильцов улицы Кирпичной, я позвонила на ОАО «Брестский комбинат строительных материалов». Руководство предприятия в один голос утверждает: Людмила Якимович с просьбой помочь восстановить документы к ним не обращалась.

— Официального обращения от Людмилы Якимович не было. Что касается остальных домов, то часть жителей изъявили желание их выкупить, сейчас оформляются документы. По остальным мы обращались в горисполком, чтобы принять какое-то совместное решение, что с ними делать. Эти дома были, скажем так, не для постоянного проживания, есть документы. Почему когда-то получилось, что в них и сейчас люди живут, — вопрос. Сегодня мы пытаемся найти варианты, что сделать с этими домами. Часть будем сносить. Куда девать проживающих в них людей — мы пытаемся решить этот вопрос на уровне города, — рассказал директор Леонид Олендер.

Его заместитель Владимир Харик прежде всего резонно заметил, что комбинат стройматериалов не восстанавливает паспорта, этим занимается паспортно-визовая служба. По его словам, если бы женщина обратилась к ним с этим вопросом, предприятие предоставило бы все необходимые документы. Но она «точно не обращалась».

— Ситуацию на улице Кирпичной я хорошо знаю. Эти домики мы пытались передать на баланс города. Часть передали, часть еще числится за нами. Предприятие оказывает всяческую поддержку жильцам в ремонте, обслуживании. Мы содержим дворника, который там убирает, обслуживают дома электрик, печник и так далее. Если надо, мы всем оказываем помощь. И ей оказали бы содействие в ремонте печки. Но она не обращалась к нам.

Там много таких домов. Предприятие делает все возможное в части оказания помощи этим людям и содержании своего жилого фонда. Но построить им новые жилые дома комбинат не в состоянии. Вас просто завели и показали худшее. А вам бы показать те дома, где мы уже сделали ремонт.

В завершение разговора Владимир Харик заметил, что женщина хочет и паспорт, и жилье, но при этом не предпринимает никаких действий для решения своих проблем. Замдиректора пообещал, что если она обратится на комбинат за помощью, то он лично позвонит начальнику отдела по гражданству и миграции Московского района города Бреста и попросит оказать ей всяческое содействие. «Надо — сам туда приеду с ней за ручку, продиктую, как писать заявление», — добавил Харик.

В Территориальном центре социального обслуживания населения Московского района Бреста уверяют, что семью Ковальчук в ближайшее время навестит сотрудник центра и пенсионерам будет оказана необходимая помощь.