Пожилую женщину в Гродно родственники против воли выселяют из дома, в котором она прожила более полувека

Здесь, в частном секторе почти в центре города, жили родители мужа, с которыми Данута была знакома задолго до замужества. В 1959 году она вошла сюда молодой хозяйкой. Здесь родились ее дочери, из этого дома в последний путь женщина провожала свекровь со свекром, а затем и своего мужа. Овдовев, старалась собрать деньги на «черный» день, чтобы не пришлось дочерям думать, за что похоронить, помянуть, за что памятник поставить, да еще чтобы и внукам кое-что осталось. Собирала и сдавала макулатуру, жила скромно, сбережения держала в банке, радуясь, что государство исправно добавляет проценты.

Окнами на ее двор смотрит городская «четырехэтажка». Здесь Дануту многие знают:

— Знакомы с Даной лет 20, — рассказывает 76-летняя Бронислава. — Почти каждый вечер она приходила ко мне, смотрели телевизор, пили чай. В последний раз жаловалась, что очень сильно болит спина. На следующий вечер не пришла, и на второй, и на третий... Я подходила к калитке ее дома, следов не было. Звала, никто не откликался. Решила, что дети забрали к себе больную. Заволновалась, когда позвонила старшая дочь Даны и спросила про мать. Ей бы самой прийти, проверить, что случилось, ведь работает в десяти минутах ходьбы от родительского дома. А она звонит соседям и просит узнать, что с матерью. Только через две недели после последнего визита ко мне Даны приехал муж ее старшей дочери. Кое-как открыли и попали в дом. Нашли еле живую женщину под кучей одеял и покрывал в нетопленом доме. Все это время она не могла ходить, чтобы натопить печку. Видно было, что давно ничего не ела. Такая изможденная лежала, страх смотреть…

Заботливая соседка побежала домой за горячим бульоном. В нетопленой кухне Даны поскользнулась на корке льда. Упала и сломала руку. Девять месяцев прошло, а она и сегодня ходит с повязкой.

В тот же вечер старшая дочь с мужем забрали 73-летнюю женщину в свою квартиру, скорую помощь не вызывали. Сквозь горькие слезы Данута Генриховна вспоминает:

— Сама я ходить не могла, кружилась голова, болела спина, не слушались ноги, поэтому согласилась, что пенсию мою получать будет зять, он всегда на машине. Когда приехала нотариус и меня попросили подписать бумаги, я без колебания расписалась. Да, действительно, мне их зачитывали, там прозвучало слово имущество, но я подумала, раз пенсию зять будет получать, то, наконец-то, и с домом поможет управиться, у меня давно барахлило отопление.

О том, чтобы продать родной дом, заверяет пенсионерка, никогда не думала. Ей, старому больному человеку, в родных стенах, считает, и доживать свой век. Вот ведь не дал Бог умереть, улыбается сквозь слезы. Рассказывает, что когда лежала голодная в нетопленой комнате и не могла встать, позвать на помощь, позвонить соседям, детям, то все время молилась. Просила Бога послать ей силы и тогда, когда два месяца жила в квартире дочери. Жалуется: неуютно ей было спать в коридоре, с коротенького дивана свисали ноги. Когда силы вернулись, под предлогом прогулки по улице Данута ушла от дочери и вернулась в свой дом.

Через несколько месяцев постучал муж старшей дочери. С ним были незнакомые женщины. Он сказал, что это покупатели на ее дом. Пенсионерка признается, она ушам своим не поверила, в дом пустить отказалась. Вскоре узнала, что зять по документу, который она подписала, не только получал ее пенсию, но и снял вклад в банке, продал дом.

Эту житейскую историю рассказала педагог Людмила Андреевна, соседка Дануты. Она теперь ходит с женщиной по врачам (пережитый стресс обострил старые болезни и добавил новые), к адвокатам, нотариусам, в прокуратуру, на судебные заседания, собирает нужные документы, просто поддерживает расстроенную больную пенсионерку.

— Когда Данута рассказала, что приезжал зять с покупателями, мы пошли в нотариальную контору отменять доверенность и узнали, что сделка купли-продажи на дом уже состоялась. Я боялась, что ее сердце не выдержит такого удара, — признается Людмила Андреевна.

Младшая дочь Дануты была немало озадачена, когда позвонил риелтор и попросил уговорить маму скорее освободить дом и переехать в купленную для нее зятем 1-комнатную квартиру. Впоследствии она узнала, что квартира куплена не на имя матери, а на имя мужа старшей сестры. Побывав в 1-комнатной «хрущевке» на первом этаже без балкона, в другом конце города, она пришла в негодование:

— Моя мама всю жизнь жила в частном доме с двориком, а в той квартире даже форточку не оставишь открытой. Да и запущенная она, требует основательного ремонта, замены сантехники.

Эта молодая женщина, мать двоих детей в одночасье лишилась той части родительского наследства, которое ей принадлежит по праву.

Свою версию случившегося рассказал и зять Дануты. Дескать, когда ей было совсем плохо, она и согласилась продать дом и купить жилье со всеми удобствами. Главный его аргумент: хотели сделать как лучше, переселив тещу из старого дома в сухую и теплую квартиру. Что ремонт там не делали лет 30, так это, по его словам, мелочь, для старушки достаточно было бы и косметического. А то, что купленную квартиру записал на свое имя, уверяет, ничего не значит. Как только она заселится, тут же станет законной владелицей, и все документы будут переоформлены.

Покупательницы, уплатившие за дом немалые деньги, подали иск в суд. Хотят вселиться в приобретенное жилище. Людмила Андреевна помогла своей соседке оформить встречный иск. Судебная тяжба, похоже, продлится не один месяц. Всем участникам конфликта это будет стоить немало сил и нервов.